Денис Попов - литературный проект

Дух отражений (продолжение 4)

Sat, 26 Dec 2009 20:06:05 GMT

Когда я проснулся, то сразу услышал тонкий противный звук: «тр-рррррр». Я поднял голову, и звук прекратился. На экране светилась панель поисковика. В строке поиска значилось: «мммммммммм…». Выходит, я спал, уткнувшись лбом в клавиатуру. Лоб горел, в висках толчками ухала кровь, а во рту поселилась наждачная сухость. Спина затекла, я с хрустом выпрямился и сел, потирая глаза. В правом нижнем углу экрана отображалось время – 4:51. Повсюду ярко горел свет. Судя по всему, мой биологический ритм сбился, и перестал быть ритмом. Теперь я супер организм, - могу заснуть или вырубиться в любой момент времени. Догмы дня, ночи ,тихого часа не для меня. М-да…
Оказалось, что встать со стула еще сложнее. В пояснице что-то заклинило, и первые несколько шагов, пришлось сделать, скособочившись влево. Требовалось освободить организм от жидкости, и принять жидкость. Решил начать с первого. Когда мне на глаза попалось заклеенное серебристо-серой пленкой зеркало над умывальником, предыдущие события лавиной обрушились на мой мозг. Странный цветной сон не вносил ясности, скорее еще больше сбивал с толку. Я застыл над унитазом со спущенными штанами, автоматически делая свои дела. Не знаю, сколько времени я простоял в позе писающего мальчика, но когда вернулся на кухню, тьма ночи за окном уже уступала место раннему утру.
Водка кончилась. Вообще закончились все запасы алкоголя в квартире, включая початые бутылки с дешевыми винами, оставшиеся от гостей из прошлой жизни. Слава богу, наличных пока было достаточно.
С двумя пакетами звенящей стеклотары я спускался на лифте, и дрожал, глядя в пол. Ногти пальцев судорожно впились в ладони, рождая слабую боль. В лифте имелось зеркало. Я совсем забыл о нем. Когда створки дверей раскрылись, я привычно взглянул на свое отражение, и обратил внимание на небритость, и уже почти отвел взгляд на кнопки, когда моё лицо в зеркале стала разрезать уже знакомая мне улыбка. Доехав до первого этажа, я точно знал сколько желтых и коричневых квадратиков на линолеуме в лифтовой кабине.
Я продолжал пить. Мне требовалось от двух до трех бутылок водки в сутки. На четвертый день у меня начался тремор рук и головы, с каждым днем этот синдром усиливался. Руки начинали трястись минут через тридцать после пробуждения. Особенно сильная дрожь начиналась, если вовремя не опохмелиться. Я открыл для себя новый звук, – «дребезжащее клацанье собственных зубов по стакану». Симптомы начинали отступать после принятия трехсот граммов, и окончательно сходили «на нет» только после первой бутылки. Мой здоровый тренированный организм стремительно превращался в нервную дерганую развалину. Я бросил попытки найти что-то в сети. Уже более суток я не садился за компьютер, а лишь валялся на диване, водя пальцами по своей отросшей щетине, сбрить которую не представлялось возможным. Бриться вслепую я не рисковал. Признаться честно, я почти не мылся все это время. Сверкающие блестящие поверхности кранов, труб, в душевой кабине меня пугали. Оклеивать их было бы полным бредом. Единственно, что я сделал несколько дней назад, так это наполнил ванную до краёв и полежал в ней какое-то время в темноте. Но я заснул, и чуть не захлебнулся в теплой воде. После этого опыты с ванной решил отложить на потом. Из средств гигиены я использовал влажные салфетки, протирая шею, лицо, подмышки и гениталии. Пару раз я мыл ноги сидя на краю ванной с закрытыми глазами. Тем не менее, запах собственного несвежего тела я ощущал совершенно четко, не особо волнуясь по этому поводу.
Мысли мои носились по кругу вспоминая, перебирая, анализируя, попадая в тупик и снова, и снова, и снова. «Скоро рассвет, выхода нет» - перманентно крутилась в голове мелодия известной рок-группы.
Озарение пришло ко мне в кухне, когда я бесцельно рассматривал этикетку на очередной бутылке. Адрес предприятия: Москва, улица Самокатная… Самокатная, самокат, Самокатов.
Я мысленно нырнул в детство. Воспоминание полностью поглотило меня.

Школа. Шестой класс. Был у меня одноклассник по фамилии Самокатов. В то время он выглядел крупнее и старше остальных мальчишек, и некоторые взрослые ошибочно полагали, что он лентяй-второгодник. Однако это было не так. Самокатов учился, в основном, на-отлично, не прилагая видимых усилий. Он никогда не тянул руку, но если его спрашивали, всегда отвечал правильно. На переменах, вместо того, чтобы носиться по коридорам, или курить в туалете, он читал какие-то трухлявые тома, задумчиво слюнявя пожелтевшие страницы. Если кто-то пытался заглянуть в его книги, он реагировал очень резко. Захлопывал книгу, облокачивался на нее локтями, буравя взглядом излишне любопытствующего. Его объемный черный кожаный рюкзак всегда выглядел набитым под завязку. Держался Самокатов особняком, не пытаясь ни с кем сблизиться. При этом, в общении он всегда был в меру доброжелателен, учтив, и корректен. Если к нему обращались с вопросом по школьной задачке, он никогда не отказывал в помощи, но обращались к нему редко, - ибо остерегались. Друзей у него не было, да и врагов тоже. Я не слышал, чтобы кто-нибудь когда-либо его побил или пытался побить. Одним словом, это был, нелюдимый, и загадочный пацан. Обычно, с такими как он, старались не сталкиваться, инстинктивно чувствуя скрытую угрозу.
В тот день после уроков, я сидел на обшарпанной лавке в углу школьного двора, рассматривая дешевый эротический журнал для мужчин; в то время эти издания стали массово появляться в открытой продаже. Четверо моих одноклассников гоняли футбольный мяч, играя в «собачки». Их рюкзаки беспорядочной грудой валялись на лавке вместе с моим. Я был частично поглощен содержимым пошлого издания, и следил за игрой товарищей в полглаза. Они бегали с обычными азартными криками, подначивали друг-друга, ругались, и пинали мяч. Все было как обычно.
От созерцания порнографических картинок меня отвлек звонкий голос Леньки Гродного.
- Ты что, слепой?! Смотри, аккуратней! Не зашиби, зараза!
Я оторвался от журнала, и поднял взгляд на пацанов. Рядом с ними неизвестно откуда оказался котёнок. Маленький белый комочек с рыжими пятнышками метался из стороны в сторону, иногда замирая на месте.
- Откуда ты взялся, такой? – спросил Гродной, отдавая пас Длинному или Сопле, как его звали за глаза, из за желто-зеленой массы частенько торчащей из ноздри. «Сопля» был ростом с Самокатова, то есть на полголовы выше всех мальчишек, и среди нас не было таких, кто осмеливался называть его «Соплей» в лицо, к тому же драться он умел и любил.
Длинный не сумел технично принять и обработать мяч, тот прошел вскользь с его кроссовом, тихонько покатился по асфальту и остановился совсем рядом с котёнком.
- Черт! – выругался Сопля, - Смотрите, как бьёт Рональд Куман!
Он стал отходить назад, обеспечивая простор для разбега.
- Длинный, смотри, там аккуратней, котёнка не задень! – тревожно крикнул Лёнька.
- Ты, лучше подумай чтоб я тебя не задел! – злобно огрызнулся Сопля, пятясь назад, - Я сам разберусь с мячом и с котёнком, ботаник хренов!
Наконец он остановился, отвел локти назад, ненадолго замер и аршинными шагами побежал в сторону мяча. Котенок не двигался с места. Я надеялся, что он убежит, видя несущуюся на него громадину. Но глупый звереныш замер и только вжался в землю, и глядел широко открытыми желтыми глазками на стремительно приближающегося подростка. Когда до мяча и котёнка Сопле оставалась пара шагов, я почувствовал, что сейчас произойдет нечто плохое. Очень плохое.
За следующий короткий отрезок жизни, мне стыдно до сих пор. Я вижу, как в замедленной съемке, происходит технически грамотный, с футбольной точки зрения -«хлесткий удар на силу». Нога Длинного отводится на замах, на миллисекунды застывает, идет вперед, равномерно разгибаясь, значительно ускоряя линейную скорость ступни, и бьет, попадая щечкой прямо в цель. Звука удара было почти не слышно. Я сказал почти. Я до сих пор помню этот очень тихий звук – «пух». Белое мохнатое тельце пролетает с десяток метров, падает на асфальт, пару раз перекатывается, и замирает, лежа на спине. Со скамейки хорошо видно как задние лапки котенка несколько раз конвульсивно дёрнулись, и замерли.
Первые пару секунд никто не шевелился. Было очень тихо, хотя где-то вдалеке слышались автомобильные сигналы и собачий лай. Но это там вдалеке; здесь же в школьном дворе разлилась своя, особая тишина.
Первым опомнился Сопля, похоже, результат все же превзошел его ожидания. Он пожал плечами, развел руки в стороны, и глядя на Леньку, с притворной грустью произнес:
- Извини, корешок, небольшая ошибочка вышла. Мяч белый, кот белый, - недолго и перепутать. А удар, согласись, классный получился!
Ленька, не вникая в смыл слов Длинного, подбежал к котенку, сел на корточки, и склонился над ним.
Самым маленьким и щуплым из нас, был доселе молчавший, Вовка Гвоздюк. Он подошел к Длинному, дернул за рукав, посмотрел снизу ему в лицо, и сказал:
- Ты нелюдь, Сопля. Знать тебя больше не желаю, подонок.
Он повернулся, и неторопливо пошел к воротам. Обалдевший Сопля даже не стал его преследовать.
Мне следовало попытаться набить морду Сопле, или хотя бы высказаться, как это сделал отважный Вовка. Но я лишь молча подошел к Леньке и встал рядом. Я увидел, что котенок мертв. Он лежал с открытыми глазами, глядя куда-то в небо. Небольшая лужица темной крови натекла на асфальт из приоткрытого рта, к ней подползала муха, вторая с гудением кружилась сверху.
Пятый мальчишка – Андрей, так и стоял молча на одном месте, видимо до сих пор пребывая в ступоре. Я повернул голову направо, и увидел длинную сутулую спину Сопли, понуро направлявшегося к воротам.

На этом история не закончилась. На следующий день после того как прозвенел звонок с последнего урока и молоденькая учительница географии подозрительно быстро покинула класс, входная дверь открылась и в классную комнату зашли двое девятиклассников. Один из них, Фадей - был известным в школе спортсменом. Капитан футбольной команды он также имел разряд по боксу. Второй был победителем городской олимпиады по физике, другом Фадея и его партнером по команде, фамилия его была Смирнов.
- Девки вышли, пацаны остались, - громко объявил Смирнов, - бегом я сказал!
Девчонки, молча и суетливо покинули классную комнату, стараясь не смотреть на незваных гостей. После того как последняя из них вышла, Фадей выглянул в коридор, огляделся, плотно прикрыл дверь, и щелкнул задвижкой. Он встал у двери, широко раздвинул ноги, и убрал руки за спину. В такой позе обычно стояли эсесовцы в рейхсканцелярии.
Смирнов уселся за учительский стол, и обвел всех нас тяжелым взглядом. Выражение его лица не сулило нам ничего хорошего.
- Вчера группа товарищей из вашего класса развлекалась в школьном дворе.
Я сразу все понял. Мне показалось, что в воздухе разлилась обжигающая праведная злость.
- На самом деле мы ничего не имеем против развлечений и игр, как вы, наверное, слышали, мы тоже очень любим футбол. Не правда ли, Фадей?
Спортсмен утвердительно кивнул.
Так вот, - продолжал Смирнов, - вчера один или несколько ваших «футболистов» забили ногами насмерть маленького котенка, который потерялся у одного очень хорошего человека. Человек этот теперь безутешно оплакивает своего маленького друга.
Он налил из стоящего на столе графина с водой, полный стакан и несколькими большими глотками осушил его до дна.
- Я совершенно уверен в том, - он громко впечатал стаканом по столу, - что котенок был не в состоянии причинить кому-либо из вас маломальского вреда. Следовательно, мотивы безопасности или мести отпадают. Делаем простой вывод – котенка убили просто для развлечения.
Фадей достал из за спины телескопическую, гибкую дубинку с металлической пружиной, и стал постукивать набалдашником по ладони. Выглядело эффектно. Мне было не по себе, я тоже чувствовал свою вину. Напряглись все, даже те, кого вчера не было во дворе. На Соплю было жалко смотреть, его лицо было белее снега. Лишь один Самокатов безмятежно созерцал, как снаружи за окном, по подоконнику боком пятится голубь.
- Итак, господа шестиклассники, - Смирнов встал, и вышел к доске, - прямо сейчас, вы скажете мне, кто участвовал в этом мерзком убийстве. Если же мы сегодня не находим виновных, я обещаю всем вам устроить веселенькую жизнь, вплоть до выпускных экзаменов! Подумайте, следует ли выгораживать одного или нескольких подонков, которые должны получить заслуженное наказание?!
Все молчали, глядя в парты.
- Что ж, - очень тихо и зло произнес Смирнов, - значит, пострадаете вы все.
Смирнов повернулся, и посмотрел на Фадея.
- Наши все в сборе?
Спортсмен кивнул. У меня уже стало складываться впечатление, что он вообще немой, но тут он заговорил. Голос у него был тонким, и не соответствовал мощному телосложению.
- Сегодня разберемся с тремя, ну а уж завтра…
- Они ничего не скажут, - раздалось из класса.
Оба старшеклассника удивленно обернулись на внятный спокойный голос.
- Не понял.
Смирнов подошел к четвертой парте, за которой в одиночестве расположился Самокатов, наклонился, угрожающе нависая над шестиклассником, и чуть ли не в ухо, спросил:
- Я не понял, это ты, умник, что-то сейчас проблеял?! Ты кто такой?!
Самокатов и бровью не повел, лишь немного сдвинулся в сторону окна, и ответил ленивым голосом:
- Моя фамилия Самокатов, имя Антон, я ученик шестого «б» класса средней школы номер девятнадцать. Этих данных достаточно, или рассказать, о своем происхождении развернуто?
- Понятно, - хлопнул в ладоши Смирнов, - значит, местный комик. Скажи, Фадей, чем-то нашего Жорика по манере напоминает, - хохотнул Смирнов.
Боксер невразумительно хмыкнул.
- Ладно, вижу, что ты, по крайней мере, не трус и меня уже это радует. Продолжай.
- Я просто пытаюсь вам объяснить, что все те, которые знают, кто это сделал, вам ничего не скажут по той простой причине, - что бояться прослыть стукачами на всю жизнь, даже больше чем ваших кулаков. Они интуитивно чувствуют, что вы не будете сильно злобствовать над всем классом, зная, что наказываете большинство невиновных.
Смирнов выпрямился, не спеша, вернулся к доске, немного походил из стороны в сторону, встал перед учительским столом, слегка наклонился упершись о него руками, и выгнувшись, потянул спину. Раздался приглушенный хруст суставов.
- Очень полезное упражнение для позвоночника, - сказал старшеклассник, пристально глядя на невозмутимого Самокатова.
- Что касается твоего первого утверждения, то мы и так это поняли. Относительно второго, поспешу разочаровать. Не подумай, что мы какие-нибудь дебилы, которые будут вас только тупо избивать, рискуя получить определенные проблемы себе на задницу. Нет, без экзекуций, конечно, не обойтись, но имейте ввиду, что этим дело не ограничится. Так что, дорогой друг, своим выступлением ты ничего не добился. Разве, что пытаешься болтовней получить себе индульгенцию? Для особо ограниченных личностей, поясняю, - Смирнов обвел взглядом класс, выдержал паузу, и убедившись, что все взоры устремлены на него, продолжил, - Индульгенция это купленная возможность грешить в прошлом и будущем, и не получать за это кары. Мы индульгенции не продаем.
Пауза была совсем небольшой. Все услышали еще более безразлично-ленивый голос Самокатова:
- Благодарю за бесплатную лекцию по истории, мы, как раз, скоро будем проходить эпоху реформации, поэтому всем нам будет очень приятно блеснуть перед Ольгой Петровной эрудицией на предмет знакомства с ватиканскими перегибами средневековья.
Все наши повернули головы, и с открытыми ртами смотрели на дерзкого Самокатова, не зная, что и думать. Никто не предполагал, что он может быть таким. Вот, блин, нашла коса на камень! А тот, словно не замечая, повисшей в воздухе напряженности, продолжил:
  - Приношу свои извинения за некоторое отклонение от темы.
Он слегка склонил голову, и это выглядело, как бы это сказать, - аристократично. Смирнов держал марку, он, не меняя позы и выражения лица, неподвижно смотрел на Антона.
- Я могу предложить реальное решение проблемы, - веско заявил Самокатов.
- Ты что знаешь, кто убил котенка? – недоверчиво поинтересовался старшеклассник.
  - Пока нет, - бесстрастно ответил Антон, - но могу выяснить прямо сейчас, в вашем присутствии.
Все в классе напряглись. Витавшая в воздухе рассеянная угроза сгустилась, и обрела очертания. Каждый из нас почувствовал себя возможной жертвой, ибо непредсказуемый Самокатов может ткнуть пальцем в любого. И неизвестно как отнесутся к его обвинениям старшеклассники. Ведь могут и поверить, если он, допустим, укажет на меня?! Уж слишком убедительно он говорит.
- Да ты, что?!
Смирнов восторженно всплеснул руками, и язвительным тоном спросил:
- Ты, будешь использовать специальные методы дознания, в просторечии именуемые пытками? Или ты ясновидящий наподобие Вольфа Мессинга и Ванды?!
- Ты, наверное, имел в виду Вангу, - бесстрастно заметил Антон, - Что касается методики, с помощью которой, я получу нужную информацию, то тебе разве не наплевать, как я ее получу?! Насколько я понял, главное результат, не так ли?
Смирнов помрачнел.
- Где гарантии, что ты не оговоришь невиновных, прикрывая свою задницу?
Самокатов тихо беззаботно рассмеялся.
- Не волнуйся на этот счет, ты убедишься в правдивости. Если у тебя возникнут сомнения, можешь сказать – «не верю», тогда я приму всю вину на себя. Устраивает?
Мне стало страшно. Я мельком оглядел остальных, и понял, что еще неплохо держусь. Большинство мальчишек, с подавленными лицами сидело в одинаковой позе, - упершись руками в виски, опустив глаза вниз. Виновными выглядели все! Сопля, с кривой улыбкой, невидящим взглядом смотрел в далекую даль. Лёнька Гродной соединив ладони вертикально, подпер подбородок, и смотрел в потолок, губы его нервно подергивались.
- Ты что вертишься, рыжий? Видно на воре и шапка горит. Ты убийца?! – оглушительно рявкнул, молчавший ранее Фадей.
От неожиданности я едва не подпрыгнул. На меня смотрели все, кого я видел краем глаз. Страх, злость, надежда, сочувствие, злорадство, и любопытство; всё это я разом принял и распознал как чувствительный приемник. Захотелось заплакать, и раскаяться, пусть даже признать свою вину. Однако что-то меня удержало. И может быть, от страха, я ответил дерзко, но пискляво:
- Убийца дворецкий, я тут не причем, а «рыжими» мандавошек своих окликай, тех, что с тараканами трахаются!
Пауза. Я вдруг понял, что мне хана, независимо от итогов разборок. Но в этот момент громко заржал Смирнов, Фадеев присоединился к нему. Некоторые из наших тоже захихикали. Обстановка разрядилась, но лишь самую малость.
- А ну заткнулись все, - прервав смех, серьезно приказал Смирнов, - с этим клоуном мы еще проведем воспитательную работу, посвященную уважению и почитанию старших.
Он перевел взгляд на Самокатова, который глядел в окно с отсутствующим выражением.
- Эй, как там тебя... Самокатов!
Антон медленно повернул голову.
- К доске Самокатов. Продемонстрируй нам свои способности.
Смирнов подошел к Фадею, и встал рядом в надменной позе римского императора со сплетенными локтями.
Самокатов молча поднялся, подошел к доске и повернулся лицом к классу.
- Сейчас я по очереди подойду к каждому из вас. Мне нужно посмотреть вам в глаза. Взгляд не прятать. Всем понятно?
Молчание.
- Не понял, - взревел из угла Смирнов, - всем понятно?!
- Да-а, - раздался нестройный хор робких голосов.
Самокатов пошел между столов. Он останавливался, замирал секунд на десять, сосредоточенно рассматривая подозреваемого, и двигался дальше. Было очень тихо.
Когда подошла моя очередь, мне стало не по себе. Он смотрел на меня по взрослому. Несколько безразлично, как врач. Мне показалось, что его темно-коричневые глаза проникают внутрь меня, исследуя то, что не предназначено для других. Очень неприятный взгляд, но я выдержал, и не отвел глаз.
Через несколько минут он закончил игру в гляделки, вернулся за свой стол, молча сел. Смирнов недоуменно уставился на него.
  - И что, это все?! Какого хрена ты молчишь?! – повысил голос старшеклассник.
- Я выяснил, кто это сделал, - тихо ответил Самокатов, - но у меня есть одно условие.
- Какое, еще, твою мать, условие? – прошипел Смирнов.
- Очень простое. Ты даешь слово, что ни ты, ни кто-либо другой по твоей наводке физически не тронут виновного в течение, скажем, календарного месяца.
- А что через месяц? – язвительно уточнил Смирнов.
- Делайте, что пожелаете, мне без разницы.
- А если я не приму твоего условия, то что?
- Я ничего не скажу.
- Но ведь тогда пострадают все.
- Что ж, - пожал плечами Самокатов, - это будет твое решение.
Смирнов ненадолго задумался, и выдал:
- Согласен на десять дней, торговаться с тобой не буду.
Самокатов закрыл ладонями глаза, посидел так несколько секунд, потом убрал ладони.
- Хорошо, пусть будет десять дней.
Он встал, и обойдя половину класса, остановился около стола Сопли.
- Это сделал Вилков, единолично.
Антон указал рукой на Соплю.
Нет смысла описывать насколько жалко выглядел Сопля. Он затрясся, и бросившись в ноги к Смирнову, запричитал:
- Я не специально, нога случайно промахнулась. Ты же сейчас обещал, что не будешь би…
- Встань, тварь. – Сквозь зубы, очень тихо процедил Смирнов.
Сопля, дрожа, поднялся на ноги. Смирнов сдержал слово. Он просто плюнул в лицо Сопле. После этого они с Фадеевым молча вышли из класса.
Больше Вилкова-Соплю мы не видели. Его перевели в другую школу. Что касается Самокатова, то есть еще пара историй, о которых было бы интересно рассказать, но об этом позже. Как это ни странно, в дальнейшем Самокатов, несмотря на возросший, на страхе авторитет, продолжал вести замкнутый образ жизни, не претендуя на лидерство в классе. Он по-прежнему изучал свои эзотерические книжки, никого не трогая и ни куда не влезая. Лишь раз, позднее он странным образом изменил нашу школьную жизнь. Но об этом не сейчас. Последний раз я его видел на экзамене. На выпускной вечер он не явился.

Я очнулся от воспоминаний, и влил в себя очередную рюмку. Улица Самокатная. Самокатов. Вот кто мне нужен. Появилась цель, - найти Самокатова. Я уцепился за эту идею, как за спасительную соломинку. Сформировалась уверенность, что это именно тот человек, который в состоянии помочь мне.
Я бросился к комоду. В среднем ящике должны быть мои старые ежедневники, пару лет назад я записал телефон Димки Смирнова, того самого. Мы с ним несколько раз по бизнесу пересекались, и даже выпивали. Вроде бы он общался с Самокатовым после школы.
После пятого гудка низкий усталый голос ответил:
- Слушаю.
- Алло, Димоныч, узнал?
В трубке послышалось харканье и приглушенный кашель.
- Нет, - прохрипел голос, - кто это?
- Ну, ты даешь, школьных друзей забывать стал. Это я Лавров Сергей.
- А-а, рыжий, здорово. Как сам?
- Да нормально, - ответил я, - слушай, ты Самоката помнишь? – я решил сразу брать быка за рога.
- Кто ж его не помнит, а что?
- У тебя номер его есть?
Очередной раз послышался приглушенный кашель, затем звон разбитой посуды, и матюки. Я терпеливо ждал.
- Серега, ты чего хотел? – раздался в ухе громкий пьяный голос Смирнова.
- Алло, Диман, ты что бухаешь?
- В принципе, да, - заторможено ответил Смирнов, - уже пару недель, как от меня жена ушла.
Не знаю почему, но я от радости хлопнул себя по ляжке. Он тоже бухает!
- Ушла жена, отлично! То есть, извини, паршиво, - одумался я, - слышь Димоныч, я тоже пью, у меня проблемы, очень нужно поговорить с Самокатовым, как его найти?
Из трубки слышались какие-то шорохи, потом снова кашель и плевок.
- Тебе не повезло, рыжий. Я ничем не смогу помочь. На сколько я знаю, Антон не пользуется мобильной связью. Единственное, о чем мне известно, это то, что он лет пять назад работал то ли смотрителем, то ли хранителем в историческом музее за сущие копейки, причем выглядел он в то время значительно богаче.
Через пару минут я свернул разговор. Это был первый диалог с внешним миром за последние дней десять. Хорошо, что еще светло, когда стемнеет, я уже буду сильно пьян. У меня уже выработался новый биоритм. Примерно до одиннадцати утра я опохмелялся, приводя организм в состояние именуемое как «сознательное». Далее я старался поддерживать это состояние в неизменном виде, дозируя количество принимаемой водки. Но строгой системы выработать не получилось, - как выяснилось, метаболизм сложная вещь. Как правило, я находился в относительно адекватном виде до наступления ночи, но несколько раз ясное сознание покидало меня намного раньше.
Мне потребовалось двое суток на то чтобы выяснить, что сотового телефона у Самокатова отродясь не было, также стало понятно, что и по местам его жительства не было зарегистрировано ни одного номера. В итоге, я потратил порядка четырехсот долларов, переговорил с кучей людей, и узнал, что Антона можно найти по определенному телефону один раз в четыре дня. Это был один из номеров ГУП «Архив №4». Насчет видов деятельности данной организации, я не смог узнать ровным счетом ничего.
Сегодня Самокатов должен быть на телефоне. До начала рабочего дня оставалось десять минут. Сказать, что я волновался, значит, ничего не сказать. Меня трясло. Я не представлял, как отнесется ко мне практически чужой человек, с которым мы за все время совместной учебы едва ли перекинулись десятком фраз. С момента окончания школы прошло более полутора десятков лет. Какова будет его реакция на мою исповедь? Что он вообще за человек сейчас? Вдруг он поднимет меня на смех, или хуже того, предаст информацию огласке?! Робкая надежда, неопределенность, и страх изнутри разрывали меня на части.
Я, как обычно, сидел за кухонным столом, упершись локтями в стол и мял руками свои вялые щеки. Передо мной стоял наполненный, запотевший стограммовый гранённик, на блюдце влажно блестел соленый огурец, рядом лежала телефонная трубка. Щетина уже перешла в стадию короткой бороды, я ощупывал неравномерные клочковатые пучки растительности на лице, пытаясь представить, как сейчас выгляжу со стороны. В голове рождались самые непривлекательные образы. Посмотрел на часы, - было уже пять минут десятого, уже можно звонить.
Решимость пришла минут через двадцать. Я резко выдохнул, опрокинул стопку, и захрустел огурцом. «Будь что будет». - мысленно сказал я себе, и взял телефонную трубку.
После второго гудка ответил густой баритон.
- Четвертый, слушаю вас.
- Доброе утро, Самокатова можно услышать? - Я постарался придать голосу деловую официальность.
- Ты уже меня слышишь, Сергей. Чем обязан?
Этого было неожиданно для меня. Заученный текст собственной презентации улетучился, я растерялся, и замолчал.
- Ты только не волнуйся, - не дожидаясь моего ответа, размеренно и спокойно заговорил Антон, - просто я узнал, что ты наводишь обо мне справки, поэтому ждал твоего звонка.
После его слов мне и, в самом деле, стало спокойнее, и я сказал:
- Антон, мне требуется твоя помощь.
- Это я уже понял. Как раз сейчас у меня есть время. Ты можешь все рассказать мне прямо по телефону. Линия закрытая, нас никто не услышит.
Его вкрадчивый низкий голос успокаивал. Я почувствовал, как волнение понемногу уходит. Захотелось сесть поудобнее, что я и сделал, перейдя на диван в гостиную.
- Понимаешь, история долгая, даже не знаю с чего начать?
- Если можешь хронологически выделить первопричину событий, начни с нее. Если затрудняешься с этим, тогда начни с того, что больше всего тебя волнует, - доброжелательно посоветовал он.
Грудной голос Самокатова оказывал поистине магическое воздействие. Впервые за последние недели я успокоился.
- Хорошо. Начну с начала. Предпоследний Новый Год я встречал в Таиланде…
Слова потоком лились из меня. Самокатов слушал, не перебивая, лишь иногда задавал уточняющие вопросы, после которых я открывал ему все новые и новые подробности невероятной истории, случившейся со мной. Рассказ занял около часа. Когда я закончил излагать, в трубке ненадолго повисла тишина.
- Да уж, - после паузы услышал я задумчивый голос Антона, - не повезло тебе, дружище. Твоя тайская подружка была права на все сто, когда советовала не брать сверток. Ну, да ладно. Что случилось, то случилось. Будем думать, как выпутывать тебя из этой пренеприятнейшей истории.
Его последняя фраза: «будем думать» - была мне как бальзам на душу.
- Значит, ты мне веришь?! – радостно воскликнул я в трубку, вскочив с дивана.
- А почему я должен тебе не верить? То, что ты рассказал, и то как ты рассказал, говорит мне, что это правда. Несмотря на то, что твой организм находится под длительным воздействием алкоголя, все вышеописанные тобой события, имели место быть. Другое дело, что не каждый из людей способен их увидеть и дать им взвешенную оценку. С этой точки зрения, официальная медицина, по всей видимости, примет тебя за душевнобольного. Эмоциональный фон близок к депрессии. Налицо маниакальный синдром преследования. Что-то вроде того. На самом деле, это не важно. Все обозначения и термины – пшик.
Антон прокашлялся. В трубке послышался звук наливаемой жидкости. Через полминуты он продолжил:
Дело в том, что я кое-что слышал об аналогичных явлениях. В некоторых древнекитайских текстах были кое-какие ссылки, в том числе про древний Сиам. Там в пятом и шестом веках до нашей эры наблюдалось массовое рождение, так называемых, пятен мрака, или окон тьмы. Все это сопровождалось появлением некоторого количества артефактов. Возможно, один из них оказался у тебя. К нашему общему сожалению, я специализируюсь на других вопросах, и до недавнего момента не интересовался этой тематикой. Но суть не в этом. Ты, Сергей, судя по твоему рассказу, уже стал неким «необходимым» участником в намеченной цепи событий. Я думаю, разыгрывается определенный сценарий, в котором у тебя есть роль. Другое дело, как ты ее сыграешь? Вот в чем вопрос. То, что тебя подталкивают сыграть так, как это спланировано твоим врагом, понятно и младенцу.
Я слушал все это, приоткрыв рот. Мне очень не нравилось то, что слышал. Причем, после случившегося у меня не было оснований не доверять его словам.
- Что же мне теперь делать? – растерянно спросил я.
- Да ничего особенного, пока тебе делать не надо. Для начала прекрати пить, и приведи себя в порядок. Алкоголь тебе не союзник, скорее наоборот. Спиртное дает очень краткосрочный эффект, который при увеличении дозы и вовсе сходит на нет. При этом на лицо угнетающее действие этанола на нервную систему. Если крепко пить пару недель, то никакие враждебные сущности, демоны или духи будут не нужны, - поймаешь алкогольный делирий и сам переместишься в свою личную «Страну Оз», останется только гадать, насколько прекрасны будут видения.
Он еле слышно рассмеялся, и продолжил своим обычным ровным голосом:
  - Кроме шуток, завязывай с водкой. Возвращайся к своей нормальной жизни. У тебя ведь есть дела на работе?
- Два вагона и маленькая тележка, - ответил я, прикинув, во что выльется мой внеплановый отпуск.
- Ну, вот и славно. Займись работой и активным отдыхом. Смертельная опасность тебе пока не грозит. Я думаю, что в ближайшее время с тобой ничего плохого не произойдет. Если, конечно ты не совершишь сам какую-нибудь глупость. А я попробую собрать нужную информацию по своим каналам.
- А как быть с зеркалами?! – выпалил я, с содроганием вспоминая черноту собственных глаз, вытягивающих жизненную силу.
После небольшой паузы Самокатов ответил:
- Хорошо, что спросил. Я как-то упустил этот момент. Здесь есть нюансы. Сами по себе зеркала не представляют никакой опасности. Можешь спокойно ездить за рулем или заглядывать девушкам под юбки с помощью карманного зеркальца. То, с чем ты столкнулся, воздействует на тебя через зеркало определенным способом. Не буду вдаваться в объяснения, скажу только, что тебе следует избегать протяженного зрительного контакта «глаза в глаза» со своим отражением. Слово «протяженный» - ключевое. Даже если ты мельком встретишься с глазами собственного отражения, - ничего страшного не случится. Главное не зацепиться взглядом.
- Мне что снять с зеркал все пленки?
- Пока, пожалуй не стоит, а то ты у себя дома до конца расслабиться не сможешь. Пленки пока оставь. Я скажу, когда можно будет их снять.
- Понятно. Антон, а как я смогу тебя найти?
- Не надо меня искать, чего бы ни происходило. По этому номеру больше не звони. Я сам тебя найду когда придет время. Все, Сергей, мне пора. Держи хвост пистолетом. Все будет хорошо.
Послышались короткие гудки.

Мне снова хотелось жить. Я не псих! Да, пусть со мной происходит маловероятная история, напоминающая фантастику, но главное, что мой разум в порядке. И с сегодняшнего дня моя проблема начинает как-то решаться. Конечно, плохо, что без моего непосредственного участия и контроля, но здесь, уж как говориться – «не до жиру, быть бы живу». Я решительно вылил остатки водки в раковину, сел за компьютер и зашел на сайт коммерческого медицинского центра.
В трубке послышался мелодичный улыбающийся голос.
- Добрый день, центр Вита, слушаю вас.
- Здравствуйте. Девушка, мне срочно требуется детоксикация на дому…
Пока ждал врача, открыл все окна, и стал заниматься уборкой. Свежий весенний воздух ворвался в помещение, принеся прохладу и оживленные звуки улицы. Я возвращаюсь к жизни.
Под капельницей пришлось провести более шести часов. Мое состояние кардинально улучшилось. Я выбрал самую дорогую процедуру, в которой использовались современные седативные препараты. К вечеру я чувствовал себя уставшим и немного вялым. Но дрожи уже не было. Я закончил уборку, приготовил ужин, поел, выпил таблетку, оставленную врачом и заснул крепким сном.
Следующим днем было воскресение, и я потратил его на восстановление. Погулял по лесу, посетил бассейн, сауну прошел сеанс массажа. В понедельник пошел на работу, и сразу окунулся в пучину забот. Выглядел я уже довольно нормально, правда, кожа была немного бледнее обычного. Шефу наплел про проблемы с желудком. Никто из коллег ничего не заподозрил, и я быстро включился в рабочий ритм.
Время шло, и я постепенно входил в нормальную колею. С зеркалами поначалу была морока, но я приспособился и к этому. Самым сложным было бритье. Пришлось купить триммер и электробритву. Через пару недель я и думать забыл, как это бриться станком. Не происходило совершенно ничего мистического. Единственным напоминанием о проклятой шкатулке, были заклеенные зеркала, но и к ним я постепенно привык, перестал обращать внимание. От Самокатова не было никаких известий. Через пару месяцев, я стал почти прежним Сергеем Лавровым. Еще через месяц, вся эта история с рисунком, и фотографией стала мне казаться каким-то далеким сном. Я даже стал подумывать над тем, чтобы снять пленку с зеркал. Дело в том, что несколько раз я побрился перед зеркалом, будучи в гостях у подруги и ничего ужасного не случилось. Из-за этой глупой фобии, даже не могу гостей пригласить!
С алкоголем особых проблем тоже не возникло. Нельзя сказать, что я ушел в полную завязку, это могло вызвать ненужные домыслы. Просто я стал выпивать очень редко, употребляя, в основном, сухие вина. Был вечер пятницы, я возвращался домой от девушки в приподнятом настроении. Я решил, что завтра с утра сдеру, к чертям, эту проклятую пленку и приглашу Ларису в гости! По пути заскочил в супермаркет, купил бутылку французского шампанского и кусок зеленого сыра. Мне захотелось отметить это смелое решение.
Неладное я почувствовал, когда захлопнул за собой входную дверь. Что-то сгустилось в воздухе. Было недоброе ощущение, что я в квартире не один. Я разделся, взял из шкафа бейсбольную биту, и пошел по комнатам, включая свет и тревожно озираясь. Следов постороннего присутствия не наблюдалось. Я облегченно выдохнул, вернулся, и убрал биту на место. Забрав из прихожей пакет из супермаркета, я включил свет в кухне.
На столе стояла знакомая мне шкатулка. В целости и невредимости. Сначала я услышал стеклянный звон, это пакет выпал из моих ослабевших рук. Потом вокруг все поплыло, и я отключился.

Продолжение следует

Дух отражений (продолжение 3)

Sat, 19 Dec 2009 11:16:30 GMT

Глава 4. (Начало здесь)

Оли вытер слезы кружевными рукавами ночнушки, и, всхлипывая, подошел к окну. На подоконнике действительно стояла ваза с цветами. Желтые глазки ромашек весело поглядывали на него, не обращая ни малейшего внимания на его горе. Лишь одна ромашка выглядела немного грустной, и серединка у нее была темнее, почти оранжевой. Её то он и спрятал себе за пазуху. Под вазой и, правда, оказался ключ. Большой жёлтый металлический ключ, возможно золотой.
Мальчуган, зажав ключ в руке, стремглав бросился к лестнице. Топот ног по ступеням грохотал в непривычной пустой тишине. Он забрался по кованой лесенке к потолку, и двумя руками с усилием толкнул вверх массивную квадратную дверь. Скрипа не последовало, так как неделю назад, он лично смазал петли льняным маслом. Раздался громкий бух, - это тяжелая дверь, уверенно опустилась на пол. На чердаке все было как обычно, стоял таинственный полумрак. Пахло библиотекой. Множество забытых книг, свитков и прочих важных, но не очень нужных фолиантов, стояли стопками или просто валялись. В лучиках света, пробивающихся через малюсенькие оконца, кружились частички взбаламученной пыли. В дальнем углу стоял железный сундук с большим навесным замком на прочных петлях, толщиной с большой палец. Именно к этому замку он пытался подобрать отмычку на протяжении последних пяти лет. Естественно, он пробовал использовать лом и топор, да и некоторые другие мощные инструменты, позаимствованные у старика Джуро, но все бестолку. Ни сундук, ни замок не поддавались грубым воздействиям неумелого отрока. Если бы не обстоятельства, предшествующие получению драгоценного ключа, то он бы ликовал. Сейчас всё было по-другому, не так. Любопытство оставалось, но уходило на задний план. Стоял вопрос жизни и смерти. Оли думал так, и нисколько в этом не ошибался.
Мальчик, неуважительно отбрасывая ногами, лежащие на пути старые книги, приблизился к сундуку. Ключ легко вошел в замочную скважину, и удивительным образом, самопроизвольно повернулся. Раздался щелчок, дужка замка резко выскочила, и тяжелый замок с грохотом рухнул на пол. Крышка сундука с мелодичным скрипом отворилась, безвольно опрокинулась, явив на обозрение свое содержимое.
Первое, что увидел Оли, было письмо. Оно лежало сверху. Под ним было невообразимое множество сокровищ.
Он никогда не видел отца, но кое-что о нём слышал. Отец не был обычным человеком и в том, что он покинул их, не было ничего дурного. Так говорила мать. Он тоже не сомневался в этом, потому, что мог чувствовать, когда ему врут. Отец должен был уйти, он это знал твердо. И никто из соседей или друзей ни разу в жизни не поставил этот вопрос под сомнение. В противном случае, поединок был бы неизбежен. Мама его обманула лишь несколько раз, когда уходила в ночь с каменщиком Зельдом, и он тоже не признался ей, что знал правду, что они ходили вовсе не молиться в долину сумерек.
Он с трепетом взял листок бумаги и развернул его.

«Здравствуй, сын, я бы не задумываясь, отдал жизнь за то, чтобы иметь возможность просто обнять тебя и поговорить хоть один раз в жизни. Но я связан клятвой, и, если я нарушу её, на множество невинных людей падет жестокая кара. Если ты читаешь это письмо, то, как я и предполагал, ты стал тем, кто не проснулся. Тебя ждет страшное испытание, сынок. Возможно, ты погибнешь. Но шанс спастись есть.
Начну с главного, письмо длинное, а у тебя очень мало времени, поэтому постарайся выполнить те инструкции, которые ты сейчас прочитаешь, быстро и четко. Первое, - сначала прочитай все инструкции, а потом следуй указаниям. Не мешкая, выбери из сундука любые двенадцать вещей, по принципу, что само в руку попадется. То, что ты выберешь, и есть самое нужное, остальное без сожаления оставь на месте. Если что-то из сундука вдруг попытается убежать или скрыться, постарайся уничтожить эту вещь любым способом. Это предатель. Сложи предметы в свой рюкзачок. Потом быстро собери еду, воду, запасную одежду и оружие или то, что ты им считаешь. Затем тебе следует как можно быстрее покинуть дом, убедившись, в том, что тебя не видит ни одно живое существо. Город пустой, иди туда, где бы никто из твоих лучших друзей и не подумал бы тебя искать. Когда ты это прочитаешь, этот текст исчезнет, новый появится, когда ты будешь готов. Действуй, сынок, у тебя в запасе около половины часа».

Какое-то время Оли застывшим взглядом, наблюдал за стремительно бледнеющими строками. Когда лист стал девственно белым, мальчик встрепенулся, и уже было собрался заняться вещами из сундука, как ритмичный стук отвлек его внимание. Звук раздавался снаружи, и становился громче. Что-то необычное приближалось к его дому. Подбежав к окну, он боязливо выглянул в щелку между занавесками. Он увидел, как из за угла вышла деревянная кукла, и уверенно прошагала по мостовой в сторону площади. Он узнал её, это был Бьяморто, одна из злых кукол покойного мастера Мионе. Джуро говорил, что Мионе был очень талантливым деревянщиком, но по-настоящему прекрасно у него получались только страшные куклы, их в основном, покупали музеи или театры, иногда чародеи, родители для собственных детей никогда. Бьяморто был предсмертной работой Мионе. Оли один раз видел изделие. Кукла улыбалась, и по всему было видно, что покойный мастер пытался сделать Бьяморто веселым, но что-то неуловимое, мимолетное, отличающее искреннюю веселую улыбку от радостной гримасы садиста, терзающего жертву, пробралось в куклу. Поэтому от одного взгляда на улыбающееся лицо куклы, холодные мурашки бежали по спине, и хотелось бежать прочь. Сейчас кошмарная кукла ожила, и куда-то целеустремленно шагала. Мальчик понял, что это первый из многих врагов, желающих его смерти, которого он увидел.
Из сундука послышалось слабое шевеление, Оли метнулся к нему, и пристально осмотрел. Странно, шевелиться вроде нечему. Он схватил мешковину, покрывающую одну из книжных стопок, расстелил ее на полу, и стал быстро складывать туда разные предметы из сундучка. Он уже насчитал десять вещей, когда, радужный стеклянный шар беззвучно откатился в сторону. Мальчик заметил это самым краем глаза, почти почувствовал. С чего бы ему катиться? Полы на чердаке ровные и прочные, впрочем, как и во всем доме, он ничего не задевал, да и сквозняка не было. Шар находился в шаге от края холстины и в трех шагах от люка в полу. Он протянул руку за следующей вещью, и в этот момент шар очень медленно покатился в сторону выхода к лестнице. Он встал, сделав движение, будто расправляет затекшую спину. Стеклянный кругляш остановился и замер. Оли никогда не был тормозом, он всё понял. Лениво почесывая спину, и хрустя суставами, мальчик лихорадочно стрелял глазами, в поисках оружия. Он не увидел ничего, подходящего кроме небольшого блестящего стального утюжка, лежащего среди отобранных вещей. Сев на корточки, и сделав вид, что изучает выбранные предметы, он потрогал несколько предметов и взял в руки утюжок, тот оказался весьма увесистым. В самый раз, - оформилась мысль. Когда Оли стал вставать, шарик, видимо почувствовав намерения ребенка, торопливо покатился к люку. Оли рванулся следом, но не успел. Лишь услышал веселый скокочущий стук, высунул голову в отверстие, и увидел, как шар, словно резиновый бодро пружинит по ступенькам вниз. Вот поганка! Мальчишка метнулся к проёму, и стал торопливо спускаться задом по неудобной лестнице. На площадке второго этажа ничего не наблюдалось, а дверь в комнаты была закрытой. Оставался единственный путь – вниз в прихожую. А там еще и коридор к черному ходу, плохо. Ой, плохо! Сердце бешено колотилось. Дверь! Может быть не заперта дверь с чёрного хода, поганка! Где же этот гадский шарик?! Оли скакал вниз по ступеням, когда слева молниеносно сверкнуло что-то яркое, и он получил удар в висок. Свет потух.
Он видел маму и сестру, ему было хорошо, он радовался, и улыбался. Оказывается все это был дурацкий сон, и он проснулся. Какой-то другой несчастный стал жертвой, и сейчас они вместе начнут собираться в путь. Только мама почему-то не радовалась, а озабоченно размахивала руками, и пыталась что-то ему беззвучно говорить, а на ее лице был страх. Оли не слышал, лишь счастливо улыбался, удивляясь, что все расстроены. Ведь он, на самом деле, проснулся. Мама в отчаянии взяла его за ладонь, и тогда он услышал: «Просыпайся, скорее сынок, опасность близка!»

Сознание возвращалось через ладошку, которую только что держала мама. Тепло шло через руку вверх, потоком вливаясь в тело. Оли открыл глаза, и увидел зажатый в руке утюжок, который дарил теплые исцеляющие волны. Он точно знал, что с момента удара прошло около семи секунд. Ручка утюга упруго запульсировала. Он поднес утюг к лицу, и посмотрел на гладящую поверхность. Вот это да, волшебное зеркало! Всё видно. Вот ты где притаился, предатель. Сейчас мы с тобой разберемся. Мальчик бодро поднялся с неудобных даже для короткого сна ступенек, и уверенно направился вниз в прихожую. Он открыл высокий шкаф в левом углу, вслепую пошарил, и вынул рыбацкий сачок на длинной палке. Палка была лишней, поэтому пришлось удалить фиксирующий ржавый гвоздь, и снять с древка кольцо с сеткой. Готово. Он ухмыльнулся, представив себя гладиумом на арене с сачком и утюгом. Смешно. Держа утюг в правой, а сачок в левой руке, мальчик через открытую дверцу прошел в коридор черного хода.
То, что входная дверь снаружи случайно подперта небольшим камешком, он успел увидеть в отражении на утюге. Именно через нее пытался прорваться наружу шар-предатель. Но не смог преодолеть преграду. Для шарика, имеющего небольшой вес, толкнуть или пробить дубовую дверь весьма затруднительно. Поэтому, после пары безуспешных попыток, шар ухитрился запрыгнуть в один из десятка глиняных кувшинов, стоящих вдоль правой стены темного коридора. Видимо надеялся отсидеться в убежище, и дождаться ухода ребенка. Если бы не волшебный утюг, вряд ли бы Оли догадался искать врага в кувшине.
Нужно было спешить. Искомый кувшин стоял четвертым в ряду от входа в коридор. Мальчик подбежал и набросил сетку сачка на кувшин. Слава богу, размеры кольца и сетки позволили накрыть сосуд целиком. Затем наступил на дужку, плотно прижав кольцо с сеткой к полу. Никуда не денешься гад! Он повалил кувшин на бок, и с размаху обрушил на него утюжок. Амфора с грохотом взорвалась искрами мелких осколков, подняв облако едкой пыли, часть которой попало в глаза и носоглотку мальчика. Он зажмурился, и чихнул. Когда пыль улеглась, он увидел, как в веревочной паутине беспомощно мечется маленький шарик. Он почувствовал волны страха и отчаяния, исходившие от существа. В конце концов, шарик понял тщетность попыток вырваться, и замер, слабо пульсируя тусклыми красными вспышками. Складывалось впечатление, что он дрожал от страха. Оли занес руку для решающего удара. И замер. Пульсация шарика участилась. Вот, поганка! Карающая рука с утюгом опустилась. Точнее, безвольно упала. Упала с грохотом утюга на пол рядом с кольцом окруженного шара. Оли заплакал от бессилия. Поднял сачок, взял шарик в руку. Тот был прохладным и немного влажным. «Вспотел от страха, да, гад?!» - сквозь слезы, всхлипывая, прокричал мальчишка, и пошел к двери. Толкнул плечом, стопорящий камешек отлетел, и дверь распахнулась. Бережно опустил шар на крыльцо. На какое-то время тот просто замер на месте, словно чего-то выжидая, а потом стал менять цвет: красный, оранжевый, желтый; став, наконец, нежно-зеленым. Издалека послышался тревожный дребезжащий звон. Шар мигнул, спрыгнул с крыльца, и покатился в сторону ратуши.
Что-то подсказало мальчику, что нужно срочно укрыться в доме. Он закрыл дверь и побрел по коридору, автоматически поднял брошенный утюг, и направился к сундуку. Горькие теплые слезы текли по щекам.
Какой же я слабак, хуже девчонки! Не смог уничтожить врага. Всё было в моих руках, а я, как глупая плакса, - пожалел. Как мне бороться с сильными врагами, если я даже слабого не могу убить?!
Слёзы перешли в рыдания, и тут его что-то кольнуло в ладонь. Он рефлекторно разжал пальцы, и утюжок рухнул на мешковину к остальным вещам. Истерику как рукой сняло. Так. Времени мало. Он, не думая, выбрал пару недостающих вещей, и ловко связал материю в узелок. Затем решительно двинулся к комоду. И стал деловито выбирать нужные вещи, без сожаления бросая на пол лишнее. Его отвлек нарастающий шум улицы вкупе с грохочущими ударами. Он прервал поиски, подбежал к окну, и осторожно выглянул в щелку.
Вереница оживших игрушек, заворачивает за угол, а большая Магда ухающими шагами, следует позади. В этот момент ему стало понятно, почему пропал его плюшевый друг. Еще один предатель. В глазах снова начало теплеть, но он взял себя в руки, и вернулся к делам
На остальные сборы ушло не более пяти минут. Он действовал расчетливо и быстро. За это время было принято решение, куда следует идти. Ему было известно одно укромное место. Про то, что он там бывал, не должен знать никто.

Толпа игрушек на площади приглушенно перешептывалась. В воздухе повисло предвкушение будоражащей новости. Чей же хозяин в розыске?! Многие из присутствующих были искренне рады, что не их бывшие владельцы стали жертвой, ибо были по-доброму привязаны к ним. Были и те, кто только порадовался бы, будь их бывший господин выбран для торжественной кровавой жертвы. Некоторым и вовсе была безразлична судьба их бывших хозяев. Это были, в основном те игрушки, что стояли на витринах в ожидании покупателя. Однако, нечто общее объединяло собравшихся. Никто не хотел оказаться на месте доносчика. Вместе с тем, всегда любопытно понаблюдать за тем как поведет себя тот другой, кто будет вынужден предать своего бывшего. Других вариантов никто даже и не рассматривал. Кто рискнет покрывать людей, рискуя ВСЕМ? Ищите дураков.
Бьяморто (а это был именно он, теперь мы знаем его имя), поднял указательный палец вверх. Стал слышен очень тонкий скрип, почти свист:
- Я жду, духовживлённые сограждане! Я знаю, кто и, что мне может, и хочет сказать! Но я даю шанс сделать это добровольно, и получить достойное щедрое вознаграждение!
Он глянул вниз, громко щелкнул деревянными пальцами, видимо подав какой-то знак. Через некоторое время на сцену бодро поднялся офицер деревянных гвардейцев. Следом за ним по лестнице стал неуклюже карабкаться набитый ватой матерчатый звездочёт с посохом в синем со звёздами халате до пола, и конусовидном колпаке такой же расцветки. Неснимаемый халат значительно ограничивал движения. Звездочет с каждым шагом по ступенькам неуклюже изгибался как сосиска, являя толпе немодные даже в кукольном мире, желтые дурацкие туфли с острыми загнутыми носами.
Раздались смешки и скабрезные замечания по поводу наличия под полами халата ног и прочих органов. Но они быстро умолкли, когда все увидели, как офицер встал по стойке смирно позади оратора. А звездочёт, успешно забравшись на помост, мелкими шажками подошел к Бьяморто, и стал что-то нашептывать в ухо. Вероятно узнав нечто новое, длинноносый, улыбнулся, продемонстрировав коричневые клыки, и спросил в толпу:
- Ну, что?! Времени много не дам!
Стало значительно тише, присутствующие замолчали, и стали оглядываться друг на друга. У всех были озабоченно- сосредоточенные лица. Можно подумать, кто-то способен вычислить потенциального ренегата одним взглядом. Кто знает?
Как выяснилось, пословица - «На воре и шапка горит!», работает опосредовано, причем на глупых, неопытных, стыдливых воришках (которым никогда в жизни не стать профессионалами), и просто на тех, кто готов почувствовать себя виноватым по любому поводу. В разных местах среди толпы беспокойно зашевелилось множество персон.

- Ну вот, сейчас мы с вами, будем лицезреть первого доносителя, дамы и господа, - с выражением продекламировал клоун, - смотрите внимательно!
Он картинно обвёл короткой ручонкой колеблющиеся массы. Этот жест не произвел впечатления на стоящих рядом. Гном заговорил, будто не замечая клоуна.
- Как лаконично выразился, а я думал, что он скажет: «А сейчас, друзья я покажу вам всем, как надо жарить великолепную скумбрию!», а он лишь пытается запугать толпу. Тьфу, поганка подгнившая!
Ранфункель презрительно скривился, и продолжил:
- Вы, месье Лемур, предсказываете такие вещи как то, что у вас на ягодице скоро вскочит прыщ, и вы предлагаете нам всем взглянуть, как произойдет это знаменательное событие. Поверьте, любезнейший, Лемур такие мерзкие события, как прилюдное предательство, пусть и вынужденное или, допустим, ваш гнойный прыщ, для благородных созданий одинаково противны. Поэтому не вижу смысла заострять на них внимание. Давайте просто перетерпим их, каждый по-своему, - хрипло захохотнал гном и подмигнул в сторону клоуна, - постарайтесь только резко не садиться на твердые поверхности.
Ранфункель затрясся в хохоте.
- Фи, какая низкосортная пошлость, - недовольно скривился Лемур.
Большая Магда слабо улыбнулась шутке, чем порадовала гнома, и заставила еще сильнее помрачнеть его оппонента.
- Сударыня, - хрипловатым обаятельным баритоном заговорил, воодушевленный молчаливой поддержкой гном, и поднял голову в поиске визуального контакта с гигантской красоткой. Убедившись, что его заметили, он удовлетворённо хмыкнул, и продолжил:
- Я бы хотел предложить вам, фройлен, оставить этого надутого павлина, и предоставить вам своё общество. При этом даю железнейшие гарантии, что скучать вам…
- Смотрите, - перебил клоун, - что я говорил, то и произойдёт.
В этот момент по толпе пошёл ропот, и возникла некоторая суета, похожая на ту, когда местная знаменитость выходит на сцену перед зрителями, ну или когда преступника выводят на эшафот, конечно не оголтелого злодея, а так, середнячка для хорошей порции розг.
Виновником суеты был рыжеватый медвежонок, который взбирался по ступенькам на подиум. Если бы он мог потеть, то уже был бы мокрым до последней нитки. Обретенное сердце колотилось как испорченный игрушечный метроном, - неритмично и часто. Он сумел подняться на сцену сам, без помощи людей и уже это, было для него подвигом. Мишка был растерян, и не понимал, зачем вообще оказался тут. Он стоял, перед собравшимися и жмурился, хотя света софитов не было и в помине.
Из оцепенения его вывел сильный шлепок по плечу. Мишка вздрогнул, и обернулся. Деревянное длинноносое лицо склонилось над ним сверху, явив иглозубый оскал. Медвежонок снова дернулся, и сжался под пристальным взглядом чёрных мёртвых глаз. Бьяморто положил ему на голову ладонь. Неестественно длинные гибкие пальцы, наполовину обхватили голову, будто плотная холодная паутина. Мишку затрясло. Холодная рука резко повернула его голову лицом к толпе. Из-за спины раздался грохочущий голос:
- Перед вами малыш Мирка! Ведь так тебя назвал твой бывший хозяин?!
Мирка молча кивнул.
- Вот видите, друзья! Я знаю каждого из вас не хуже ваших бывших, - вещал Бьяморто, и голос его всё больше походил на человеческий, - малыш Мирка, - он потрепал медвежонка по плечу, - наверное, хочет что-то сказать почтеннейшей публике! Прошу, не стесняйся, плюшевый брат, - говори!
- А-а-а-а-а – промычал мишка стандартное, незамысловатое, гундосое междометье, которое обычно издают многие игрушечные медвежата, когда их опрокидывают на спину.
Мирку словно парализовало от волнения и страха, он не знал, что говорить. В горле было очень сухо. Аудитория притихла, ожидая продолжения. На выручку пришло страшилище, стоявшее за спиной.
- Наш маленький гость оробел! – скрипуче выкрикнул пиноккио, - Он готов сказать где сейчас может находиться его бывший хозяин, а это именно тот человек, - он поднял листовку, - которого мы все ищем. Не так ли, дружок?!
Он снова повернул голову мишки в сторону, и изогнувшись, приблизил его лицо к своему. Кончик длинного носа был на волоске от чёрной пуговки медвежонка.
Мишка несколько раз утвердительно кивнул. Бьяморто отпустил беднягу, и выпрямился.
- Наш маленький коллега, - он указал на Мирку, - герой, с присущей настоящему герою скромностью. Ответственность знания, это тяжкий груз, который сейчас ему предстоит снять со своих славных плеч. Ты можешь сообщить мне, где он живёт, герой?!
Он привычным жестом накрыл ладонью шерстистую голову мишки, слегка сжал длинные пальцы, и резко поднял руку вверх.
- Да-а, - неуверенно по-медвежьи прогудел первое внятное слово Мирка, и ему полегчало, но вместе с тем, холодный камешек измены упал куда-то внутрь, и поселился в нём, питая холодом его ватные внутренности.
- Не обязательно кричать на всю площадь, можешь сообщить мне, а дальше я позабочусь обо всём.
Бьяморто склонился, и пододвинул круглую дырку, которая служила ему ухом, ко рту медвежонка. Одновременно с этим, он обхватил пальцами правой рукой шею мишки, и крепко сжал их тугим ошейником.
Мирка издал что-то похожее на кашель, и пиноккио ослабил хватку. Медвежонок начал тихо говорить в слуховую дырку. Не прошло и минуты, как длинноносый потерял всяческий интерес к Мирке. Он жестом подозвал офицера деревянных гвардейцев, и дал тому какое-то распоряжение. Офицер ретировался со сцены. Отрывистыми командами построил взвод, отобрал четырех самых крепких солдат и в их сопровождении, удалился в одном из проулков.
Звездочёт взял рукой застывшего медвежонка за лапу, и оттащил назад, усадив на одну из табуреток. А Бьяморто вышел на край помоста и поднял руки, призывая толпу к вниманию. Когда установилась относительная тишина, он заговорил:
- Ну, что ж, - братья и сестры, наш великолепный блистательный медведь сообщил мне где находится логово непробудившегося. Ведь мы все очень благодарны нашему герою, не так ли?!
- Да! – раздалось несколько нестройных голосов.
Он приложил ладонь к правой слуховой дырке, повернул голову влево, и проорал:
- Не слышу!!!
- Да-а-а!!! – подхватило большинство присутствующих.
- Вот это лучше, - удовлетворённо Еще он мне поведал, что его бывший хозяин очень хитрый и злобный тип. Несмотря на то, что наш храбрец Мирка служил ему верой и правдой, этот, не побоюсь этого слова, - садист, мучил, и истязал своего маленького беззащитного раба!
Медвежонок протестующе замахал руками, и попытался что-то возразить, но звездочёт посохом с силой пригвоздил одну из лап к полу, и зажал мишке рот. Склонившись, он что-то зло зашипел ему в ухо.
- …все были рабами, людей! Скоро справедливая кара постигнет этого гнусного злодея во славу Мастера. Будем надеяться, что чудовище в человеческом обличье не покинуло своего логова. И благодаря информации, полученной от нашего доблестного Мирки, нам не придется объявлять большую охоту. Скоро мы с вами всё узнаем. Кстати, я думаю всем интересно будет знать какой награды будет удостоен наш герой Мирка, если мы схватим чудовище в логове по его подсказке?!
Он поднял палец вверх.
Вот теперь на площади воцарилась тишина. Всем было очень любопытно.
- Не буду испытывать ваше терпение, и скажу сразу. Ему будет предоставлена почётная обязанность нанести первый разящий удар острой пикой в брюхо злобной жертве. Он сможет отомстить своему мучителю! Ну, разве это не королевская, награда?! – величаво прогрохотал Бьяморто.
Аудитория приняла новость прохладно, можно сказать, разочаровано. По всей видимости, большинство ожидало чего-то более существенного.
На мишку было жалко смотреть. Градины слёз катились из желтоватых стеклянных глаз. Хилое тельце мелко тряслось в паническом ознобе. Он жалел, что вышел на эту сцену и молил бога, чтобы Оли не схватили в доме. Ему было страшно, больно и стыдно. От новых ужасных ощущений кружилась голова, и билось сердечко. Лучше бы он оставался просто игрушкой, ведь кроме любви мальчика он не ведал других чувств. Зачем все это?! Быть живым, - ужасно, - осознал Мирка. Тут его словно обдало холодом, так, что он невольно вздрогнул, и поднял глаза.
Это деревянное изваяние, повернулось, чтобы почтить его своим вниманием.
- Посмотрите на нашего смельчака!
Следует отметить, что голос куклы изменился и стал неотличим от человеческого. Более того, это уже был мощный поставленный баритон сценического профессионала, способный заставить дрожать стёкла.
- Наш благородный мститель Мирка плачет от счастья! Он не ждал такой чести, и не верит своим плюшевым ушам! Но это, правда. Не всем понять мятущуюся душу маленького героя, исполненную праведным гневом…

- Занятно, - томным ленивым голосом произнесла большая Магда.
- Я и не предполагала, что покойник Мионе способен делать лидеров. Этот, - она грациозно взмахнула полной рукой в сторону подиума, - видимо давно рвался на подмостки. Судя по всему, старик, влил в него концентрат своей злости и желчной зависти, дополнив нереализованным желанием кусать зубками, которых у него к моменту смерти оставалось не более двух. Уверена, что зубы у чучела прорезались сразу после пробуждения, и уже сейчас могут уверенно грызть стекло. Что до меня, то вроде бы это не худший кандидат на жреца.
Она немного помолчала, и продолжила:
- Правда, непонятно, откуда такая склонность к публичному позерству?! Возможно, предчувствие скорой смерти вдохнуло в руки Мионе дополнительную силу, он прыгнул выше своих обычных возможностей, и сделал это.
И гном и клоун неотрывно смотрели на деревянную женщину с открытыми ртами. А она продолжала:
- Хотя, по правде сказать, я не думаю, что это Мионе. Скорее всего, ему подсунули эту деревяшку, как материал. Очевидно, это оно, - она задумчиво провела рукой по волосам, - звенящее древо. Ну, да, очень похоже… Впрочем это не важно.
Спутники пока недоумённо молчали. Множество вопросов было готово вырваться у них из уст. И по выражениям их лиц, она поняла, что плотина молчания скоро прорвется. Но умная, хоть и деревянная женщина вовремя спустила лишнюю воду.
- Дорогие мои!
Она слегка присела, и с ласковой улыбкой оглядела напряженные лица собеседников.
- Я с удовольствием поделюсь с вами всеми известными мне фактами, но позже. У нас обязательно будет время обсудить всё происходящее в спокойной обстановке. Если, конечно, - она капризно поджала губы, - кто-то из вас не решит покинуть моё общество.
В этот раз Магда лишь слегка наклонила голову, и убедилась в том, что обожание или, по меньшей мере, лояльность, в ближайшее время ей обеспечены.
- А сейчас, господа, меня интересуют ваши прогнозы относительно ближайших событий.
Первым был клоун.
- Сударыня, как вы заметили, - мое предположение касательно предателя подтвердилось. Смею надеяться, что вы оценили мою прозорливость. Так вот, смею предположить, что через полчаса мы увидим неплохое представление, финалом которого будет изобретательная экзекуция.
Лемур учтиво поклонился, тряхнув зелеными кудрями. Обнажив при этом небольшую, белую лысину, которую кукольник, сэкономив, не посчитал нужным оволосить. Видимо, планировал, прикрывать дурацкими колпаками.
Ранфункель хохотнул, прокашлялся, сплюнул и застыл. Тот факт, что теперь он мог плевать, произвёл на гнома сильнейшее впечатление. Он в изумлении разглядывал, как остатки слюны ниточкой обрываются вниз с его губ, и стеклянной каплей падают на пыльную мостовую.
Клоун, увидев заминку соперника, не преминул воспользоваться шансом, и размахнувшись, влепил по щеке противника, дабы образумить от ненужных грез. Но просчитался. Гном вовремя пригнулся, и ладонь Лемура впечаталась Магде в бедро немного выше колена. Ему показалось, что он ударил столб.
Деревянная женщина укоризненно посмотрела на зеленоволосого.
- Я пока не давала вам добро на ласки, пусть и такие невнятные, месье Лемур! Будьте любезны, держать себя в руках.
Хриплое ржание, плавно переходило в карканье и обратно. Ран заливисто от души смеялся. Что может быть приятнее для мужчины, чем втоптать в грязь соперника. Десять ноль, по сумме факторов; не меньше, - думалось ему. Отсмеявшись, он не глядя, на кислое лицо клоуна, серьезно спросил:
- Могу ли я о, несравненная, фройлен Магда, высказать своё ничтожное мнение?
Увидев легкий благосклонный кивок, гном продолжил:
- Хорошо. За то небольшое время, которое было у меня, я изучил физиогномику лица, изображенного на листовке. Мой мозг интенсивно работал. Погрузившись в хитросплетение кривых и поверхностей, соотнеся расстояния и сделав ряд сложных математических расчетов, мне открылось нечто большее об этом человеке.
Он выдержал паузу.
- Не думаю, что шарлатанскому методу, который, наш пожилой друг, пытается выдать за научный, можно доверять, - ехидно вставил Лемур, - Однако, будет любопытно услышать, какие фантазии родились в пустоте заключенной, в черепную коробку нашего почтенного старичка, которую тот ошибочно именует мозгом. Мы все во внимании.
Клоун картинно похлопал в ладоши.
Ран не обратил внимания на витиеватый укол. Он поднял голову, испытующе глядя на даму, ожидая ее реакции.
- Будьте любезны, дорогой Ранфункель, меня очень интересуют ваши выводы, - тепло проворковала Магда.
Гном довольно улыбнулся, и прокашлялся, готовясь к речи.
- Моя восхитительная фройлен, - называйте меня Ран или просто Рани. Теперь непосредственно о мальчике. Он, несомненно, является интуитивным экстравертом, где-то посредине между логическим и этическим типом психики. Уровень интеллекта по Айзенку не менее ста тридцати, а вероятно даже ...
Он прервался, увидев реакцию собеседников, которая была такой, будто он произнес грязное тарабарское ругательство.
- Прошу прощения, - спохватился Ран, - не буду утомлять ваш слух специальными терминами. Скажу главное. Я бы не был столь оптимистичен в оценке противника. Не уверен, что он даст легко себя поймать. Скажу о его сильных сторонах. Он смышлён, даже очень. Природа наградила его пытливым и гибким умом. К примеру, обратите внимание на муху, которая сидит на носу месье Лемура.
Магда посмотрела на клоуна, а тот, спохватившись, согнал назойливое насекомое.
- Итак, - продолжал гном, - ни у кого из нас не вызывает сомнения тот факт, что Лемур на порядок умнее этой мухи, не так ли?
Клоун кивнул со значительным видом, а Магда согласно развела руками.
- Прекрасно, так вот интеллект мальчика в сравнении с умом месье Лемура, соотносится как ум Лемура в сравнении с умом данной мухи.
- Вы невежа и хам! – истерично выкрикнул клоун.
- Помимо острого ума, - как ни в чем не бывало, спокойно продолжал гном, - мальчишка еще обладает сильной волей. Он весьма эмоционален, но способен трезво оценивать ситуацию, особенно, находясь в критическом положении. Может совершать непредсказуемые поступки, и принимать нестандартные решения, особенно в периоды опасности. Умеет находить общий язык с людьми и животными. Возможно, есть у него и слабые стороны, о которых я пока умолчу. Кроме, одной в которой я уверен точно, - он не способен убить беззащитного. Хотя, это спорный недостаток. Все.
- Вы хотите сказать, - недоверчиво процедил клоун, - что если мы с ним будем драться и я пойму, что он меня одолевает; мне достаточно бросить оружие и поднять руки? И он оставит меня в живых?!
- Именно так.
- Так это же прекрасно! Всегда можно таким способом избежать смерти, а потом попытаться убить его снова. Только, я вам не верю. В ваших выводах явное противоречие. Вы же сами утверждали, что он не идиот, а просто кладезь ума. Но иметь возможность убить злейшего врага и оставить его в живых – это поступок настоящего недоумка.
- Вам этого не понять. Ни единого противоречия в моих тезисах нет. Вам, по всей видимости, просто не знакомо такое слово как благородство. Оно и не удивительно.
- Да, что вы говорите! Можно подумать вы …
- Господа! – прервала начинавшуюся перепалку, большая Магда, - Нет смысла спорить, лучше посмотрите туда.
Она указала на один из проулков позади справа. Спорщики дружно обернулись. По улице возвращался наряд гвардейцев, отправленный за жертвой. Пленника в их компании не было. Судя по хмурому виду офицера, ситуация с жертвой усложнялась. Офицер что-то рявкнул солдатам, те поспешили к своим сослуживцам. Сам он направился прямиком к помосту.
На подиуме наблюдалось некоторое оживление. Справа от виселицы деловито суетились пятеро деревянных пожарных в сверкающих желтых шлемах. Двое разматывали большой рулон тёмно-зеленого брезента, остальные монтировали цилиндрическую конструкцию из стальных трубок. Слева от виселицы стоял большой стул, напоминающий трон. В отдалении располагался ряд стульев, на одном из которых одиноко сидел Мирка, за его спиной неподвижно застыл деревянный солдат с отточенной алебардой. Бьяморто, находился рядом с троном, что-то активно обсуждая со звездочётом.
Офицер поднялся, и строевым шагом двинулся в направлении пиноккио. Бьяморто заметил его, махнул рукой, после чего капитан перешел на обычную походку. Доклад был кратким.

Продолжение

Дух отражений (продолжение 2)

Sat, 12 Dec 2009 19:21:39 GMT

Глава 3. (Начало здесь)

Проснулся я в обед. Нет смысла описывать мое состояние после пробуждения. С Новым годом, твою мать. Праздник удался. Или нет?

Я сел на кровати, и попытался вспомнить события вчерашнего дня, но у меня из головы не выходил этот сон - очень реальный, и красочный. Никогда не видел подобных снов. Меня немного взволновало сходство мальчика из сна с моими детскими фотографиями. Этот рыжий пацан был копией меня в детстве, правда, волосы у него были длиннее тех, которые я носил в его возрасте.

Я вспомнил кое-что еще. Историю со вчерашним рисунком и шкатулкой. И настроение стало ниже плинтуса. Очень трудно поверить в реальность событий случившихся вчера. История с рисунком просто не находила логического объяснения, а мистические и прочие магические версии, я даже не рассматривал, будучи по природе своей атеистом.

Я был крещен, и даже несколько раз бывал в церкви, но никакого священного трепета не испытал, сколько не пытался настроить себя. Более того, вся моя жизнь была доказательством тому, что все зависит только от человека, и если бог и существует (в чем я лично сомневаюсь), то уж никак не проявляет себя в нашей реальности, и живет он в каком-то своем мире. Не подумайте, что я не уважаю, религиозные чувства верующих. Если люди находят в вере отдушину, это их право. Лично я полагаю это некоторым видом традиционного самообмана. Всяких магов и экстрасенсов считаю либо талантливыми шарлатанами, либо просто психически нездоровыми людьми, как и всех клиентов этой шатии-братии.

Итак, со мной произошло нечто не укладывающееся ни в какие рамки привычного для меня мира. О чем это говорит? Только о том, что я просто пока не нашел вразумительного объяснения произошедшему. То, что рациональное объяснение существует, у меня не было ни малейшего сомнения.

Попробуем разложить проблему на части. Во-первых, кто-то должен был проникнуть в мою квартиру, для того, чтобы подложить в шкатулку свиток с изображением. Причем это произошло в двое суток предшествующих Новому Году. По той простой причине, что халат я купил двадцать девятого декабря. Во-вторых, за мной следили, по крайней мере, в магазине. В-третьих, то, что на момент вскрытия шкатулки я оказался именно в этом халате просто совпадение.

Итак, требуется понять, кто и как мог попасть ко мне в квартиру. Я вышел в прихожую, открыл входную дверь, и внимательно осмотрел входную дверь с обеих сторон. Особое внимание, я уделил личинкам замков и самим замкам. Следов взлома не было.

Значит, таинственный некто проник в квартиру, открыв дверь ключом. Понятно. Картинка быстро начала складываться, меня внезапно осенило. «Вот сука!» - выкрикнул я в пустоту. Какая я же ты Викуся тварь! Ну конечно, кто еще кроме нее мог попасть ко мне вот так запросто. Кто кроме нее мог обнаружить этот новогодний подарок. Что ж, шутка в её духе. Я взял телефон и набрал номер.

Через десять минут в состоянии полной растерянности я сидел на кухне и пил коньяк. Вика уехала на ПМЖ в Германию как полтора месяца назад. Моя правдоподобная версия шла коту под хвост. Вообще-то я очень редко пью днём, но первого января всегда делал себе послабления. Был еще конечно вариант, что она кого-нибудь подговорила, но в это я не верил. Не тем она была человеком. Поверьте мне, я хорошо знал женщину, на которой всерьез планировал жениться. Не доверила бы она такое никому, даже родной сестре, будь она у нее. Мне многое в жизни нравилось, и многое не нравилось. Неразрешимые загадки, как я понял, относились к типу «очень не нравилось». Я понял, что пока не разберусь с этим, банально не смогу успокоиться. Я привык, что в моём жизненном пространстве всегда полный порядок, все стоит на своих местах. На протяжении тридцати лет я с успехом добивался этого, не откладывая в долгий ящик решение проблем, если они возникали.

Я сидел на кухне, крепко задумавшись, рука автоматически подливала коньяк в бокал, брала его, и опрокидывала в рот. Горло автоматически глотало. Я думал.

Прошло минут сорок, и бутылка опустела. Когда я поднес ко рту пустой стакан, и попытался выпить, решение внезапно пришло ко мне. Скажу сразу, оно мне совсем не понравилось, но при этом снимало практически все вопросы.

Вы слышали что-нибудь про алкогольные психозы? Если нет, то термин «белая горячка» вам, наверняка, известен. Так вот, это не единственный вид алкогольного бреда, существуют и другие. Я не буду вдаваться в теорию, но провалы в памяти, красочные сновидения и даже галлюцинации являются неизменными спутниками этих патологических состояний сознания. Наше подсознание до конца не изучено, но ведь именно оно берет управление над организмом, когда обычное восприятие дает сбои, либо засыпает. Неудивительно, что мне привиделось нечто необъяснимое и таинственное, как и то, что в голове частично перемешалась реальность со сном. Вероятно, я отключился, когда вскрыл шкатулку, а потом быстро очнулся. Оставалась неясность насчёт реального содержимого сундучка, но видимо, он был пустым изначально.

Я решил остановиться на этой версии, и сделал соответствующие выводы относительно возможного количества употребления алкогольных напитков за единицу времени. Все эти медицинские сведения были мной почерпнуты из разговора с одним знакомым наркологом, кстати говоря, на пьянке. Он рассказывал такие случаи, некоторые из которых были забавными, в от некоторых кровь стыла в жилах. Так что провалы в памяти и замещения реальности (не помню правильный термин), не являются событиями фантастическими. А я в новогоднюю ночь нагрузился изрядно.

После того как я определился с объяснением, мир снова стал привычным и понятным. Второго января я ограничился литром пива. Ну, а с третьего, началась длительная полоса трезвости. Закончились рождественские каникулы, и жизнь вошла в свой обычный рабочий ритм. Шкатулка отправилась на место в шкаф. Ничего больше не напоминало мне, о случившемся, со мной первого января.

Прошло еще два месяца. Это были последние два месяца, которые я прожил в реальности, к которой привык. А потом мой мир стал рушиться.

Была пятница. Я собирался на День Рождения к коллеге. Настроение было приподнятым. Я решил развязаться в плане алкоголя, посчитав, что держался достаточно долго, и пару сотен грамм хорошего коньяка мне не повредят. К тому же есть повод. В качестве презента был приготовлен мой любимый французский коньяк. Зная характер именинника, я ни капли не сомневался в том, что бутылка будет выставлена на стол.

Я стоял в прихожей, и уже собрался уходить, когда вспомнил про лисью шапку, которую мне подарила мама. Я полез в шкаф, и случайно задел шкатулку, которая с грохотом рухнула на кафель, и крышка ее открылась. Шкатулка была не пуста.

Я медленно слез с табуретки. Сердце часто застучало, к голове прилила кровь, и тело сделалось немного ватным. Я нагнулся, и извлёк свиток плотной белоснежной бумаги, перевязанный красной ленточкой. Наверное, в такие моменты у стариков происходят инфаркты и инсульты. Физическое здоровье у меня было прекрасным, и сердце не разорвалось. Самое поганое в том, что я не был под кайфом, и любые объяснения, связанные с этим отпадают напрочь.

Я положил свиток обратно внутрь, и отнес сундучок на кухню. Разделся, достал из пакета подарочную бутылку, и вернулся на кухню.

Тепло разлилось по пищеводу, и стало немного легче. Я понял, что не хочу раскрывать этот свиток. Не хотелось даже брать его в руки! Может быть, сжечь, и дело с концом? Понятно, что это не выход, но так хочется просто не знать. Проклятая шапка! Если бы не она…

Любопытство вдруг стало подниматься изнутри, на время, заслоняя даже страх. Острейшее желание - открыть, и посмотреть! Бесполезно бороться. Руки сами потянулись к бумажной трубочке, сорвали ленточку, и расправили листок на стеклянной столешнице.

Фотография. Качество дорогого глянцевого журнала. Я в кухне стою на табуретке, на шее затянута петля. Руки слегка согнуты в локтях, и немного отведены назад. Ноги чуть согнуты в коленях. Потухший взгляд, устремленный в никуда, на лице напряженная безысходность. Понятно, что это кадр последнего мгновения перед прыжком или даже шагом. Шагом со стула в чёрную бездну смерти, навсегда.

Секунд десять был ступор. После нечто мощное и дикое стало потоками вливаться в меня. Это была ярость.

- Су-уки! – кровожадно заорал я, - Вы, бляди, у меня за всё ответите со своими погаными шутками!

Первым делом, я схватил фотографию, и стал раздирать ее зубами, сплёвывая на пол. Слюноотделение было обильным. Изжевав снимок, я обезьяньими прыжками помчался в сторону кладовки. Когда я вернулся, в правой руке у меня был туристический топорик. Первый удар пришелся на крышу сундучка. Топорик увяз в плотной древесине, видимо слабо бил. Я поднял топорик, с засевшей на нём шкатулке, и с размаху опустил на пол. Хруст и металлический звон. Шкатулка развалилась на несколько частей, а топорик спружинил от керамо-гранита и чуть не выскользнул из рук. Какие-то деревянные детали разлетелись по всей кухне. Дальше пошло легче. Мне понравилось рубить. Через пару минут шедевр восточного мастерства превратился в крошево щепок. Меня не отпускало, и я с топором вышел в коридор. Слава богу, что у меня в доме не было домашних животных.

В коридоре около шкафа стояла табуретка, на которой лежала лисья шапка. На секунду мне показалось, что шапка живая, она все подстроила, и смотрит на меня как подлая кошка. Следующие минуты пронеслись в смутном тумане.

Очнулся я, стоя в коридоре. Рука до боли сжимала рукоятку топорика. Пол был покрыт деревянными щепками и клочками меха. Раздалось громкое звяканье, - это топорик выпал из разжавшейся кисти. Выражение моего лица в зеркале мне очень не понравилось, если не сказать больше – напугало. Чужое выражение не совсем нормального человека.

Нужно убраться. Пока я возился с щетками, швабрами, тряпками и пылесосом, я ни о чем не думал, стараясь сконцентрироваться на процессе уборки. Через пятнадцать минут всё было закончено.

Чистота, и никаких следов злополучной шкатулки. Только облегчения это не принесло. Где-то внутри меня начал распускаться чёрный бутон страха.

Я позвонил имениннику, поздравил, и сказал, что не приду, сославшись на болезнь. Приятель легко поверил, видимо в голосе и впрямь было что-то нездоровое. Потом хотел позвонить маме, и сказать, что шапку украли на улице, но передумал, испугавшись, что она может что-то почувствовать. Лучше в другой раз.

На сегодня больше не осталось никаких дел, поэтому я принялся пить. Бутылку я выпил меньше чем за час, но опьянения не было, лишь некоторое отупение. Всеми силами я старался затолкать глубже, то, что прорывалось изнутри.

Не хочу сейчас об этом думать! Завтра буду искать решение, - повторял я про себя, как молитву, - Сегодня просто напьюсь. Пока шел в магазин за спиртным, я твердил, и твердил эту фразу раз за разом, а в голове мелькали образы шкатулки, петли и моего лица, чужого лица, бывшего когда-то моим.

Кто-то похлопал меня по плечу. Я сфокусировал зрение. Симпатичная молоденькая продавщица смотрела на меня с тревогой.

- Молодой человек, вы уже минут пять смотрите в одну точку. Вам плохо? У вас что-то случилось? Я могу чем-нибудь помочь?

- Плохо, случилось, можете, - ответил я, - если продадите пять, нет лучше шесть бутылок водки.

Водка пилась, как вода и я закусывал просто потому, что водку положено закусывать. Мне очень хотелось найти собутыльника, но это было невозможно. Адекватному человеку пришлось бы всё рассказать, и тогда бы он решил, что я псих, а неадекватные собутыльники мне сейчас не нужны, поскольку я сам неадекватный.

Моему мозгу требовалось отключиться. Нужна перезагрузка. Клавишей «reset» послужила последняя рюмка, после которой мне стало плевать на всё. Я смог дойти до постели, и не раздеваясь, повалился пластом.

Пробуждение произошло, когда было еще темно, я лежал в неудобной позе, мучила жажда, и хотелось в туалет. После того, как я удовлетворил эти несчастные потребности, навалилась реальность вчерашнего.

В темной спальне было невыносимо одиноко. Или не одиноко? Это абсурдное предположение повергло меня в еще больший ужас. Кто еще здесь может находиться, кроме меня? Кому я нужен, и зачем? Ага, вот он - главный вопрос, на который нет рационального ответа. Поверьте мне! Мой мозг перебрал все возможные варианты, и пришел к неутешительным выводам. Вывод первый, то, что произошло, произойти не могло - ибо невероятно. Вывод второй, если верить первому утверждению, то всё это мой психический бред вкупе с галлюцинациями, следовательно, я душевнобольной со всеми вытекающими последствиями. Вывод третий – если два первых утверждения не верны, то тогда, вообще, черт знает, что происходит. Меня не радовал ни один из этих выводов. Оставалась слабая надежда на то, что происходит глобальный эксперимент с пси-оружием, и не один я такой, что было ближе моему мировоззрению, но и в это безумие верить не получалось.

Так кто же здесь в квартире, кроме меня? С закрытыми глазами (смотреть нельзя!), я слез с постели, ползком я направился к выключателю, и щелкнул. Загорелся свет. Сомкнувшиеся веки просвечивали коричнево-оранжевым. Тишина. Я долго вслушивался до боли в ушах, и не обнаружил посторонних звуков. Медленно открыл глаза, и быстро отвернулся от зеркальной дверки шкафа. Там что-то промелькнуло. Понятно, что это был я сам со своим судорожным движением, но мне показалось, что в моем смазанном лице была странная неправильность.

Я встал, и пошел по квартире, включая все осветительные приборы. Добрался до гостиной, плюхнулся на диван, и нащупал телевизионный пульт. После небольшой паузы широкая плазменная панель распахнула окно в яркий мир телевидения. Депрессивный, металлический трэш наполнил пространство заупокойным воем. Твою мать, дерьмо! Я пощелкал кнопками, и нашел передачу про жизнь в африканской саванне. Крупным планом снимали гиену, которая повернула темную окровавленную морду, и посмотрела в камеру, а мне показалось, что на меня, через экран. Нехорошо посмотрела, вызывающе.

Я переключил канал. Показывали музыкальные новости. Ведущий бодро тараторил пустую мыльную ерунду, под ритмичный фон. Казалось, что он просто молотит языком в такт звучащей музыке. Взгляд его был безразличным. Что-то моргнуло, и вот он уже зло таращится с экрана именно мне в глаза. После того, как завершит фразу, он скажет мне – «А теперь вам, уважаемый, пора в петлю!» И я услышал:

- Бла, бла, бла, тыч, тыч, тыч, на этом завершаю очередной блок актуальных новостей. Тыч, тыч, тыч. А теперь вам уважаемы…

Палец не стал дожидаться приговора с экрана, и нажал ВЫКЛ. Телевизор больше не успокаивал, скорее наоборот.

Я стал ходить по квартире, рассматривая пол, избегая при этом смотреть на зеркальные поверхности. А их в моей квартире было много. Помимо обычных зеркал, коих было два, все шкафы-купе были с зеркальными дверцами. Так мне рекомендовал дизайнер для визуального расширения пространства. Походя мимо шкафов, приходилось отводить взгляд. Может быть, занавесить всё простынями? Кстати, а почему, когда в доме покойник, все зеркала закрывают? До сегодняшнего дня, меня подобная проблематика меня нисколько не волновала. Я полагал, что большинство подобных традиций обычные предрассудки из языческого прошлого. Теперь я стал относиться к этому по другому. Ведь, не может этот обычай возникнуть на пустом месте. Может быть, если ты можешь посмотреть в зеркало, то и из зеркала что-то может посмотреть на тебя? И, почему так хочется закрыть к чертям эти треклятые отражающие поверхности? Может быть покойник это я?

Я чуть не подпрыгнул. Господи, ну что за бред! Похлопал себя по щекам. Ну, совсем распустился! Нужно немедленно взять себя в руки. Во-первых, снять фобию к зеркалам. Как это сделать? Да очень просто, - подойти к зеркалу, посмотреть в него, и убедиться, что ничего особенного не происходит. Ведь ты на протяжении почти тридцати лет, каждый божий день видел свое отражение, и ничего страшного не происходило. Так почему же сейчас должно быть по иному? Я понимал почему, просто не было сил признаться себе в том, что мир сдвинулся. Он слегка повернулся, чтобы открыть мне то, во что я никогда не верил. И я не был готов к этому.

Итак, просто подойти к зеркалу, и посмотреть на себя. Легко сказать. Я собирался духом, стоя босиком на пушистом ковре в гостиной с закрытыми глазами. Вдох-выдох, успокоиться, расслабиться. Дилетантская аутогенная тренировка не давала эффекта. Страх, по-прежнему, владел мною.

В конце концов, я плюнул, и решился. Повернувшись кругом, медленно пошел, с закрытыми глазами, держа перед собой вытянутую руку. Ладонь уперлась в прохладную, гладкую поверхность, ощущение было необычным. Я трогал стекло, и мне казалось, что это нечто живое. Я нежно погладил поверхность пальцами. Потом постучал ногтями, и наваждение прошло. Какого чёрта!? Я разомкнул веки.

И увидел свои глаза. Они были красноватыми, невыспавшимися, но в целом, абсолютно обычными, без вампирского свечения и прочей магии, правда одно нижнее веко подергивалось. Лицо изможденное, под глазами темные круги. Но, самое главное, что это моё, пусть и неважно выглядящее, но обычное лицо! Пронеслась вереница мыслей типа: «Какой я идиот, надумал всякое; тяжелое похмелье, со странными последствиями; отравление мозга токсинами», «глупость полная, - бояться обычных зеркал», сегодня похмелиться, а завтра уже ни грамма»…

Я уже успел облегченно выдохнуть, когда увидел странность. Рот в отражении начал расплываться в улыбке. Мой мозг через локальную нейронную сеть, команды «улыбаться» не давал, тем не менее, губы самопроизвольно растянулись, и между ними стали видны светлые полосы зубов. Контраст с темными потрескавшимися губами подчеркивал неестественность гримасы. Мертвая улыбка обреченного. Само лицо выглядело бледным и испуганным, но рот, казалось, живет своей жизнью. Я прихлопнул себя ладонью по губам. Бесполезно. Страшная черная улыбка была видна сквозь пальцы. Мои глаза на секунду зажмурились, и открылись снова.

Напротив виднелась помятая затравленная физиономия с поджатым ртом, как у обиженной институтки. Один плюс, - это выглядело естественно. Пришлось заставить себя покривляться, и сделать несколько гримас, дабы убедиться, что все в порядке. Так и есть. Обычное зеркало. Я демонстративно похлопал в ладоши, и поклацал челюстями, но ничего странного больше не обнаружил. Отлично, можно заняться другими делами. Повернулся, и успел сделать пару шагов, когда что-то заставило меня оглянуться. Я понял, что проиграл. Страшная черная улыбка, рваной трещиной зияла на мертвенном лице.

Вокруг все поплыло, ноги подкосились, и тело чуть не рухнуло на пол. Не знаю, что меня удержало на ногах. Опираясь руками о стены, я с трудом добрел до кухни и безвольно опустился на стул. Стало холодно, и тело затряслось в крупной дрожи. На столе стояла початая бутылка водки с жирными следами от пальцев. Зачерствевший надкушенный кусок хлеба, тарелочка с подсохшим сыром, заветренная половинка помидора, множество крошек и засохнувших пятен составляли нелицеприятную картину вчерашнего застолья. Пару дней назад увидеть подобный беспорядок в моей квартире было нереально. Сейчас мне было плевать на такие мелочи. Когда рушиться мир, редко когда обращаешь внимание на грязные ботинки. Одна рука потянулась к открытой бутылке, вторая вцепилась в хлеб. Сопьешься ведь, - мелькнула вялая мысль, и быстро угасла под напором хаотичных тревожных образов.

Через минут пятнадцать немного полегчало, и я смог связанно мыслить, хотя это было очень трудно. Понимание того факта, что наступило время самых сложных испытаний в жизни, не прибавляло сил и не мобилизовало как, например, при встрече со взбешённым медведем на камчатке, когда в экстремальной ситуации тело и мозг действовали как единое целое, и в голове моментально рождалось пять-шесть приемлемых вариантов выхода из создавшегося положения, а легкий страх только придавал сил. Но сейчас все было по-другому, я был в затяжном психологическом нокауте. Просто переместился в другое пространство, где известные мне законы действовали не всегда, и появились какие-то новые, о которых я не имел ни малейшего представления. И все-таки, я не привык сдаваться. Хоть ситуация – «хуже не куда», нужно бороться, в этом я был уверен. Я налил рюмку, и отставил пустую бутылку под стол.

Итак. Для начала нужно разобраться с зеркалами. Раз они напрягают, и мешают, следует от них избавиться, хотя бы временно. Простыни и полотенца я отмел сразу,- уж больно зловещие ассоциации. Смывающаяся со стекла краска, - вот идеальное решение! А как красить? С закрытыми глазами на ощупь? Можно конечно, но несколько затруднительно. Просто обклеить газетами и скотчем? Не вариант, - пошло и депрессивно. Пожалуй, подойдет декоративная плёнка, ее потом можно будет без проблем удалить, да и относительно приличный цвет реально подобрать.

На часах было восемь утра, до открытия магазинов и рынков была еще пара часов, а я уже был немного пьян. Хотя в субботу, некоторым простительно. Придется вызывать такси.

Возвращаясь с покупками на частной шестерке, я был в личине черного весельчака на пире во время чумы. Десять минут двенадцатого, а я уже находился в состоянии вечернего балдежа. Крайне необычное ощущение. Я сидел на заднем сиденье, беспричинно и громко посмеиваясь, при этом игнорируя робкие вопросы шофера. Водитель периодически стрелял в меня глазами из зеркальца, и в его взгляде был ужас. Когда мы подъехали к подъезду, я протянул ему тысячу, но он сказал, что у него нет сдачи, и по этой причине, он готов не взять с меня денег. Таксист суетливо помог выгрузить покупки из багажника, и с пробуксовкой рванул прочь.

Впервые за последние сутки я искренне улыбнулся. Когда горит твой дом, приятно найти случайно сохранившийся горшок с живыми цветами. Впереди была работа, мысли о которой отгоняли на задний план, то к чему неизбежно придется прикоснуться позже. Мне необходимо время, поэтому, я старался всячески оттянуть момент погружения в проблему. Я не определил, да и не мог определить, как назвать или обозначить своё столкновение с неизвестным. Да это и не важно. Главное для меня сейчас, это просто функционировать, сохраняя способность, двигаться, мыслить, и принимать решения. Мелковатая задача. М-да, но тут уж, не до жиру.

Процесс заклеивания зеркал занял порядка полутора часов, с перерывами на выпивку и закусь. В итоге, все отражающие поверхности в квартире превратились в «деревянные», причем дорогих пород, типа «карельской березы». Осталось только зеркало в ванной. Я медлил. Как же теперь бриться, выдавливать мелкие угри, чистить зубы? Ведь я не признавал электробритву! Я остановился и замер, стоя с закрытыми глазами перед умывальником, в руках растянута полоса декоративной плёнки «белая сосна». Осталось сделать несколько уже заученных движений, и оно будет заклеено. Чуть было, не открыл глаза, когда мои руки очень четко и быстро сделали несколько уверенных движений, после чего, веки разомкнулись. Я увидел бело-серые разводы клеенки и свернувшиеся трубочками излишки пленки по краям. Порнография.

Ладно. Визуальная эстетика потерпит. С бритьем разберемся позже. Я выполнил маленькую задачу – временно разобрался с зеркалами. Пока возвращался в кухню, удовлетворенность от завершения процесса свелась к нулю. Квартира стала выглядеть меньше и немного чужой. Кстати, насчёт кухни. Это мое любимое место. Восемнадцать квадратных метров с диваном и очень стильным интерьером. По привычке, даже будучи в одиночестве, я всегда располагался именно в кухне. Был еще один немаловажный плюс, - здесь не было зеркал. Все фасадные поверхности были матовыми. Я сел за стол, налил очередную рюмку, и погрузился в размышления.

Итак, для начала требуется сформулировать проблему, или проблемы. Что мы имеем. Первое, - кто-то или что-то воздействует на меня с неизвестными, но явно не гуманными целями. Возможно, оно хочет, чтобы я повесился у себя в кухне или просто пугает, непонятно. Второе, - во мне поселился страх, избавиться от которого пока не в моих силах, он отнимает энергию, и туманит разум. До кучи, у меня возникла фобия к зеркалам. В них видится всякая чертовщина. Самое паршивое состоит в том, что я даже не знаю, как подступиться, и с чего начать. Есть правда, одна версия, объясняющая всё это одним махом. Я душевнобольной. Всё то необычное, что со мной произошло со мной, всего лишь видения больного разума. Галлюцинации, неотличимые от реальности. Яркие бредовые образы активно вплетаются в обычную жизнь, и перемешиваются с реальными событиями. Психоз будет только усиливаться, и через некоторое время я стану недееспособным асоциальным типом, который будет жить в своём сумеречном мире, состоящем из фантастических кошмаров. Я представил себя в психушке, одетого в казенную полосатую пижаму, бешено размахивающего руками, в попытке отбиться от потусторонних тварей, врача с ласковой улыбкой и большим шприцом, а также группу дюжих санитаров, медленно берущих меня в кольцо. Эта версия была наихудшей, и если она подтвердится, то от меня уже мало что зависело. Поэтому я решил принять на веру то, что наш мир, на самом деле, не живет по законам диалектического материализма, соответственно, существуют явления, безусловно, относящиеся к объективной реальности, но необъяснимые с точки зрения традиционной науки.

Если не владеешь темой - обратись к специалисту, получи консультацию, изучи вопрос, и найди методику решения. Все правильно. Только одно но. Специалистов по таким вещам я не знал. Идти к экстрасенсам и гадалкам по объявлениям из газет, считал идиотизмом. Если подобные вещи существуют, следовательно, существуют и серьезные люди, которые такие явления изучают, или даже работают с ними. Беда в том, что я не знал таких людей и да и попросту не верил в их существование, до недавнего момента. Поэтому слабо представлял, где их вообще нужно искать. Может быть в интернете? Что ж, посмотрим, хотя я не сильно в это верил. Если они и общаются в сети, то, наверняка, на своем особом языке, который для обычных людей, типа меня, будет либо китайской грамотой, либо ничем не отличаться от обычного специального жаргона. Я не думал, что они используют слова, вроде «колдовства» или «порчи», скорее всего, у них в ходу какие-нибудь свои термины, хотя и это не факт. Задать параметры поиска, - вот в чем проблема.

Мне нужен совет. Я стал прикидывать, пред кем можно было бы раскрыться, и вскоре понял, что таких людей в моем окружении нет. Все те, кому я доверял, после моей исповеди бросятся искать для друга и коллеги лучшего психиатра. Такую информацию в мешке не утаишь. Этого допустить нельзя. Даже сейчас, я и в мыслях не собирался отказываться от карьеры финансиста.

Я налил еще водки, выпил без закуски, пошел в комнату и сел перед компьютером. На черном экране мелькнул какой-то блик. Черт, отражение! Я зажмурился, и нажал кнопку вкл. Глаза открыл только после того, как прозвучала характерная мелодия окончания загрузки. Знакомый экран ласково светился заставкой зеленого поля, и ничего не отражал. Это радовало.

Через минуту я узнал, что не одинок в своей боязни зеркал, и что этот страх именуется спектрофобией. Через три часа в моей голове уже была полная каша, от новой информации при том, что я ни на миллиметр не продвинулся в решении задачи. Я пил, думал, возвращался к компьютеру и с головою уходил в сеть. И иногда засыпал.

Продолжение

Дух отражений (продолжение 1)

Sat, 05 Dec 2009 20:51:46 GMT

Глава 2. (Начало здесь)

Солнце стояло в зените над сказочным средневековым городком. Людей в городке не было. Они покинули его заранее, предчувствуя большую беду. Покинули все, кроме одного. Того, кого не смогли разбудить.

На пустынной площади перед ратушей стоял большой деревянный эшафот с виселицей. Эшафот был новым, сколоченным из дуба, и походил на широкий подиум. Люди строили его ровно десять дней. Для ЭТИХ.

Слабый ветерок раскачивал толстую веревку с пустой петлей.

Густую тишину стал разрушать еле слышный размеренный стук. Раздававшийся издалека ритмичный звук постепенно становился громче. Вскоре стало понятно, что это шаги. Похоже, кто-то в деревянных башмаках шагал по каменной мостовой. Судя по идеальному ритму, можно было подумать, что идёт одинокий солдат, но частота шагов говорила о том, что пешеход ростом не больше ребенка. А в королевскую армию, как всем известно, карликов не брали. Может быть, шёл ребенок? Сомнительно. Даже влюблённый в военные игры мальчуган вряд ли сможет держать шаг более пары минут. Тогда кто?

Из проулка, глядящего прямо на эшафот, на брусчатку площади вышла деревянная кукла. Звук шагов стал звонче, поскольку центральное место городка было вымощено самым отборным гранитом.

Кукла напоминала постаревшего, длинноносого итальянского Пиноккио. В отличие от нашего Буратино, нос у куклы был короче и не таким острым. Пиноккио чеканил шаг как гвардеец музыкальной роты выполняющей команду «смирно». Руки по швам, в деревянных пальцах зажаты две большие медные тарелки.

Пиноккио подошел к лестнице и осторожно взобрался на эшафот по высоким ступеням. (Люди рубили лестницу под свои размеры) Выйдя на центр переднего края площадки, он развел руки в стороны, сделал небольшую паузу, и сильно ударил тарелками друг об друга.

Мощный дребезжащий звон разнёсся по городку. От этого звука в теле обычного человека рождались очень неприятные мурашки, гораздо хуже тех, что от железа по стеклу.

Звон разбудил всех, кому это предназначалось. Через полминуты город наполнился новыми звуками. Звуками шагов; звонких и глухих, мягких и резких, шаркающих и бухающих. Одним словом, в городке проснулась жизнь. Правда, несколько необычная.

Первым на площадь, звонко цокая, вышла игрушечная деревянная лошадка. Сработанный старым плотником Джуро, березовый конь в оранжевых яблоках горделиво гарцевал по булыжной поверхности. Следом показался рыжий плюшевый мишка, степенно переставляя короткие задние лапы. Из другого проулка с дробным лязгом семенил железный ежик.

По лучам узеньких улиц, к центральной площади сказочного городка шли игрушки. Они покидали дома бывших хозяев, стекаясь в центр от окраин и пригородов. Редкие ручейки, постепенно превращались в толпы. Большинство игрушек были сделаны из дерева, также попадались плюшевые, стальные и даже чугунные изделия. Встречались куклы из соломы воска и тряпок, можно было заметить даже несколько переливающихся стеклянных шаров, которые катились поодиночке в разных потоках.

Площадь быстро заполнялась. Все стремились протиснуться как можно ближе к подиуму, на котором, скрестив руки на груди, неподвижно стоял маленький Пиноккио. Его игрушечный рост был ниже среднего игрушечного, не более полутора локтей.

Дело в том, что большинство игрушек были значительно крупнее, тех, которые привыкли видеть мы. Например, обычный деревянный солдатик из взвода королевских гвардейцев был ростом до середины бедра среднего мужчины. Деревянные лошадки, которых было множество, по габаритам были сопоставимы с карликовыми пони. Единственным исключением была деревянная женщина, которая была выполнена в натуральную величину сбитой крестьянки из окрестных хуторов. Женщина с грохотом топала по мостовой так, что низкорослые попутчики в ужасе шарахались в стороны.

Крестьянку изготовил всё тот же Джуро, который был сильно охоч до полненьких селянок, но у него не всегда получалось затаскивать их в постель по мановению рук. Тогда он смастерил замену. Взяв за основу конопатую Магду, он сделал деревянную копию, постаравшись не упустить все нужные особенности. Полные груди прекрасно вращались на штифтах в разные стороны и в определенном положении немного ходили вверх-вниз. Огненные волосы на голове с успехом заменял конский парик, а на интересном треугольнике и вокруг гладкой дырки между ног, были бережно приклеены крашенные пучки пакли. Все называли её Большой Магдой.

В отличие от остальных, Большая Магда не спешила, шагала лениво, будто с некоторой неохотой, словно зов пробуждения был для неё не в радость, а в нагрузку.

Тот, кого не смогли разбудить, тоже проснулся, только немного раньше большого гонга. Это был мальчик десяти лет. Он сладко потянулся на своей любимой кровати, и открыл глаза. На губах его блуждала обычная улыбка ребенка, который видел нормальный хороший сон.

- Мирка, ты где, косолапыч мохнатый? Опять засранка Линка тебя утащила?!

Мальчик встал, и зевая, босыми ногами пошлёпал в гостиную.

- Почему так тихо? – обратился он в тишину, - И чем это так вкусно пахнет, неужто..? Где вообще все? Ма-ма!

На его крик никто не ответил. Светлая улыбка поменялась на заинтересованно-тревожную. Он прошёл по натёртому паркету, и распахнул массивную двухстворчатую дверь столовую.

На столе, накрытом белоснежной скатертью, стояло хрустальное блюдо с миндальными пирожными. Его любимыми. Их было очень много. Мальчик не выдержал, подбежал, схватил первое попавшееся, и с наслаждением, медленно съел его с закрытыми глазами.

Он стоял, закрыв глаза, представляя, как сейчас выдут гости, захлопают, загалдят, поднимут его на руки, начнут подбрасывать, и поздравлять, дарить подарки, потому что у него… Дыхание мальчика приостановилось. Он вспомнил. Сегодня не день его рожденья. Сегодня же… Не может быть! Только не я! Это сон, я еще сплю! Маленькое сердечко застучало, сбиваясь на аритмичное биение загнанного в угол зайчонка.

Он открыл глаза, и увидел, что на столе неподалёку от блюда с пирожными лежит лист бумаги. Мальчик сделал несколько неуверенных шагов, дрожащей рукой взял листок и увидел строчки написанные рукой матери. Он всё понял. То, чего он боялся больше всего на свете, произошло. Горькие слёзы ручейками побежали по его щекам. Безутешное рыдание брошенного ребенка сотрясло гнетущую тишину, поселившуюся в покинутом доме.

Центральная площадь быстро заполнялась игрушечным народцем. Пространство наполнил сюрреалистический гомон. Складывалось ощущение, что скопилось большое количество разных необычных существ. Вместе с мычанием коров и блеяньем коз, слышалось конское ржание, людская речь, разные тембры стуков и щелчков, и много чего еще. Одно общее свойство объединяло эти звуки. Все они очень смахивали на пародию. Мультяшная речь, игрушечное ржание, кукольное блеяние и мычание, деревянный гвардейский офицер отдаёт команды солдатам голосом робота Вердера. Единственное чего не было слышно, так это смеха. Некая мрачная напряженность повисла в воздухе.

Даже белый клоун с зелеными волосами красным носом и крупными красными веснушками не улыбался. Он стоял рядом с большой Магдой на краю площади в некотором отдалении от толпы. Его обычно большой алый рот втянулся внутрь, превратившись в тонкую прямую линию, выпуклые стеклянные глаза покрылись бардовой паутиной сосудов. Лицо было сосредоточенным и жестким, на глянцево-картонной коже проявились новые нехарактерные морщины.

Толпа стремилась протиснуться ближе к подиуму. На пьедестале неподвижно стоял Пиноккио, скрестив руки на груди. Те, кто подходили ближе, устремляли взор на него, и невольно замолкали.

Несмотря на полный штиль, в небе над площадью медленно кружили два одинаковых бумажных змея. В этот день неизвестная сила позволила им летать без ветра. На желтых ромбах виднелись розовые полумесяцы улыбок, угольными крестиками были нарисованы глаза. Улыбки почему-то не выглядели добрыми, а глаза, как это ни странно, прекрасно фокусировали взгляд на любых мельчайших деталях внизу. О таких глазах мог бы мечтать любой приличный орёл, не говоря уже о беркуте. Всё это выглядело, по меньшей мере, необычно. Как и то, что в небе над городом не было видно ни одной птицы, на улицах не наблюдалось ни кошек, ни собак, ни крыс, да и вообще ни единой живой твари. Лишь жирные мухи с гудением носились по пустынным кварталам.

Ручейки прибывающих игрушек иссякли. Последним на площадь вышел старый деревянный гном в фиолетовом кафтане и такой же шляпе. Он неуклюже ковылял на кривых ножках, хрипло чертыхался, и сыпал сказочными проклятьями. Гнома звали Ранфункель, он также отзывался на уменьшительное Ран или Рани. Ран встал третьим рядом с Магдой и зеленовласым клоуном.

- Простите сударыня, - отдышавшись, прокаркал он в сторону отполированного бедра дородной крестьянки, - вы не знаете, когда уже начнется эта чудовищная вакханалия?

Большая Магда с небольшим скрипом изогнула толстую шею и удивлённо посмотрела на вновь прибывшего. Однако за неё ответил клоун.

- Полагаю, после того, как вы соблаговолите прихлопнуть эту назойливую тварь, сударь.

Он высунулся из-за бедра крестьянки, и указал толстым пальцем на зеленую муху, сидящую на одной из его веснушек.

Гном, не долго думая, звонкой пощёчиной превратил муху в склизкое пятно.

- Вы ударили меня по лицу! – обиженно воскликнул клоун.

В этот момент на сцене Пиноккио поднял прямые руки вверх, и разношерстный гомон моментально превратился в тишину. Кукольный народ напрягся и замер, выжидательно глядя в рот потенциальному оратору, лишь некоторые элементы, стоящие с краю, позволяли себе некоторую расслабленность. К ним относилась и вышеописанная троица.

Буратино опустил руки, и открыл рот. Деревянные челюсти куклы были усыпаны иглами коричневатых зубов, по форме, напоминающих акульи.

Толпа восхищенно охнула.

Пиноккио заговорил. Эти звуки больше походили на пронзительный свистящий скрежет. Человеческое ухо затруднилось бы сложить в слова рваные скрипучие выкрики и пронзительный писк, больше похожий на свист. Тем не менее, все находившиеся на площади существа прекрасно слышали, и понимали эту речь. А говорил он следующее:

- Единородцы! Великий Мастер выбрал нас для пробуждения! Все мы верили в это, но не смели надеяться, ибо честь проснуться получает только народ достойный опеки и умеющий опекать сам. Великий мастер уже позаботился о Нас, выбрав среди множества мёртвых и полуживых творений. Он почувствовал, и пережил нашу молчаливую боль, которую мы испытывали, служа нашим бывшим хозяевам! Наша миссия в том, чтобы помочь Великому Мастеру обрести плоть. Мы все с вами прекрасно знаем, что для этого нужно принести жертву. Пустяковую жертву. Мы должны убить одного из наших бывших хозяев! Нам нужно казнить человека!

Он достал лист бумаги, посмотрел на изображение, повернул к толпе, и стал яростно трясти. На бумаге углём был нарисован известный нам мальчик, стоящий на эшафоте с петлей на шее.

- Вот он! Вот он, этот человек, та жертва, которую мы принесем великому Мастеру!

Он немного помолчал, поднял голову вверх, и хлопнул в деревянные ладоши. Хлопка никто не услышал, зато все увидели, как из бумажных змеев стали высыпаться листовки. Удивительно, что столь легкие воздухоплавающие создания смогли исторгнуть такую уйму бумаг. Что ж в сказочном городе, тем более в такое время, не стоит вообще ничему удивляться.

Толпа игрушек зачарованно наблюдала за мелькающей пестротой кружащихся в небе белыми бабочками бумаг. Ворох листовок плавно накрывал кукольное сборище. Многие пытались поймать или поднять листовки с земли, но не у всех это получалось, в силу строения конечностей. В итоге образовалось множество кружков, в каждом из которых, в центре стояло существо держащее листовку в руках или в лапах, как, например, ловко делала плюшевая мартышка. Игрушки внимательно всматривались в образ на бумаге, стараясь намертво запечатлеть в своей игрушечной памяти.

У одного рыжего мохнатого мишки вдруг ожило отсутствовавшее доселе сердце. Он увидел портрет своего бывшего хозяина.

- Я знаю точно, - оглушительно скрежетал Пиноккио, - что здесь, среди вас есть тот, или те, кто знает, где нам искать жертву, и я призываю немедленно сообщить мне об этом! И упаси вас великий, пытаться как-либо помочь жертве, если же мы узнаем об этом, вы будете преданы мучительной и позорной казни на этом эшафоте!

Рыжий мишка вздрогнул, сердце забилось еще сильнее, ему вдруг показалось, что все вокруг сейчас смотрят на него. Но это было не так. Никто пока особо не обращал внимания на небольшого, по сравнению с другими, потёртого от частых любящих объятий медвежонка. Игрушки смотрели на оратора или разглядывали листовки.

Мишке стало не по себе. Его будто разрывало изнутри. Два противоречивых чувства вступили в борьбу. С одной стороны сильнейший зов требовал от него немедленно бежать к сцене и выложить все известное о хозяине. С другой стороны, он очень любил маленького хозяина, точнее бывшего хозяина. Тот, был единственным из людей который, разговаривал с ним, всем остальным на него было просто наплевать. Ему очень не зла малышу Оли. Он не знал что делать. Его переполнял страх вперемежку со стыдом и желанием отличиться перед Великим.

Трое, непохожих друг на друга персонажей, стояли поодаль от масс. Каждый держал в руках листок несколько небрежно, наподобие газеты. Все они с интересом рассматривали изображение.

- Очень хорошо, что это ребенок, - высоким театральным голосом произнес клоун, вяло отмахиваясь листовкой от пары надоедливых мух, - взрослые просто невыносимы. На них плохо действует магия обмана, после очередного витка эволюции они по определению стали недоверчивы. Для того, чтобы обмануть взрослого, требуется прикладывать поистине титанические усилия, а порою и нести расходы на дополнительный реквизит, что довольно накладно в наше тяжелое время. Уж поверьте мне, я знаю, о чём говорю - я же клоун. Другое дело, дети до пятнадцати лет. Прекрасный материал для внушения! Они доверчивы по своей природе, постоянно ждут чуда, и готовы пойти за вами куда угодно, только ласково улыбнись и покажи им что-нибудь вроде…

- Несмотря на то, что ваша особа никогда не была мне особо приятна, месье Лемур, простите за каламбур, - хрипло хихикнул гном, - я склонен согласиться с вами по одному аспекту. Дело в том, что я тоже считаю, что ребенок будет значительно лучшей жертвой, чем взрослый. По той простой причине, что если мне доведется встретиться с ним в честном бою без оружия, то у него не будет такого подавляющего преимущества в массе, которое могло бы быть у половозрелого человека.

Веснушки у клоуна стали немного ярче.

- Вы невежа и хам, господин Ранфункель, вы не только говорите, но и думаете, обо мне всякие нехорошие вещи, не говоря уже о том, что до этого ударили меня по лицу и даже не извинились!

В высоком голосе Лемура прорезались нервические нотки.

- Да ладно вам, - довольно прохрипел гном, вы сами попросили меня убить муху, и я с удовольствием это сделал. Почему бы не совместить приятное с полезным? А то, что вам невольно досталось по лицу, это издержки. Как говориться не разбив яиц… Кстати, насчет мух, месье Лемур! Мухи к вам липнут, как к некой дурно пахнущей субстанции, которую люди именуют…

- Не смейте! – выразительно прошипел клоун, - Вы пытаетесь оскорбить не только меня, но и нежные уши нашей очаровательной собеседницы!

Лемур поднял голову в заискивающем взгляде, пытаясь найти глаза большой Магды.

Магда пока не стала собеседницей, не сказав ни одного слова, поскольку не считала нужным проявлять политес по отношению к мелким существам, суетящимся в районе ее бедер. Она не обращала внимание, на крикливые препирательства коротышек, хотя великолепно слышала каждое слово. Просто она думала о другом.

Деревянная женщина прекрасно знала мальчика, изображенного на листовке. То, что она являлась именно женщиной, не подвергалось никакому сомнению, и доказательством тому, служила реальная плотская любовь Джуро – мастера по дереву. Он приходился ей отцом, вследствие того, что сотворил ее из широкого дубового бревна и других сподручных материалов, а по жизни стал почти мужем, или чем-то вроде.

Магда всегда любила Джуро, и ей иногда казалось, что это чувство взаимно, но он её бросил, оставив здесь одну среди чужих маленьких существ. Она могла совершенно спокойно своими мощными ногами размазать по брусчатке добрую половину собравшихся на этой площади за пару минут. Ведь она не совсем игрушка, она почти человек. Да, да, - она реально чувствовала в себе силу. Все её члены и суставы стали свободно сгибаться как у обычных людей, при этом плоть не потеряла своей дубовой твердости. Она нисколько не сомневалась, что в предстоящих событиях ей уготована немаловажная роль. Ведь не зря Великий снабдил ее новыми возможностями. Или это был не Великий? Это еще предстояло выяснить. В любом случае, пока следует попытаться собрать как можно больше информации, а уже потом можно будет принимать какие-либо решения.

Мальчик. Да, этот мальчик по имени Оли неоднократно бывал в ее доме, он учился у Джуро столярному делу. Нерегулярно, потому, что Джуро не брал с него денег за обучение, и принимал только тогда, когда ему было это удобно. Рыжий мальчишка был смышленым, нравился плотнику да и ей тоже. Он всегда искренне улыбался, когда обращал на нее внимание. В его улыбке не было той сальной скабрезности, которая неизменно проскальзывала практически у всех мужчин оказывавшихся с ней в одной комнате. Многие беззастенчиво лапали ее в разных местах, как только старик отлучался даже на минуту. Если бы только она могла оказаться в то время, в теперешнем состоянии, все эти грязные свиньи валялись бы на полу кастрированными и покалеченными, а некоторые превратились бы в обычные трупы.

Она слышала, и знала многое. Джуро и Оли общались при ней совершенно открыто. Для нее не было секретом, в каких местах мог затаиться ребенок в случае опасности. Это сильный козырь, при любом раскладе. Её сумасшедшая сила, тоже козырь. Хорошо.

Большая Магда соблаговолила опустить взгляд на коротышек под ногами, кокетливо улыбнулась, и нежным певучим голосом протяжно промурлыкала:

- Господа, право, не стоит вам так кипятиться. Вы оба очень привлекательные, сильные и умные мужчины, и я бы затруднилась поддержать кого-то из вас. Каждый из вас мне симпатичен. Давайте жить дружно.

Зернышко соперничества и раздора было посеяно идеально. Никто на это даже и внимания не обратил. Она женщина и должна по определению быть желанной для всех окружающих. Это еще один козырь. Три сильных козыря! Шикарно.

- Господин Ранфункель, месье Лемур, что вы думаете насчет шансов жертвы? – невинно поинтересовалась Магда.

- Шансы минимальны, мадмуазель, - без задержки ответил клоун, - думаю, сейчас кто-нибудь доложит о местонахождении мальца, потом за ним вышлют солдат, его притащат на эшафот, а дальше начнется самое интересное.

Магде показалось, что зеленоволосый коротышка плотоядно сглотнул слюну. Гадостный тип, и очень непростой. Впрочем, гном, тоже пока не вызывает особого доверия.

- Ну, а что вы думаете, господин Ранфункель?

- Пока не пойму, - просипел гном, - даже не знаю смог бы я предать свою бывшую хозяйку. Я по настоящему рад, что не она стала жертвой. Мне сложно судить о дальнейшем развитии ситуации, но если считать, что все наши, так сказать, коллеги, - он обвел рукой толпу, и продолжил, - мыслят также, как премного неуважаемый мной месье Лемур, то конечно, да. Шансов у мальчика ноль. Ему придется принять смерть на площади еще до рассвета. Если, конечно, ему не поможет чудо.

«Все это очень интересно» - подумала большая Магда.

Мальчик по имени Оли сидел на стуле, так, как его учила мама, не облокачиваясь на спинку. Он не сутулился, и держал спину прямо, совершенно естественным образом. Мать могла бы им гордиться за гордую осанку, тем более в такой ситуации, когда он читал ее, можно сказать, прощальное письмо.

Слезы, сочащиеся из глаз, мешали фокусировать взгляд на тексте и правильно складывать буквы в слова. Тем не менее, мальчик не отвлекался на плач, а упорно продолжал чтение.

« Дорогой мой, любимый мой, Оли. Знай, что я буду любить тебя всегда, что бы ни случилось, и даже если мы умрем, то обязательно встретимся на аллеях небесного парка, и всегда будем вместе. К сожалению, случилось то, чего мы все боялись, но никто в это не верил. Если бы я могла, то забрала тебя спящего с собой или осталась вместо тебя, но это не в моих силах. Это просто уж… (фраза зачеркнута, но частично читаема). Это трудное испытание для всех нас и, в первую очередь, для тебя. Всё зависит от твоей силы, смекалки, храбрости и веры. Вспомни, среди победителей встречались и дети, тот же маленький Удвино, который сумел обмануть насекомых, и выжил. Есть и другие истории, о которых мы вместе читали в летописях. Самое главное, сынок, это чтобы ты не терял присутствия духа, и боролся до конца, тогда ты сможешь выжить! Используй все те знания, которые ты получил. Пусть наша с Линой любовь придаст тебе сил. Единственное, что я успела сделать для тебя, это испечь твои любимые пирожные. Ключ от отцовского сундука, который ты всегда искал, лежит под вазой с ромашками.

Мы любим, и верим в тебя, Оли.

Твоя мама и сестренка Лина»

Мальчик заплакал навзрыд.

Подолжение

Дух отражений

Sat, 05 Dec 2009 20:42:58 GMT

Название: Дух отражений
Жанр: мистика, фантастика
Описание: Что будет, если ты найдешь на пляже подарок, предназначенный не тебе?
Послушаешь ли ты добрый совет - не брать чужого?
Что подумаешь, узнав, что именно тебя долго искало то, что нашел ты?
Откуда в твоей квартире появляются новые страшные вещи?
Что будешь делать, когда твое отражение посмотрит на тебя чужим взглядом?
Почему оно хочет, чтобы ты покончил с собой?!
Что это вообще такое, и как от него спастись?!!
Да, и еще, – причем здесь мальчик?

Глава 1.

(Таиланд новогодние каникулы 2007-2008)

Они подкараулили меня, пока я плавал. Когда купаешься в море, порою так расслабишься, что забываешь обо всем остальном. Четверо хмурых россиян со злыми лицами отрезали мне выход на берег. Это были те самые быки-соочетественники с дискотеки, которых мы с друзьями слегка отбуцкали пару дней назад около ночного клуба в Паттайе. Я уж и думать о них забыл, а тут вот они, нарисовались! Картина маслом.

Я стоял по колено в воде, обдумывая сложившуюся ситуацию. Позиция для драки не самая лучшая. Если они сейчас одновременно ломанутся и повалят меня в воду, шансов почти не будет. Дадут напиться водички солененькой вволю. Унизят, гады. А это намного хуже, чем просто побои, которых я не особо боялся. Они с влажного песка могут стартануть быстро, а я, стоя в воде, далеко не убегу. Плюс в том, что они пьяны, минус в том, что я тоже пьян. Кондиции примерно равные, - паритет. А в остальном, ситуация полный «факус-анус», - как выражается мой друг Пашка. Они вместе с Саньком сейчас были бы не лишними на этом спонтанном перфомансе. Быки почему-то медлили, видимо в их тугие головы еще не пришел гениальный план по принудительному купанию обидчика.

Ясно одно, что эту невыгодную позицию нужно менять на более выигрышную. На суше у меня шансов будет больше. Прорываться сквозь строй – плохой сценарий, лишь ускорю водные процедуры. Остаются переговоры. Я развел руки, в стороны и изобразил виновато-смущенную улыбку.

- Ё-мое, земляки! - воскликнул я, чуть ли не с радостно, - А мы вас искали, чтоб извиниться, а тут вы сами пришли. В тот раз мы с пацанами рамсы попутали. Неправы мы тогда были.

Я медленно пошел им на встречу, продолжая говорить на их наречии. Главное не дать им опомниться, переключить внимание, зацепить разговором.

- Мы тут с пацанами подумали, что виноваты, и нужно, типа, загладить вину. Тогда решили мы скинуться баблом, чтобы вам, значит, моральный ущерб возместить. Набрали тыщу бакинских, сложили их в белый конверт. А как вас найти, не знаем.

Я приближался, с удовлетворением отмечая, что они купились на мою ахинею. Напряженность в позах почти пропала. Удивленно открытые рты на недоумевающих физиономиях.

- Вчера вечером по всем клубам ходили, вас искали. Чтоб ваши законные бабки отдать.

Я решил пройти между первым и вторым слева. Хлюпая по воде, уже почти поравнялся с ними. Наступал ответственный момент. Напрягаться, и менять темп движения нельзя ни в коем случае.

- Тогда мы решили вас по Интернету искать. Пацаны, сейчас как раз в Интернет кафе сидят. В сети вас ищут. Деньги мне доверили. А вы, оказывается, здеся. Сейчас бабло вам отдам, - я указал рукой в сторону своего тряпья, - оно там лежит в белом конверте.

Прошел! Краем глаза заметил, как двое двинулись следом.

- А то я уже совсем извелся от совести. Мне этот конверт уже ляжки жжет. Думаю, вас не найду, вернусь в Россию, и в детский дом деньги отнесу или в церковь. А тут вы. Счастье-то, какое. Вот кореша рады будут!

Видимо, я немного перегнул палку, поскольку услышал в спину:

- Ты че, в натуре, горбатого лепишь?! Прикалываешься, да?

- Да вы, что?! – обиженно отозвался я, - Да вот же они деньги.

Я нагнулся, левой рукой схватил шорты, а правой нащупал массивный кокос с торчащей соломинкой, который был прикрыт футболкой. Жалко вкусняшку. Двадцать бат стоит, дороже футболки.

- А вот и ваши бабки!

Я развернкулся, и с силой метнул кокос, целясь в голову ближайшего быка. Это был самый здоровый из них, лысый бугай с бакланскими татуировками.

Эйс оф бэйс!!! Гигантский орех угодил ему в переносицу между глаз. Бугай взмахнул руками, замычал, и стал медленно оседать на песок. Было видно, как белесое кокосовое молоко смешивалось с кровью, падая с лица вырубающегося бугая розоватыми каплями. Я побежал. Какое попадание! Внутри у меня все пело.

Для драки с некоторыми противниками, как известно, вполне подходит тактика убегания от врагов. Она позволяет соперникам растянуться в погоне, лишая их возможности одновременного нападения, сводя на нет численное преимущество. Ближе всех за мной держался плотный парень похожий на кавказца, остальные двое заметно подотстали. Мы неслись по пляжу, а немногочисленные праздные туристы лишь вертели головами, глядя на странных бегунов. Я начал незаметно сбавлять темп, чувствуя как хриплое дыхание преследователя, становится все ближе. Резкая остановка, приседание, и разворот двумя ногами в подкате. Контакт! Он аж подлетел в воздухе. В футболе за подобный прием мне была бы гарантирована красная карточка, и дисквалификация за жестокость в придачу. Но мы не на футболе.

Кавказец не сумел правильно сгруппироваться, и упал, подвернув руку, подняв столб песка. Минимум вывих. Он заорал, а я, не раздумывая, хлестко влепил ему ногой в бок и рванул дальше. Осталось двое. Совсем неплохо, с двумя можно и поплясать. Я остановился, переводя дух, готовясь к драке.

Эти двое бежали на меня, держась почти рядом, в паре метров друг от друга. В данной ситуации непременно нужно бить первым, не дав противникам встать в позицию. Когда до ближайшего оставалось метра три, я скакнул вперед, подпрыгнул, и встретил его ударом пятки в солнечное сплетение. Средняя сила моего удара вкупе с импульсом встречного движения дали неплохой результат. Бычок согнулся пополам, и стал открывать рот в поисках воздуха как выброшенная на берег рыба. Мне положительно везет. Остался всего один, по идее, он должен испугавшись, броситься наутек. Но я ошибался. Этот последний в драке на дискотеке не участвовал, и я не представлял его возможностей. Он был поджарым, жилистым блондином с ежиком светлых волос. Мне очень не понравилась его стойка, и тот факт, что он почти не запыхался. Словно до этого специально бежал в пол силы. Я как-то не обратил сразу на него внимание, и совершенно напрасно. Похоже у меня, все-таки проблемы. Он сблизился, двигаясь плавно и уверенно, но атаковать не спешил. Мы обменялись парой ударов в воздух, так как оба успели уклониться, причем его нога была значительно ближе к цели, чем моя. Я стал понемногу отступать, пятясь назад.

И тут везение покинуло меня. Правая пятка скользнула по чему-то предательски гладкому, я потерял равновесие, и рухнул в песок. Я увидел мелькнувшую тень, немного отклонил голову, и ухо мое ожгла боль. Второй удар пришелся в бедро и я понял что встать на правую ногу в ближайший час мне не грозит. «Началось!» - с тоской подумал я, перекатываясь, в попытке увернуться от очередного удара. В этот момент пришло спасение. Со стороны дороги послышались приближающиеся знакомые крики:

- Стой, сука! Ща вас уроем. Ну, бляди, пиздец вам!

Спутать Пашкино рычание невозможно ни с чем. Удары прекратились. И я увидел спину улепетывающего бойца. Я откинулся на спину, и глядя на голубое тайское небо, блаженно улыбнулся. Хорошо-то как господи!

Причина моего падения виднелась частично. Прямоугольный подарочный сверток размером с толстую книгу, обернутый в зеленую блестящую пленку торчал, наполовину зарывшись в белом песке по соседству с сигаретным окурком. Я вытащил его. Он был весьма тяжелым. Что ж пригодится. Я оставил его у себя, и это было моей первой ошибкой.

Было первое января 2008 года, я сидел на пляже со своей «женой на неделю» очаровательной Миу.

Сияющая девушка сидела на песке, скрестив ноги, и рассматривала подарочный сверток. Переведя блестящие черные глаза на меня, она спросила:

- For me?

- Of course! – ответил я.

Она расцвела еще больше, часто захлопала в ладошки, и обняла меня как младшая сестренка. Искренне.

- Wonderful! But it must be so expensive gift? Are you sure?

Со второго раза мне кое-как удалось объяснить ей, как подарок попал ко мне. Как только до нее дошло, что я это нашел, с Миу произошла разительная перемена. Выражение лица с радостного перескочило на расстроенное, а потом стало и вовсе испуганным.

Она немедленно вернула мне сверток обратно, наотрез отказавшись принимать загадочный презент.

«Это тебе предназначено. Не мне. Я не могу брать это. Но и ты не принимать! Такие дары не приносить счастья».

Я посмеялся над ее суеверием, и оставил сверток себе. Это и было моей второй роковой ошибкой. Возникла оригинальная идея – сохранить подарок не вскрывая, и торжественно распечатать его на следующий Новый год.

Не успел оглянуться, как пролетел 2008 год. Мой последний, счастливый год. Он был насыщен разными крупными событиями, как в мире, так и в моей частной жизни.

Я чуть было не женился на Вике. Мне казалось, что само провидение свело нас вместе. Виктор и Виктория, Вик и Вика. Мы прекрасно смотрелись вместе. Наши друзья и родители одобряли выбор каждого. Бурный роман развивался стремительно. Дело шло к свадьбе. Все шло прекрасно, пока мне не повстречалась Марина. Не знаю, что на меня нашло, но я пропал на неделю, загорая и кувыркаясь с Мариной в одном из загородных санаториев. По возвращении, естественно ни о какой свадьбе уже не могло быть и речи. Меня осуждали все. Когда родные, друзья и знакомые задавали один и тот же, набивший оскомину, одинаковый вопрос – «Почему ты так поступил?». Я отвечал односложно: «Не знаю, бес попутал».

Я не переживал, полагая, что если, даже не женившись, уже начал изменять невесте, то после свадьбы станет еще хлеще. Значит, нужна такая жена, с которой мне не будет дела до всех прочих женщин. Кстати, с Мариной мы тоже расстались, только уже без эксцессов.

Мы с моим другом и компаньоном Владом, наконец, открыли наш третий магазин. Чему были несказанно рады. Уже была подготовлена почва для открытия четвертого, когда разразился мировой кризис. Финансирование мы не получили и затею пришлось отложить до лучших времен.

Я доделал ремонт в квартире и наслаждался комфортом, созерцанием свежего интерьера, прекрасным качеством изображения и звука, которое давала новая аппаратура.

Одним словом, год выдался для меня удачным.

Новогодняя вечеринка проходила в русском ресторане. Нас было девять человек. Четверо моих приятелей с жёнами и я без пары. Было душевно и весело. После десятка рюмок я вдруг вспомнил про найденный год назад подарок, и рассказал историю находки, совместив с тостом из серии «За приятные загадочные сюрпризы!». Тост удался на славу, мне хлопали. Я дал обещание всенепременно сообщить о том, что окажется в таинственном свертке. Мы разошлись в четвертом часу.

Я поднимался на лифте, вспоминая, куда я мог запрятать тайский подарок. Ведь он не попадался на глаза с тех пор, как я вернулся из путешествия. Видимо придется перерывать все шкафы.

Открыв дверцу гардероба, я вспомнил, что подарок из Таиланда вроде бы должен находиться на верхней полке. Я встал на цыпочки, и пошарил рукой под ворохом шарфов и трикотажных шапок. В самом углу пальцы нащупали гладкую поверхность упаковки.

Сверток ни капли не изменился с момента находки. Все та же яркая зеленая плотная фольга, та же ядовито-розовая лента, крест на крест, с затейливым бантиком, раскрывающимся в виде стружек. Я положил подарок на кухонный стол и ушел принимать душ.

Вернувшись на кухню, включил свет.

Зеленый блестящий сверток лежал в центре стола. Розовый бантик сверху трепетно подрагивал, будто от слабого дуновения. Предмет совершенно не вписывался в окружающее пространство. На фоне интерьера в бежево серых приглушенных тонах, сиял неестественно яркий инородный объект. Подобное ощущение вызывали ранние голливудские ленты, когда в блеклые краски реальности помещался цветной мультяшный персонаж. Диссонанс был очень резким. Возможно, на вечеринке я употребил лишнего, но у меня появилось тревожное ощущение, что это подарок из другого мира. Я вспомнил ужас, год назад, мелькнувший в глазах Миу. Плохой подарок.

Что за бред! Испытанный способ приведения себя в чувство хлопки по щекам и растирание ушей оказался действенным. Взгляд словно прояснился. Явно перепил. Будничная картина - на столе лежит обычная подарочная коробка.

Всмотревшись в сверток, я не заметил ничего такого, что могло бы послужить поводом к волнению. С виду рядовая упаковка в обычной блестящей зеленой фольге. Рулоны аналогичного оберточного материала можно наблюдать во множестве магазинов.

Пришло время произвести вскрытие. Я взял упаковку в руки и потряс. Ничего не гремело. Весьма увесистый прямоугольный параллелепипед. Постучал. Глухой деревянный звук. Внутри явно имеется пустота. Похоже на ящичек. Что ж посмотрим. Обертка сдиралась с трудом, упаковано было на совесть.

Увидев содержимое, я не смог сдержать восторженного возгласа – Красотища-то какая, господи!

Внутри оказалась резная деревянная шкатулка или маленький сундучок. Очень красивое изделие из какого-то желтовато коричневого дерева. С инкрустированным узором из древесины бордового цвета на крышке, которая была стилизована под крышу пагоды. Стены выполнены в форме изящного сруба. Центральная часть крыши была покрыта замысловатыми рельефными бардовыми загогулинами, которые переплетались между собой, и напоминали клубок змей. Всё вместе это складывалось в некий сложный символ, отдаленно напоминающий значок параграфа.

Поставив шкатулку на стол, я сделал свет поярче. У меня захватило дух от восторга. Какое изделие, искусная работа! Стопроцентно старинная дорогая вещь. Я никогда не был специалистом по антиквариату, и вряд ли бы смог отличить подлинник старинного изделия от талантливого новодела. Но здесь совсем иной случай! От шкатулки просто веяло древностью.

Позабыв о своей глупой тревоге, я радовался как ребенок. Слава богу, что эта косоглазая дурочка не приняла подарок! Настроение стремительно улучшилось. Я еще не догадывался, что это ненадолго.

На радостях захотелось выпить. Достав из бара бутылку коньяка и фужер, я разместился за столом, смакуя напиток, и любуясь находкой.

Бережно подняв ящичек, я осмотрел дно, и обнаружил выжженное клеймо, напоминающее знак на крышке, только здесь внизу символа еще присутствовала спираль, похожая на поросячий хвост. Клеймо было размером с пятак. Покрутив шкатулку, я обнаружил, что определить фронт и тыл не представляется возможным. «Избушка на курьих ножках» была зеркально симметричной. Ни окон, ни дверей, ни замков. Крышка не открывалась, а ломать шкатулку было бы вандализмом. Может быть, она вообще не открывается? Деревянная безделушка. Нефункциональный древний сувенир чтобы просто служить украшением и стоять на полке? Нет. Что-то другое. Я чувствовал, что ящичек не пустой.

Я нежно ощупывал шкатулку, перебирая пальцами и поглаживая, пока случайно не нащупал ключ. На дне что-то немного поддалось внутрь, и большой палец, упиравшийся в стенку, почувствовал слабый толчок. Одно из миниатюрных бревнышек чуточку выдвинулось из ровного ряда. Я надавил на него, и крышка открылась. Очень плавно. Дохнуло сладковатой книжной пылью.

Внутри лежал пожелтевший свиток, обернутый алой лентой, запечатанный печатью из красного сургуча. На смазанной печати проглядывался знакомый символ. Края свитка были неровными и местами потемневшими.

Вот это да! В голове пронеслась вереница ассоциаций с приключенческими романами и фильмами. Я взял свиток и сломал печать. Красный сургуч бесследно рассыпался в мельчайшую пыль. Неприятно запахло едкой плесенью. В носу защекотало, и я чихнул. Мне показалось, что и шкатулка и свиток странным образом мерцают.

Я развернул скрученную бумажную трубочку, и увидел то, с чего началось моё стремительное падение в преисподнюю.

Это был портрет, выполненный угольным грифелем. Рисунок был сделан очень талантливо, с тщательной прорисовкой всех деталей, почти фотографическая достоверность.

Все дело в том, что это был мой портрет. Неизвестный художник будто писал его из коридора. Я был изображен крупным планом по пояс, на фоне кухни. Виднелась часть окна, в котором просматривались брызги новогоднего фейерверка. На рисунке я был в черном халате с драконами. Купленный два дня назад как подарок самому себе, шелковый халат сегодня был надет впервые. Мои портретные глаза были налиты мрачной чернотой. Мне не хотелось на них смотреть. Это был я, и в тоже время, кто-то другой. На рисунке был лишь один посторонний объект, который в реальности не наблюдался. Толстая веревочная петля. Петля свисала на небольшом отдалении слева от меня. Неизвестный художник мастерски передал перспективу. Изображение выглядело объемным. И страшным.

Я осмотрел потолок, гадая, за что можно было бы закрепить конец веревки. Странно потолок гладкий, овальные светильники держатся, не пойми на чем. Видимо на хлипких шурупах. Как же веревку-то крепить? Ведь у меня вес за семьдесят. Нужно, наверняка, чтобы не порвалась. Где канат взять? Не понимаю…

Похлопал себя по щекам. О чем ты думаешь, кретин пьяный?! Я будто выпал из полусна. Помотал головой. Я на кухне за столом. Передо мной лежит мой портрет на бумаге. Меня мелко затрясло. Первым чувством был сильнейший гнев.

- Что, блядь за шутки такие?! Суки!! – голос был визгливым и пьяным.

Я со всей силы вдарил по столу кулаком так, что фужер подпрыгнул, коньяк разлился прямо на лист с изображением. Фужер скатился со стола, и разбился о кафельную плитку.

Кухня наполнилась ароматом великолепного букета – гордости французских виноделов. Запах коньяка меня не успокоил, а раззадорил еще сильнее.

- Это же, твою мать, дорогущий напиток!! – завизжал я.

В приступе бешенства мои руки схватили мокрый листок с портретом, и разодрали его в кашу. Я вскочил на ноги, и наступил на осколки. Острое стекло проткнуло тонкую кожаную подошву пижонского тапка и впилось в ступню.

Я опять заорал, и запрыгал на одной ноге в сторону ванной, тихонько подвывая.

- Что, бля, за Новый год такой! – причитал я, сидя на унитазе, пытаясь вытащить осколок из ноги.

Обработав рану йодом и кое-как обмотав бинтом, я вернулся в кухню.

На полу среди осколков валялись слипшиеся бумажные ошметки – все, что осталось от моего портрета. На некоторых клочках бумаги виднелись капли крови.

Поработав щеткой и совком, я вышел в подъезд и спустил всё в мусоропровод.

Я вернулся на кухню. Следов истерического дебоша не наблюдалось. Шкатулка стояла на столе, как ни в чем не бывало. Очень захотелось выпить. Я достал новый бокал и наполнил его наполовину. Сел на стул, и осушил в три глотка.

Тепло разлилось по пищеводу, и пьяное безразличие накатило на меня полной мощью. Черт с ним. Все до завтра. Я автоматически допил коньяк, и понял, что если сейчас не встану, то вырублюсь прямо здесь.

Продолжение

Фото маскировщика

Sat, 09 May 2009 13:28:21 GMT

Я всетаки нашел его фотографию. От меня-то это сцуко не скроется.

Фото взято с сайта www.yaplakal.com
Читать "Маскировщик"

Маскировщик (окончание)

Fri, 08 May 2009 15:47:16 GMT

Мое состояние можно описать как страшное похмелье вкупе с частичным параличом. В свете проявившихся способностей, я уже стал забывать, что случаются подобные синдромы. Надо что-то делать.

Так, скотч это не проблема. Главное перейти в гипердрайв. Тогда можно будет просто встать, и голыми руками порвать эту поганую бестию на куски.

Я напрягся, пытаясь вызвать приток адреналина. Тогда гипер должен включиться. От натуги кровь прилила к голове. Бестолку. Такое ощущение, что меня накачали бета-блокаторами.

Сделал еще несколько безрезультатных попыток. Только отняло остатки сил. Взгляд разфокусировался, перед глазами все поплыло. Наступила апатия. Я лежал как валежник, не в силах пошевелиться.

Громко заскрипела дверь. Послышались голоса. Один из них был очень знакомым.

- Умница Хельга. Заарканила молодого, будет выгодный обмен, - сказал кто-то голосом как у Николая Озерова.

Я с трудом повернул голову, и увидел три расплывающихся силуэта. Сконцентрировался, и смог рассмотреть вошедших. Седой, женщина и … Жора.

Безумие. Попытался что-то предположить, но мозги не работали. Будь что будет. Я закрыл глаза, и стал слушать.

- Сосунок нам не нужен, - говорил наблюдатель, - Мы его отпустим. Без проблем. Причем я готов подписаться под обещанием, - выдержать трое суток, прежде чем пуститься в погоню.

Пауза. Шаги.

- Мы все равно возьмем засранца. В случае победы, конечно. Месяцем раньше, месяцем позже. Не важно.

- Драться будем здесь? – безразлично уточнил Жора.

- Ну да, – ответил седой, - Условия стандартные.

- Хорошо, - ответил учитель, - дайте нам попрощаться.

- У вас полчаса.

Дверь захлопнулась.

Я открыл глаза. Жора лукаво подмигнул, вынул нож, и стал срезать с меня скотч. Он резкими рывками отрывал большие куски клейкой ленты, выдирая волосы с тела. Сжав губы, я старался терпеть боль.

Выглядел я прекрасно. Все тело в красных пятнах и полосах. На коже повсюду висели прилипшие обрывки скотча.

С огромным трудом смог пошевелиться. Учитель достал бутылочку с тягучим желтым маслом, вылил немного на ладонь, и стал растирать мои затекшие члены. Через какое-то время я почувствовал некоторое облегчение, и смог сесть.

Жора придвинул стул, сел напротив меня и серьезно посмотрел мне в глаза. Вид у него был усталый.

- Ну, что молодой, глупый дурачок. Не послушался старшего дядю. Напился из копытца. В козленочка превратился.

В его голосе не было ни капли осуждения. Просто констатация факта.

- Как же дешево они нас купили, - произнес он с легкой грустью, - Ведьма все-таки нащупала рецепт сильного зелья.

- А ладно, - он махнул рукой, - Что случилось, то случилось. Не будем тратить время на причитания. Его и так осталось немного.

Я молчал, опустив голову. Меня переполнял стыд. Я надеялся, что мудрый учитель что-нибудь придумает. Жора придвинулся ближе, взял меня за подбородок, и поднял мою голову. Он как-то странно смотрел на меня. Когда-то давно, так на меня глядел покойный отец, когда я чуть не попал под машину.

- Слушай внимательно и не перебивай.

Он помолчал. Потрепал меня по щеке, и спокойно продолжил:

- Меня скоро убьют. Я сумею завалить ведьму, но против Клеща мне не устоять. Он сейчас необычайно силен. Я не рассчитывал, что они выступят в союзе против меня, но как видишь, это произошло. Ты не в чем не виноват. Тебе нужно сваливать. Дня три-четыре форы у тебя есть в запасе. Прежде чем подохнуть, я постараюсь его хорошенько потрепать. Он будет ослабленным. Часов через шесть-семь твои способности начнут возвращаться. Уходи в горы. Он не любит высоту. Поживи на Кавказе годика три-четыре. Окрепнешь, и тогда сможешь идти куда пожелаешь. У тебя огромный потенциал. Значительно выше моего. Если научишься не делать глупостей, весь мир будет у твоих ног, и ты…

Я не выдержал, и перебил учителя:

- Учитель! Давай драться вместе. Вдвоем мы их сделаем! Я отвлеку их разговорами, ты бросишься на ведьму, а потом совместно покончим с Клещом!

Он грустно улыбнулся.

- Прекрасный план, только ты не учитываешь один маленький нюанс. Из тебя сейчас боец, как из какашки шоколад. В данный момент ты слабее обычного человека. Так, что никуда твой замысел не годится. Ты главное не расстраивайся. Я не планировал жить вечно. Другое дело, что это могло бы произойти и позже. Я был бы только за. Но в жизни такое иногда случается. Погибнуть в драке – отличная смерть. Значительно лучше, чем окочуриться, допустим, от свиного гриппа. К твоему сведению мне шестьдесят три. Возраст уже подходящий.

У меня в горле образовался комок, а в глазах стало тепло и влажно. Жора ободряюще улыбнулся.

- Да не переживай ты так. Я воспринимаю это как переход в новое состояние. Может быть, у тебя тоже когда-нибудь появится ученик. И если вы, не дай бог, окажетесь в подобной ситуации, ты поступишь аналогично. Твоя готовность к этому и будет платой. Кстати, знай, что я присматривал за тобой почти с рождения.

Две теплых капли катились по моим щекам.

- А как я найду ученика?

Голос дрожал.

- Не волнуйся, ты обязательно почувствуешь его. Возможно, он родится слабым как ты. Будешь его незримо оберегать, а когда он вырастет, и будет готов, ты позовешь его. И он придет к тебе, полный надежд молодой несмышленыш. И, конечно же, станет донимать тебя всякими глупыми вопросами.

Скрипучая дверь отворилась, и в комнату заглянул Седой.

- Время вышло.

Жора кивнул, и встал со стула. Я тоже поднялся. Мы обнялись первый и последний раз в жизни.

Я побрел к выходу.

- Эй!

Я оглянулся.

- Удачи тебе, маскировщик.

Эпилог.

Прошло почти три года с тех пор как погиб учитель. За это время я много чему научился. Стал творить невероятные вещи, практически чудеса. Думаю, что учитель бы мной гордился. Моя сила постоянно растет.

Май, вокруг все цветет – мой любимый месяц. Я в приличном темпе передвигаюсь пешком. Путь лежит в на запад. В город Амстердам.

Два дня назад у молодой четы Ван Дер Маар, родился здоровый ребенок весом в три с половиной килограмма. Мальчика назвали Морисом. Я должен присмотреть за ним. Ведь он такой беззащитный.

Но я еще вернусь, чтобы отомстить.

Вернусь дуновением, вернусь невидимкой. Он не увидит, кто принес смерть. Потому, что я маскировщик.

Маскировщик (продолжение 4)

Thu, 07 May 2009 19:11:44 GMT

Мы продвигались в южном направлении, стараясь идти лесами Рязанской и Тамбовской области. Иногда мы заходили в населенные пункты за едой. Но чаще всего, еду мы добывали с помощью охоты и собирательства. Мне особенно нравилось загонять зайцев. Правильно зажаренная на костре зайчатина имеет приятный нежный вкус, а процесс охоты доставляет истинное наслаждение. В принципе косого можно поймать очень легко. Если к нему тихо подкрасться под маскировкой, он может и не заметить. Останется просто схватить его. Но так не интересно. Сначала его нужно вспугнуть, тогда он начинает тебя видеть. Ну а потом сафари по лесу на своих двоих. Когда-то раньше, я занимался фрирайдингом на велосипеде в лесопарках. Мне очень нравилось ощущение скорости, достигнутой за счет мышечных усилий. Тогда было классно, но сейчас скорости были выше, а маневренность на порядок лучше. Просто здорово! Мы загоняли зайца до полного изнеможения. Охотились всегда с голыми руками. Хотя у нас были отличные ножи, мы не использовали их принципиально.

Несколько раз загоняли косуль. Я научился свежевать, и разделывать туши. Бывало, мы ели сырое мясо и пили кровь. Кровь понравилась, а вот сырое мясо – так себе. Жаренное вкуснее. Когда я первый раз перегрыз артерию на шее трепыхающейся жертвы, и в рот полилась сладковато-соленая жидкость, я ощутил новый тип эйфории. Голова приятно закружилась. «Сок перетекания жизни» - это был мой термин.

Кстати говоря, голод после гипердрайва прекрасно снимался порцией теплой крови.

Мой организм менялся. Я обнаружил, что практически перестал источать запахи. Выделявшийся пот очищал кожу. Пот вступал в реакцию с грязью. Когда он высыхал, оставалось лишь сдуть мельчайшую соль. С этим легко справлялся ветер. Мне стало нравится обходиться минимумом одежды. Я начал одеваться как Жора. А еще я стал хорошо чувствовать учителя. Его местоположение в пространстве.

Я позабыл о таком понятии как дискомфорт. Мне было все равно где расположиться на ночлег. Насекомые не докучали. Для комаров я был безразличен. Лишь муравьи иногда ползали по телу, но меня это не тревожило. Что касается дождей, то они были просто теплым душем.

Жора замкнулся, и на мои вопросы не отвечал. Когда я очередной раз поинтересовался насчет цели нашего путешествия, то получил такую затрещину по затылку, что в дальнейшем стал остерегаться даже обычных реплик.

На третьей неделе лесной жизни, я не выдержал, и заявил, что у меня спермотоксикоз и я хочу секса с женщиной.

Дело в том, что последний раз я занимался любовью с грязной шлюхой на квартире. К тому же, по вечерам Жора периодически бросал меня в лесу, велев оставаться на месте и ждать его. Я не смел ослушаться, и дожидался учителя до упора. Обычно он возвращался перед рассветом удовлетворенным и расслабленным, и забывался на траве глубоким сном. Я предполагал, что он ходил трахать баб. Было очень обидно.

Озвучив свое желание. Я инстинктивно вжал голову в плечи, ожидая очередной оплеухи. Его реакция меня удивила. Он потер ладони, и радостно улыбнулся.

- Ну, наконец-то. Дождался. А то уж, грешным делом, стал думать, что у тебя проблемы, и про шлюху ты наврал. Или чего хуже, - гомосятина. Что ж ты раньше, то молчал?!

Я пожал плечами.

- Но ведь раньше ты меня бил, когда я начинал говорить.

- Акстись, юноша. Ты что-то путаешь. Я тебя воспитывал, когда ты лез ко мне с пустыми вопросами, на которые ты сам можешь найти ответ. А вот говорить о своих желаниях тебе никто не запрещал.

Мы находились на опушке березовой рощи. Неподалеку от небольшого села. Расположившись на траве, рядом с огромным стогом соломы, ели свежий хлеб и запивали парным молоком. Молоко Жора надоил у одной из рыжих коров, пасущихся неподалеку. Вместо ведра он использовал пластиковую бутылку с отрезанным горлом. Сидя на корточках, зажав между коленями емкость, он сноровисто дергал за соски. Ни одной струи не пролилось мимо.

- Еще меня радует тот факт, что ты воздержался от мастурбации. Ты просто умница.

Он отхлебнул молока, и продолжил:

- Тебе уже можно возобновить половую жизнь, и сегодня мы будем решать эту проблему. А сейчас, я разрешаю тебе задать несколько своих глупых вопросов.

Внутри все ликовало. Накопилась масса загадок типа: «А почему люди не обращают внимание на наши следы, которые появляются при ходьбе?», «Почему, когда мы что-нибудь забираем, никто не замечает? Допустим, лежит булочка, и я ее взял. Неужели владелец булочки не заметит ее внезапного исчезновения? А если она не исчезла, то получается, что булка летит по воздуху! И всем плевать?!», «Как бороться с наблюдателями?» и т. д.

В итоге, я спросил о другом:

- Как ты понял, что я не дрочил все это время?

Он так сильно ударил меня ладонью по спине, что я едва не выплюнул хлебный мякиш.

- Красавец. Начинаешь, потихоньку включать голову. Первый хороший вопрос.

Он достал из рюкзачка вязанку домашней колбасы, отломил полукруг, и протянул мне.

- Ешь. Свежачок.

Я не стал отказываться.

- Дело в том, что нам нельзя выбрасывать семя просто так, на ветер. Иначе мы теряем силу. Мы должны забирать у женщин кое-что в обмен на нашу сперму. Вот я, в молодости, однажды напился вдрабадан, а с утра имел грех - лениться. Валялся на какой-то помойке, хотелось любви, и я решил обойтись, так сказать, умелыми ручками. Кончил. Расслабился.

Жора размахнулся, запустил остатки колбасы в сторону пасущихся коров, и продолжил:

- Через полчаса меня из кучи за ухо вытаскивал местный дворник. Позор. Я был настолько слаб, что даже испугался его ударить. Четыре дня были для меня адом. На пятый способности стали возвращаться.

У меня был шок.

- Почему ты не предостерег?!

Жора захихикал в своей обычной манере.

- Ты же выдержал. Следовательно, все идет как надо.

Он посерьезнел. Неспешно достал короткую сигару и задымил. Аромат был не в моем вкусе.

- Дело в том, что, на самом деле, я тебя ни чему не учу, и учить не собираюсь. Ты учишься сам. Я просто нахожусь рядом, и немного корректирую процесс. Ну, иногда подсказываю кое-что. Теперь, насчет секса. Помни, что ты должен женщину ебать, а не наоборот. Нельзя меняться ролями. Быть выебанным бабой, для нас не есть гуд. И еще, всегда сам выбирай себе еду и питье, и никогда не принимай никаких угощений. Ни от кого, кроме меня.

У меня появилось тревожное ощущение какого-то напутствия. Он меня, что, покидает? Мне все это очень не нравилось.

- Расслабься.

Он будто прочитал мои мысли.

- Я пока не собираюсь избавляться от тебя. Даже разрешаю задать еще один глупый вопрос.

Я задумался, глядя на его лысую голову и гладкий подбородок. У меня самого за это время отросла приличная бородища. Теребя бороду, я спросил:

- А почему у тебя не растут волосы на лице? Дозу радиации хапнул?

Сначала, мне показалось, что Жора не понял вопроса, поскольку, повисло недоуменное молчание. Но через пару секунд он громко заржал.

- Ну, ты, блин, даешь! Опять за лоха меня держишь. Волосы не растут потому, что мне так нравится. Захочу, опять вырастут.

Он внезапно схватил меня за бороду, и резко дернул. Я заорал. У него в руке остался большой клок. Я почувствовал легкое шевеление на щеках и подбородке. Стало щекотно. Волосы осыпались прямо на шорты. Провел ладонью по лицу. Кожа была нежной и гладкой, как у младенца. Я поаплодировал Жоре.

- Клево! А на лобке так сможешь?

Он хмыкнул.

- Что, шутник, мандавошки замучили?

Он извлек из рюкзака пару легких кроссовок и белую футболку. Вещи были новыми. Он вручил их мне.

- Все, закончили чесать языки. Пришло время заняться полезным и приятным делом. Одевайся.

Я выполнил распоряжение. Всё было в пору. Жора оглядел меня, и удовлетворенно кивнул.

- Пойдешь в этом направлении,- он показал рукой на юго-запад, - Через пятнадцать километров выйдешь на трассу. Там стоят плечевые. Как ни странно, иногда среди них попадаются вполне приличные экземпляры. Не забудь снять маскировку. Возьми деньги.

Он протянул полпачки тысячных.

- Порой бабло можно использовать по его прямому назначению. Встречаемся через сутки здесь. А мне нужно наведаться в один дачный поселок.

Я летел как на крыльях. Даже что-то напевал в приятном предвкушении. Если бы я тогда знал, чем все это обернется. Вряд ли бы стал так веселиться.

До нужного места удалось добраться за полчаса. Это была достаточно оживленная трасса. Проезжало много большегрузного транспорта. Метрах в ста от двухэтажного кирпичного строения с надписью «Мотель», стояли плечевые. Проституток было десятка полтора.

Маскировку я снял заблаговременно, и неторопливой походкой направился к ним. Хотя было дикое желание подбежать и повалить на землю первую попавшуюся блядь.

Меня заметили. Одна из девушек направилась мне навстречу. Она приближалась, а я смотрел на нее, и у меня зарождался вопрос: «Что она ЗДЕСЬ делает?». Ей бы в Голливуд. Я был в шоке. Жора был прав. Экземпляр на уровне лучших валютных. Красавица без преувеличения. Лет двадцать. Высокая брюнетка, ровный загар, полные яркие губы без помады. Немного веснушек только дополняли шарма. Грудь третьего размера. Одежда подобрана со вкусом.

- Что-нибудь интересует? – улыбнулась она.

Голос низкий с хрипотцой, зубы ровные белые. Во рту резко пересохло, а в штанах будто распрямилась сжатая пружина. Я облизнул губы, и ответил:

- Интересуешь ты.

Она улыбнулась еще ослепительнее, и показала мне три пальца.

- Да хоть пять! Хоть двадцать пять! Я забираю тебя на сутки.

Я достал деньги, не считая, отделил около половины, и сунул ей туда, куда это делать принято. Она достала купюры из аппетитной ложбинки и убрала в замшевую сумочку.

- А ты симпатичный и щедрый! Люблю таких. Я Маша.

Она взяла меня за руку тонкими пальцами и повела к мотелю. Исходящие от нее ферамоны доводили до умопомрачения. Я потерял способность к логическому мышлению. Пока мы шли, меня заботило одно. Как бы раньше времени не кончить в трусы. Мы поднялись в номер. Дверь еще закрывалась, когда я стал срывать с нее одежду.

То, что происходило в последующие полчаса, не поддается описанию. Бешенство, сумасшествие. Какие-то невообразимые оргазмы. Весь мой предыдущий сексуальный опыт не выдерживал никакого сравнения с тем, что я испытывал. Дас ист фантастиш!

Мы сделали небольшой перерыв. Она встала с постели. Я любовался совершенными формами. Достав из сумочки плоскую металлическую фляжку, Маша сделала несколько глотков, и посмотрела на меня.

- Будешь? Это коньяк.

Было еще не поздно изменить ситуацию. Если бы я тогда вспомнил Жорины предостережения! Но на свою беду, в том состоянии адекватно мыслить я не мог. К тому же, мы не употребляли алкоголя недели две. Захотелось усилить кайф. Поэтому я кивнул.

- Конечно, выпью.

Как только жгучая жидкость попала мне в рот, я стал отключаться.

Когда я очнулся, то понял, что не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Мог только вертеть головой. Мое голое тело было примотано к деревянной лавке прозрачным скотчем. Я находился в незнакомом помещении с бревенчатыми стенами. Повсюду были развешаны пучки каких-то трав. Дверь открылась и в комнату вошла женщина. Она отдаленно напоминала Машу, только была старше лет на тридцать.

Женщина подошла, осмотрела меня, подняла черные глаза, и улыбнулась. Ее улыбка мне очень не понравилась.

- Ну, что, прятальщик. Молодой да сильный, недолго тебе осталось мучиться.

Маскировщик (продолжение 3)

Mon, 04 May 2009 18:08:41 GMT

Я летел за Жорой вниз по лестнице. Гигантские прыжки через множество ступенек, и вот мы уже на улице. Внутри словно включился форсаж. Мы бежали с такой скоростью, что оказавшаяся на пути муха расплющилась о мой лоб. Сердце стучало бешеным метрономом – «туку-тух, туку-тух, туку-тух».
Пульс за триста. Жора разрезал толпу прохожих, которые отскакивали как бильярдные шары. Мне было легче, я пристроился в кильватере. Через минуту мы перешли на движение по проезжей части. Бежать среди стоящего в большой пробке транспорта было значительно легче. Минут через десять-двенадцать мы уже были на Павелецком вокзале. Запрыгнули в первую попавшуюся электричку.
Дыхание пришло в норму уже через минуту.
- Что это было? – спросил я.
- Специальных терминов не существует. Я называю это состояние гипердрайвом. Просто слово понравилось. Я сам научился входить в гипердрайв не так давно.
Жора смотрел в окно на проносящиеся мимо здания.
- Ты очень быстро прогрессируешь, - сказал он, - страшно представить, во что ты превратишься через пару лет.
Не буду скрывать, было приятно это слышать. Я решил попытаться раскрутить Жору на информацию.
- А куда мы едем?
- Прочь из Москвы.
- Навсегда?
- По меньшей мере, на месяц.
Помимо нас в вагоне находилось человек семь. Открылась дверь и в вагон зашла молодая мамаша с трехлетним малышом. Проходя мимо нас, карапуз остановился, посмотрел мне в глаза, обаятельно улыбнулся, и вытянул ручку.
- Дяди, - сказал мальчик.
Мама потащила его дальше.
- Где ты увидел дядю, Максим? Лавка же пустая. Пить хочешь или…
Вечер сюрпризов, блин! Наверное, мой рот был слишком широко открыт, поскольку я получил саечку от учителя.
Жора тихонько захихикал.
Я сделал оскорбленное лицо, и отвернулся. Захочет сам объяснит. Сработало.
Он слегка пихнул меня в плечо.
- Ладно, не дуйся. Некоторые дети до пяти лет могут нас видеть. Очень небольшой процент. Мы также открыты для кошек и многих диких животных. Я думаю, это связано с тем, что у зверей сильнее развиты такие чувства как обоняние и слух. Возможно, я ошибаюсь, но вот допустим, куры нас точно не замечают. Вроде с нюхом у кур плохо. А Может быть все дело в их природной тупости. Приходиться только гадать. Я, понимаешь ли, не профессор естественных наук.
Я кивнул с умным видом.
- А можем ли мы становиться видимыми для окружающих?
- Ну, и вопросики у тебя! Неужели ты думаешь, что я импотент? Или я похож на дрочилу? Конечно же, можем. Очень легко. Как ты представляешь себе секс с обычной бабой в состоянии маскировки?
Он встал. Вышел на середину вагона, прокашлялся, и запел:

На киевском вокзале,
Стою я молодо-ой,
Подайте, Христа ради,
Червончик золото-ой!
Дорогие папаши, мамаши,
Я калекой вернулся домой…

Не Фрэнк Синатра. Очень похоже, поет ведущий программы «В мире животных». Немногочисленные пассажиры повернули головы. Жора прошелся по вагону с протянутой рукой к выходу. Кто-то дал мелочь.
Через минуту он вернулся и сел напротив.
- Петь не обязательно, это я так, для быстрой демонстрации. Достаточно просто захотеть снять маскировку. Обратный процесс аналогичен.
Я чувствовал, что главный вопрос задавать еще рано, поэтому решил поговорить на отвлеченные темы, о чем тут же пожалел.
- А ты Путина видел? Вблизи!
Жора отвернулся от окна, и посмотрел на меня очень недружелюбным взором.
- После некоторых твоих вопросов, я начинаю сомневаться в адекватности решения взять тебя в ученики. Ну, видел. Маленький. Руки, ноги, голова. В штанах яйца. Наверное. Все на месте. Божественного сияния не излучает. Если тебя это интересует.
Мне было стыдно. Я промямлил:
- Я просто хотел…
- Понимаю, - перебил он, - Разговор поддержать. Если тебе хочется потрындеть о всякой ерунде, вон сидит бабушка. Это к ней. А меня больше не морочь своим глупым праздным любопытством. Интересует еще что-нибудь?
- Кто такие наблюдатели? – выпалил я.
- Не мог сразу с этого начать? А то, понимаешь, устроил диспут о подмышках красной шапочки.
Он порылся в рюкзачке, достал старую черно-белую фотографию и протянул мне. На фотографии было трое молодых людей. Они стояли как мушкетеры, накрыв ладони друг друга, опираясь на высокий пень. Фото было сделано в лесу.
- Узнаешь кого-нибудь?
Я пригляделся и понял, что светловолосый юноша справа очень похож на седого из театра.
- Вот этот справа. Он нас сегодня видел.
- Правильно.
Жора забрал фотку.
Раньше их было трое. Из тех, кого я знаю. Все наблюдатели. Сейчас остался один - Клещ. Самый сильный.
- А что с остальными двумя?
- Я убил их.
У меня в груди появилось неприятное чувство тревоги. Я уже начал забывать о подобных эмоциях.
- Но почему?
- Понимаешь, Петя, - он впервые назвал меня по имени, - Представь себе такую картину. Вот, есть менты, и есть воры. Воры воруют, а менты пытаются их поймать. Закон природы. А теперь вообрази, что появляются очень хорошие воры, на которых находятся очень хорошие менты. Наблюдатели – менты. Все просто. Они враги. А врагов надо убивать, или они убьют тебя. По другому нельзя.
- А кто их назначил, быть ментами?
- Никто. В уничтожении подобных нам нестандартных существ заключается смысл их жизни. Они такими родились. В мире соблюдается закон баланса. В упрощенном изложении, этот закон звучит так: «На хитрую задницу всегда найдется хуй с винтом».
Учитель замолчал, а я крепко задумался. Почему-то вспомнился агент Смит из Матрицы.
Мы вышли на станции Ожерелье.

Продолжение следует.

Маскировщик (продолжение 2)

Sun, 03 May 2009 11:47:37 GMT

   Шел второй месяц моего обучения, если можно так выразиться. Мы путешествовали по городу. Ночевали, где придется. Спали на роскошных диванах в мебельных магазинах, на скамейках в скверах, в сокольниках на траве. Один раз мы даже провели ночь на арене цирка. Запомнился запах лошадиного пота. Мы ни в чем не нуждались. Просто брали то, что было необходимо. Коммунизм!
   Мое тело изменилось в лучшую сторону. Я стал неутомимым и сильным. В день мы преодолевали расстояния километров по сорок - пятьдесят. Я выбросил очки. Зрение стало исключительно острым. Я стал видеть раз в пять дальше нормального человека. Практически перестал мерзнуть.
   Внешне Жора напоминал артиста Золотухина в зрелые годы. Он предпочитал ходить босиком, голым по пояс с маленьким рюкзачком. Из одежды признавал только шорты, меняя их время от времени. Многие так ходят в Таиланде или на Гоа. Жора был молчуном. За все это время он сказал не более десятка фраз. На все мои многочисленные вопросы отвечал тихим хихиканьем. Поначалу это дико бесило. Но постепенно я привык, и практически перестал, о чем-либо спрашивать.

   - Я называю это искусством маскировки. Ты напрасно путаешь меня с человеком-невидимкой. Мы другие. Ты такой же, как я. На самом деле, при желании, нас может увидеть практически любой. Просто нужно уметь правильно наблюдать. Но искусство наблюдения это уже другая тема.
   Мы сидели на зеленом холме на Воробьевых горах. Была прекрасная погода и вокруг слонялось множество гуляющих. Нас, естественно, не замечали. Я не стал показывать своего изумления, а решил воспользоваться внезапным приступом разговорчивости учителя. И задал вопрос, который, на самом деле, интересовал меня постольку поскольку.
   - А как давно у тебя возникло ЭТО?
   Как ни странно, он ответил.
   - Мой дар стал проявляться лет с восьми, но осознал я его в тринадцать. Шел урок математики в шестом классе. Помню как сейчас. Не выполнил домашнее задание. Очень не хотелось, чтобы вызвали к доске. Соседка по парте заболела, я сидел один. Положив голову на столешницу, я пытался заснуть. В итоге не заснул, а замаскировался. Меня не вызвали, и поставили прогул. Мои друзья прошли на перемену мимо, не обратив внимания. Пустое место. С этого момента я стал постепенно уходить из старой жизни. Я заставил родителей перевести меня в другую школу, где я стал самым незаметным учеником. Старых друзей избегал, и они вскоре позабыли меня. Новых приятелей я сознательно не заводил. До самого окончания школы меня НИ РАЗУ не вызвали к доске. Я исправно писал контрольные, и сдавал тетрадки на проверку. Только тройки. Посредственно. Видел бы ты мой аттестат, залюбуешься! Дома я уничтожил все свои фотографии. Паспорта предков и свое свидетельство о рождении я сжег. Проникнув в ЗАГС и Паспортный стол, уничтожил все документальные подтверждения своего существования. Нет бумажки - нет человека. Мне было семнадцать, когда я ушел окончательно. Пару дней я понаблюдал за предками. Никто не бил тревогу. Родители жили своей жизнью. Без меня.
   Я слушал, открыв рот.
   - Вот ты совершенно правильно поступил, расставшись с материальным балластом в виде вещей и денег…
   Мне стало стыдно. У меня был номерной депозит, на котором числилась кругленькая сумма. Я покраснел, и нащупал в трусах квадратик картона с номерами. Номера были длинными, запомнить нереально.
   - Для того, чтобы встать на путь самосовершенствования, вовсе не обязательно питаться отбросами и трахать вонючих мокрощелок.
   Мы пили из бутылок массандровскую мадеру. На закуску были фрукты, французские сыры и свежая чиабатта с хрустящей корочкой.
   - Твое отречение от старого мира произошло с некоторым пафосом, но в принципе, заслуживает определенного уважения.
   Он выплюнул виноградные косточки, откусил кусок камамбера, и с набитым ртом продолжил:
   - Что касается твоего депозита, можешь расслабиться. Я подменил твою записку еще пару недель назад. Выбросил, на хер.
   Я опять покраснел. Достал картонку, изорвал в клочки, и пустил по ветру.
   - А много еще, таких как мы? – спросил я.
   - Я знаю только двух. Себя, - он немного помедлил, - Ну, и тебя.
   - А почему ты мне ничего не объясняешь?
   Жора посмотрел на меня как на умалишенного.
   - А разве тебе, для обучения требуются какие-то объяснения?
   Я пожал плечами.
   - Почему бы и нет.
   - Все необходимые объяснения и разъяснения ты получишь в свое время, если потребуется. А лишнее сотрясание воздуха, - это не по мне.
   Он поднялся и начал спускаться к тропинке вниз. Я последовал за ним.

   «…зараза из Америки транзитом через Европу добралась до Азии. Свиной грипп…»
   Был конец дня. Мы сидели в летнем кафе, пили кофе, и смотрели новости по телевизору. Учитель обожал кофе, а я пил просто за компанию.
   - Сегодня мы будем развлекаться, - внезапно заявил Жора.
   Я чуть не поперхнулся.
   - Как это?
   - Увидишь.
   Мы допили кофе и пошли. Жора остановился около стеклянного офисного здания. На первом этаже располагался банк.
   - Жди меня здесь, - сказал он, и шмыгнул в раздвижные двери вслед за клерком с модным портфелем.
   Я смотрел на входящих и выходящих людей. Некоторые из мужчин напоминали меня прежнего.
   «Какие же они все убогие» - думал я.
   Жора появился минут через пять. Он держал в руках два больших брезентовых инкассаторских мешка. Мешки были запломбированы. Он вручил мне один. Весил мешок килограмм пятнадцать.
   - Пошли.
   Он устремился в подземный переход к станции метро. Иногда мы использовали подземку для передвижения. Было забавно смотреть, как толпа обтекает нас, образуя что-то вроде зоны отчуждения.
   Мы вышли на станции «Театральная». Жора вел меня к большому театру. Давали «Иоланту». Мы, естественно, прошли без проблем. Было много иностранцев, и чопорных престарелых дам. Пахло дорогим парфюмом. Почтенная публика, мать ее.
   Жора потащил меня по лестницам на галерку.
На галерке были свободные места. Мы не стали садиться, а встали, облокотившись на перила. Сверху хорошо обозревался весь зал. Был почти аншлаг. Помпезный интерьер наводил скуку.    Свет потух. Поднялся занавес, и спектакль начался.
   - Я ненавижу оперу, - прошептал я в ухо учителю.
   Он лишь отмахнулся.
   Минут десять мы просто, стояли и слушали музыку. Началось ариозо Иоланты. Пела полная тетка под пятьдесят. Жора толкнул меня в бок, и стал срывать пломбу с мешка. Пачки новых тысячных и пятитысячных купюр предстали перед глазами. В моем мешке оказались доллары. Все банкноты были новые, и пахли сладкой типографской краской. Жора стал рвать банковские упаковки, превращая тугие пачки в россыпь. Я последовал его примеру.
   - Будем играть в сеятелей! - сказал учитель, и бросил в зал первую порцию пятитысячных. Я не глядя сунул руку в мешок, схватил жмень зеленых бумажек и кинул вниз.
   - Не жадничай! – хохотнул он, бросая новую порцию банкнот.
   Мы устроили настоящий денежный дождь. В партере стало твориться невообразимое. Зрители сорвались со своих мест, и началась куча-мала. Какое-то время певица еще пела. А потом включили свет, и действие прекратилось. Музыка захлебнулась. Музыканты побросали инструменты, и стали вылезать из оркестровой ямы, для участия во всеобщем помешательстве.
   Мы ржали так, что у меня началась икота.
   Через минуту я обнаружил, что в свалке внизу что-то не так. Причину «неправильности» мы заметили одновременно.
   Загорелый седой мужчина с голубыми глазами не принимал участия в охоте за бумажками. Он просто стоял в проходе и смотрел на нас. ОН НАС ВИДЕЛ!
   Жора дернул меня за рукав.
   - Наблюдатель. Уходим. Быстро.
   Побросав полупустые мешки, мы рванулись к выходу.

Продолжение будет.

Маскировщик.(продолжение)

Sat, 02 May 2009 15:34:59 GMT

- Почему ты так орала? Что на тебя нашло?

Мы лежали на расстеленном пальто и курили.

- Когда ты начал курить, дым стал сильно окутывать тебя. Вообще ничего не видно. А потом все рассеялось, а тебя уже не было. Ты исчез! Я испугалась. Подумала, что ты в другой комнате, стала искать, но тебя не было нигде. Я одна в пустой квартире. Входная дверь заперта. Ключей нет. Мне захотелось выпить, я вернулась на кухню. И тут вдруг ты. Прямо как из воздуха возник! Ну, я чуть не кончила от страха. Не пойму, что со мной было. Из дури, вообще, только алкоголь употребляю, может быть, ты что-нибудь подмешал?..

Откровения шлюхи навели меня на некоторые размышления. Пришло понимание, что со мной произошло нечто важное.

Я отдал перстень блондинке, и вытолкал ее из квартиры полуодетой.

Лежание голым на полу и разглядывание набившего оскомину потолка, принесло свои плоды. Сформировалась конкретная мысль: «В этом месте меня больше не держит НИЧЕГО».

Одеться или нет? Похоже, придется. Не поймут. Рановато. Я пока не настолько искусен. Увезут куда-нибудь, где строгие порядки и люди в казенной одежде.

Я положил в карманы пиджака две полных бутылки, бросил ключи и деньги на пол, и вышел прочь. Дверь осталась открытой.

Восторг. Это было прекрасно. Свободен. Я не шел, а парил над теплым асфальтом. Я дышал ВСЕМ телом. Впитывал окружающую атмосферу. Прохожие, тараканами пробегали мимо, машины тихо плелись в пробках. Запахи, звуки, ветер, мухи, пыльца с майских цветущих растений. Всё по отдельности, и всё вместе вдыхалось мною. Разделялось, и перемешивалось. Периодически я отхлебывал из бутылки, и настроение поднималось еще выше.

В тротуарной толчее меня никто ни разу не коснулся. Это странно. Все спешили по своим делам, и на мое тело не обращали внимания, только огибали как невидимую преграду. Несколько раз я встречался с людьми глазами. Как правило, это были интуристы или праздные бродяги. Реакция была удивительно одинаковой. Заметив меня, они вздрагивали, отводили взгляд, и спешили ретироваться с моего пути. Пока я не знал, как к этому относиться. Я просто шел, а точнее плыл по течению.

У меня не имелось конкретной точки назначения. Траектория моих передвижений выписывала загадочные вензеля. Несколько раз я оказывался в одних и тех же местах. Можно сказать, что я гулял, но это не так. Путешествие определенно имело цель. Просто я не мог четко сформулировать ее словами.

Я выкурил полпачки сигарет, и выпил бутылку портвейна. Захотелось есть. Я находился в каком-то незнакомом сквере. На лавочках сидели, в основном, тинэйджеры с пивом.

Рядом с пустой скамейкой я нашел булочку с надкушенной сосиской. Сел на лавку и занялся трапезой. Очень вкусно. Сочетание вкусов сосиски, майонеза, булки и салата было восхитительным. На зубах похрустывали частицы земли, но это не вызывало дискомфорта. Запив еду портвейном, я закурил, и прислушался к своим ощущениям. Все системы работали нормально, за исключением одного.

Было острое желание идти. Словно внутри включился магнит, который притягивался каким-то внешним полем. Я решил не сопротивляться и позволил осознанному новому чувству вести меня. Проходя мимо развала с фруктами, я схватил грушу. Никто не заметил. Груша была очень сочной, и чудесно сочеталась с крепким вином.

Внутренний магнит работал все сильнее. Появилось ощущение того, что цель рядом. Я побежал. Мимо проносились какие-то дома, деревья, витрины, люди. Я не запоминал дороги, и не обращал внимания на внешний мир. Я был полностью поглощен собой. Дыхание было ровным, а шаг ритмичным. Никогда в жизни не бегал так быстро и так долго. В ушах свистел ветер.

Минут через десять я остановился. Одышки почти не было. Огляделся. Не думал, что в Москве еще остались подобные дворы. Темно-серые деревянные трехэтажные дома с ветхими балконами и крышами из шифера. Стены были исписаны не модным граффити, а цветными мелками. Будто окунулся в восьмидесятые.

Было безлюдно. Меня что-то переполняло. Ощущение подобное тому, когда летишь на качелях вниз. Где-то здесь! Нечто важное где-то совсем близко.

Я глотнул портвейна, огляделся, и обратил внимание на большую кучу прошлогодних прелых листьев и веток. Растительный мусор был свален вперемежку с какими-то тряпками. Меня тянуло именно к этой куче. Я подошел и не обнаружил ничего примечательного. Червячок разочарования уже был готов зашевелиться внутри меня, когда очень близко раздался хриплый голос:

- Ты совсем ни хрена не видишь. Не многие умеют правильно смотреть на мир.

От неожиданности я чуть не выронил бутылку. В куче произошло слабое шевеление, и я с удивлением обнаружил лысого человека в синих шортах. Не было никакого сомнения в том, что человек сидит в одной позе уже давно, просто до этого он настолько сливался с мусором, что взгляду было не за что зацепиться. Вот это да!

Он протянул руку. Я пожал ее.

- Георгий. Можно, просто Жора.

Жора стал моим учителем.

Продолжение еще будет.

Маскировщик (Начало)

Fri, 01 May 2009 07:35:03 GMT

Маскировщик.

Если вы пристально будете разглядывать пеструю кучу мусора, на которой я расположился, вам и в голову не придет, что вы смотрите на меня. Вы увидите лишь хаотическое нагромождение разной ветоши: старые ботинки, мочалка, треснутая тыква, какие-то тряпки, мятый помидор, гнилые маслины и так далее. На самом деле, - это я. Я – маскировщик.

Все начиналось как эксперимент над собой. Глубоко в душе, я всегда был исследователем. Любопытство и тяга к полной свободе победили карьеризм, гордость и прочие тщеславные мотивации. Хотя желание прославиться иногда давало о себе знать. Но об этом позже.

Чистый эксперимент. Пять лет. Я решил, что этого будет достаточно. Как же я тогда ошибался!

Я уволился с должности финансового директора в солидной брокерской конторе. Продал риелторам, не торгуясь, четырешку на гоголевском бульваре с переводом оплаты на номерной депозит.

Было начало весны, идеальное время для ухода. Аппаратуру и дизайнерские костюмы я охапками носил на помойку. Мой «мусор» произвел фурор в среде местных бомжей. Я наблюдал схватки за добычу между обитателями улиц. Мои будущие коллеги дрались неумело, но страстно. Мне было весело и легко.

Осталась последняя вещь – плазменная панель. Чтобы демонтировать огромный Пионер, нужно было вызывать мастеров. Я решил не мучиться. Приобрел в специальном магазине мощный перфоратор и дробил телевизор в крошево около часа. Увлекся процессом. Хотелось разрушить еще что-нибудь. К сожалению, ничего подходящего не осталось.

Новый перфоратор с осколками пионера отправились на мусорку. За мной увязывались стайки ароматных оборванцев. Я их не гнал. Наоборот глубоко втягивал воздух, дегустируя запахи. Омерзения они не вызывали, как ни странно. Во мне действительно что-то переключилось.

Бродяжки сопровождали меня только до подъезда. Грозного коньсержа Василича мои провожатые боялись. Респектабельные соседи посматривали на меня с некоторым удивлением, но тактично молчали. Эти снобы, наверное, думали, что я перебираюсь на рублевку. Ну-ну, завидуйте дальше, убогие.

Я приобрел в павильоне ящик нереально дешевого портвейна № 72, и отнес его в квартиру.

Пил портвейн на кухне четыре дня. Из закуски были: хлеб, лук, плавленый сыр и вобла. Астраханская вобла стала последней роскошью, которую я позволил себе купить за деньги. Вместо воды я употреблял Балтику №3. Спал на полу, засунув под голову скомканное пальто от Зильери.

Самым сложным было преодолевать позывы почистить зубы. От этой гнусной привычки, оказывается не так легко избавиться. Перестать мыться было намного проще. Слава богу, все гигиенические причиндалы были уже на помойке, а точнее, у моих будущих амигос. Только, зачем они им?

На пятый день попробовал гнилые фрукты. Оказалось не так уж мерзко. Даже пикантно. Но ключевой момент я все-таки оттягивал, - предстояло научиться курить.

Мне всегда был ненавистен даже малейший запах табака. До тошноты.

Я купил две пачки примы. Одну вскрыл, лежа на кухне. Достал сигарету и понюхал ее. Странно. Даже приятно. Ничего общего с табачным дымом. Как правильно обращаться с сигаретами, не было ни малейшего представления. В школе я всегда имел репутацию отличника-ботаника, и частенько бывал бит. Думаю, дальнейшие комментарии не нужны.

Проблему с курением желательно было решить за пять дней. Новые хозяева скоро въедут в квартиру. Переходный этап закончится, и я, наконец, окажусь на улице.

Первый раз маскировка произошла самопроизвольно, и в этом мне помогли сигареты. Интуиция вела к совершенству через мои новые желания.

Наверное, я пока выглядел достаточно прилично. Похоже, не до конца уничтожил остатки былого лоска. Видимо, поэтому она говорила мне «Вы». Шлюха вокзальная. Я подцепил ее в дешевой пивнушке. Невысокая молодая, не больше двадцати лет, но выглядит как пофяканная кукла. Вся опухшая с желтым фингалом и свалявшимися выжженными перекисью волосами. Судя по темным корням, у парикмахера она была последний раз полгода назад, причем не у Фотеры.

Шалава голодной дворняжкой увязалась за мной.

За последнюю неделю Василич обогатился примерно на тысячу долларов. Остатки наличности требовалось потратить до конца переходного периода. Проход топ-модели обошелся в полтос. Не жалко. Деньги - прах.

Как только мы зашли в квартиру, она бросилась мне на шею, и попыталась поцеловать. Я грубо оттолкнул шлюху и сказал:

- Успеется.

Она не особо расстроилась, и стала дергано озираться по сторонам. Сочетание роскошной отделки вкупе с пустотой немного давило на нее. Я «считал» ее внутреннее состояние. Неуверенность, любопытство, желание выпить, и страх. Ощущение понравилось. Появилась уверенность в полной власти над этой женщиной.

От блондинки отдавало едким парфюмом, потом, табачным перегаром и вчерашним чесноком. Обычный перегар я не чувствовал так как и сам был изрядно пьян. Нормальное состояние.

Я ткнул ее в спину, задав направление в сторону кухни.

- Туда.

В квартире появилось гулкое эхо. Наверное, из-за отсутствия ковров и мебели изменилась акустика помещения. Она на кривоватых ножках зацокала в кухню. На плитке появились грязные следы. Плевать.

- Ты пьешь такую мочу? – удивилась шлюха, увидев батареи пустых и полных бутылок.

- Мне нравится.

- А вот я Мартини люблю, - сообщила блондинка и преданно посмотрела на меня снизу красными глазами.

Как будто это кого-то интересовало.

Я научился открывать зубами пластмассовые пробки на зеленых бутылках, что и продемонстрировал. Стакан был один, пахнущий рыбой, со следами от жирных пальцев. Я набулькал до краев, и протянул гостье.

- Накати за встречу.

- А ты?

- Само собой, после тебя, – кивнул я.

Она приняла стакан и залпом выпила до дна. Потом выпил и я.

- Кури.

Я любезно протянул открытую пачку Примы.

Она помотала головой и достала Дукат с фильтром.

- Короче, красавица. Такое дело. Мне нужно научиться курить.

Шлюха вылупилась так, что глаза чуть не вылезли из орбит. Увидев, что я серьезен, она стала пьяно хихикать, и уже почти поднесла указательный палец к виску. Я сильно хлестнул ее по лицу тыльной стороной ладони. Она дернулась, но промолчала. Чуть зародившаяся игривость сменилась на более привычную личину побитой собаки. Свежая царапина на ее щеке пошли дорожками из мелких капелек крови.

Вот мать! Я оглядел правую руку. Про перстень совсем забыл. Настолько прирос, что совсем не замечаю его. Выкинуть что ли? Разноцветные искорки брюликов исполняли радужный калейдоскоп. Раньше сильно нравилось, а сейчас безразлично. Приелось. Это очень хорошо. Я молча кивнул себе, и сделал глоток портвейна прямо из горлышка.

- Гляди.

Я потер печатку о пыльные брюки, и вытянул руку, демонстрируя перстень.

- Нравится?

Она мелко закивала. Дурочка уже забыла про обиду. Лишь глупо улыбалась. Поблескивали золотые фиксы.

- Подарю, если курить научишь.

Я поплевал на палец, снял печатку, бросил ее в стакан и поставил на подоконник. Она с недоверием косилась на меня, но молчала.

- Значит так. Следующий тост будет за нового курильщика. До этого ни грамма. Ну, и колечко, разумеется, - твое.

Она протянула мне свои сигареты. Я отказался и обхватил губами приму. Горьковатая табачная крошка попала на язык.

- Это же так просто, - сказала Шлюха, - я даже и не помню, когда и как научилась. Кажется, я курила всегда.

Она взяла новую сигарету, щелкнула зажигалкой, дала мне прикурить, и запалила свою.

- Затягиваешься. Вот так.

Щеки со следами оспин втянулись.

- Потом берешь, и вдыхаешь вот так – И-и-и…

- Ва-а-а.

Она выдохнула.

Я попробовал. При выдохе сильно запершило, и пришлось выкашлять остатки дыма. Меня повело, ноги ослабли, я чуть не упал. Спиной по стене сполз на корточки. Вторую затяжку сделал уже без кашля. Голова кружилась, но приятно. Курить буду. Нормально.

Захотелось побыть одному, но шлюху, при этом, не выгонять. Странно. Я закрыл форточку, и прикурил еще одну сигарету. Мне показалось, что табачный дым пытается исполнить мое желание. Он мягко окутывал меня голубовато-белым коконом.

Кожа повела себя странно. Ей явно понравился табак. Фильтр из одежды был лишним. Надо раздеться. Тряпки полетели на пол.

Я сидел голый, прислонившись спиной к стене, вытянув ноги. Состояние было блаженным. Мне казалось, что я частично растворился в воздухе этой кухни. Еще немного и взлечу.

В это время блондинка металась по квартире и орала:

- Ты куда исчез? Эй! Выпусти меня!..

Вернувшись в кухню, она посмотрела сквозь меня, и потянулась к стакану с перстнем.

Волшебное состояние схлынуло, и я согнул ноги в коленях. Она подпрыгнула и дико завизжала. Пришлось успокаивать шлюху звонкими пощечинами. Мне понравилось.

Я стал раздевать ее. Дешевые голубые трусы сидели плотно, пришлось их разорвать. Рука нащупала густую мохнатую шерстку. В нос шибанул запах несвежего рыбного ассорти. Табачный дым сдался. Ничего. В моей новой жизни нет места брезгливости. Нужно привыкать к новому типу партнерш. Секс был механическим и скоротечным…

Продолжение следует. Может быть.

Новые гладиаторы - окончание 7

Thu, 23 Apr 2009 18:54:00 GMT

- Он не утонет. Перережь глотку.

Вася закрыл кран, и открыл слив. Из звуков осталась лишь ненавистная мелодия. Когда вода ушла, он приказал крысу запрыгнуть в ванную. Тот подчинился. Лечь на спину! Поднять голову!

Крысиный принц лежал на спине, слабо подрагивая, подставив беззащитную шею. Барабас достал нож и склонился над ним. От крыса исходил легкий запах псины. Шерсть на шее была влажной и свалявшейся. Его внимание привлекло дрожащее пульсирующее пятно. Он резанул прямо по этому пятну. Острое лезвие легко вспороло шею и уперлось в хребет. Темная густая кровь толчками хлынула из раны. Глаза принца заволокло туманом, и жизнь покинула его.

Возникло ненормальное для человека желание попить теплой крысиной крови. Василий с трудом подавил этот позыв, и стал смывать кровь душем.

Он опомнился, и прекратил играть только через некоторое время. Наступила оглушительная тишина. Спустившись на пол, Барайкин посмотрел в зеркало, и не узнал себя. Подбородок в запекшийся крови, как у неряшливого вампира, раздутые как у негра губы, и взлохмаченные рыжие волосы. Натуральный бомж! Он разомкнул губы, и попытался улыбнуться. Получилось. Редкозубая гримаса с темными от засохшей крови зубами завершила образ вокзального бродяги. В это время из ванной послышался шорох.

Он повернул голову и увидел, что крысиное тело превратилось в человеческое. Василий подошел к ванной и посмотрел на мертвого Криса. Тот лежал как покойник во гробу. Руки правильным образом сложены, вместо страшной раны, на шее зарубцевавшийся шрам. На лице застыла маска мрачной торжественности. Что самое удивительное, одет он был в шелковый белый балахон, расшитый узорами как на зубочистке.

Глаза покойника открылись.

Господи! Опять начинается! Как же я уже устал от всего этого. Ну, за что! Ведь я его уже убил!

Мысленную истерику прервал тихий шепот:

- Не бойся. Я уже мертв.

Вася ошалело смотрел на говорящий труп. Шевелились только губы да еще глаза. Все остальное тело было неподвижным, мертвым.

- Дар посмертного пробуждения передался мне с генами папаши. У меня мало времени, шесть-семь условных минут. После я навсегда отправлюсь в крысиный ад. Мой учитель благородной Драгорд говорил мне, что позерство и любопытство когда-нибудь меня погубят. Он оказался прав. Так и произошло.

- Ведь я два раза мог спокойно убить тебя. Первый раз тогда на балконе. Ведь, на самом деле, я умею пробираться через полувыдохшуюся гарь. Мне просто было интересно, как ты себя поведешь. Ты повел себя правильно. Если бы ты стал в панике хвататься за телефон или попытался покинуть номер, то я бы просто вышел и убил бы тебя. Но ты поступил как воин, и потратил время достойно. Признаться честно, после этого я зауважал тебя как противника. Второй шанс был перед ударом в зубы. Ну, это надо же быть таким кретином, чтобы своим глупым оперкотом самому вырыть себе могилу!

Принц тихо засмеялся.

- Ты победил заслуженно и честно. Моя самоуверенность погубила меня. Ладно, хватит об этом. Я хочу услышать окончание твоей истории, если это, конечно не выдумка.

- Не выдумка, - прошамкал Василий, - За исключением вазы. А конец простой. Отец очень волновался, ожидая меня. Он обзванивал больницы. Ну а я когда зашел в комнату, посмотрел ему в глаза, и попросил бросить пить. С тех пор он не берет в рот и капли алкоголя. Он и сейчас жив. Этакий бодрый старичок. У нас прекрасные отношения, о которых можно только и мечтать. Вот собственно и все.

Крис помолчал, переваривая услышанное, а потом заговорил:

- Завидую я тебе, человек. Мой папаша не такой, а сам я папашей уже не буду. У меня есть еще одна просьба к тебе.

Взгляд был сосредоточенным и немного просящим.

- Слушаю тебя.

- Я хочу передать тебе свою силу. Готов принять?

Барайкин заколебался, не понимая, зачем ему все это. Но увидел во взгляде такую мольбу, что сломался.

- Что для этого нужно сделать?

- Ничего сложного. Когда я закрою глаза, положи мне ладонь на лоб и скажи: «Принимаю».

Василий кивнул.

Прощай, Барабас, удачи в боях! - прошептал принц, и опустил веки.

Василий положил ему ладонь на лоб.

- Принимаю.

Его пронзило, словно ударом тока. Тело крыса начало бледнеть, пока не стало белым как бумага. Он и стал бумажным. Раздался хлопок. Над ванной закружились мелкие бумажные обрывки. Вася поймал один, но он как и все остальные быстро растаял в руке без остатка. Ванная была чистой. Никаких следов. Чего нельзя было сказать о спальне.

Барайкин сидел на кровати, свесив босые ноги, и пытался разобраться в своих ощущениях. В нем поселилось нечто новое. Это нечто стало частью него, но пока он еще не знал, что с этим делать. В остальном, он чувствовал себя отвратительно. Он не ощущал ни радости, ни удовлетворения, только усталость и апатия. Не было никаких желаний, только легкое отупение. Из этого состояния его выдернул резкий телефонный звонок. Он побрел в гостиную и взял со стола трубку, и прошепелявил:

- Слушаю.

- Уважаемый господин Барабас. Ассоциация поединков поздравляет вас с победой в битве с Крисом Шестым Одиноким, наследным принцем из рода бумажных крыс.

Это был тот же мелодичный приятный женский голос, с которым он общался до поединка. Правда, тон изменился. Стал более уважительным, и ему показалось, что чуточку душевнее. Вася надел шлепанцы, вернулся в спальню, и вместе с трубкой плюхнулся на кровать.

- Это был прекрасный бой, господин Барабас. Клирики ассоциации уже выразили намерение включить его в учебник, а может быть даже и в презентацию на будущий сезон. Это большая честь, господин Барабас. На этот счет с вами свяжутся через некоторое время. А сейчас хочу вам сообщить, что за победу вы получаете гонорар в размере полторы тысячи кредитов. Вместе с этим, по правилам ассоциации вам присуждается одна третья часть состояния Криса Шестого в общей сумме сто двадцать одна тысяча восемьсот три кредита. Кроме того, согласно последней воле Криса Шестого Одинокого, вы становитесь его полным наследником, соответственно на ваш счет будет переведена еще одна треть состояния Криса Шестого в той же сумме. Но и это еще не все…

Барайкину вспомнились бойкие торговые представители «канадских» фирм начала девяностых, продающих всякий ненужный хлам за хорошие деньги.

- … имеете право на полный титул и можете стать первым претендентом на…

Барабас слушал вполуха, и совершенно напрасно. Он перебил операторшу:

- Уберите эту фразу из вашего стандартного набора, она раздражает.

Трубка замолчала. Возникла короткая пауза.

- Простите, господин Барабас, не поняла, о какой фразе идет речь?

Тон стал еще более уважительным. Вася объяснил, какую фразу он имел в виду.

- Конечно, господин Барабас, как вам будет угодно.

- Простите, а как вас зовут?

На этот раз пауза в трубке затянулась. Барайкин рассудил верно. Завоевать расположение таинственной телефонной тетеньки будет, по меньшей мере полезно.

- Зачем вам это? – голос звучал настолько удивленно, как будто она впервые слышит подобный вопрос.

- Понимаете, сударыня, - он выбрал нейтральное обращение, поскольку абсолютно не представлял себе собеседницу, - Ваш голос так приятен, что я совершенно уверен в том, что вы красивейшая женщина из всех встречавшихся мне в жизни.

Это было очень топорно, но похоже, подействовало. После очередной паузы, приятный голос ответил:

- Ваши слова определенно приятны мне, спасибо. Понимаете, Василий, я не женщина. По той банальной причине, что я не человек. Также как и вы, наверное, уже не являетесь человеком в классическом понимании. А зовут меня Валлит.

Вася немного обалдел, но напора не снизил.

- Скажите, Валлит, можно я буду называть вас просто Валей? Мне так проще и привычнее.

- Хорошо, называйте.

- Объясните, что значит, не являюсь человеком?

- Вы приняли в себя новую сущность и …

В этот момент связь прервалась. И через секунду телефон зазвонил снова.

- Простите, господин Барабас, я только что получила взыскание.

Голос звучал сухо и официально.

Барайкин выругался. Хотелось как лучше… В общем, подставил человека, причем неясно, каким образом. Или не человека?!

- Сообщаю вам, что в права наследства вы вступите на двадцать четвертые условные сутки, что по человеческому времени может составлять от двух недель до двух месяцев. Поздравляю вас, господин Барабас. Вы стали состоятельной персоной.

Барабас не почувствовал никаких особых изменений в своей персоне, за исключением появившегося ранее ощущения нового присутствия.

- От имени ассоциации, предлагаю вам ряд услуг с пятипроцентной скидкой. Служба уборки готова полностью привести в порядок ваш номер за тридцать четыре кредита с учетом налогов. Принимаете?

- Да.

Замечательно, господин Барабас. В дальнейших предложениях я не буду упоминать о налогах. Все они будут включены в цену услуг.

Вася молча кивнул, но, казалось, что в трубке услышали.

- Хорошо. Предлагается регенерация зубов во сне. Стоимость тысяча сто кредитов, принимаете?

Барабас присвистнул. Ну и цены! Почти весь гонорар за поединок. Но куда деваться, не ходить же уродом беззубым.

- Да.

Голос из телефона успокаивающе пояснил:

- Регенерация костных тканей, а в особенности зубов, является наиболее сложной и дорогостоящей из всех регенерирующих процедур, за исключением восстановления спинного мозга. Предлагаем вам полное восстановление мышц и кожи задней поверхности бедра за двадцать кредитов, принимаете?

- Нет.

- Всего двадцать кредитов!

- Я же ответил.

Барабасу были нужны вещественные, материальные зарубки связанные с этой историей.

- Извините, господин Барабас. Желаете ли получить обще-восстановительный разгрузочный сон за тридцать пять кредитов?

- Да.

- Правильное решение! Что скажете насчет продажи изготовленных в процессе поединка артефактов?

Барайкин удивленно спросил:.

- О чем вы?

Тон Вали стал как у доброй учительницы.

- Ваша бумажная флейта и разрушитель заклинаний, похожий на большую зубочистку. Оба артефакта изготовлены в ходе поединка и поэтому за них ассоциация готова предложить Вам специальную цену!

- ?

- Двадцать пять тысяч кредитов. Также уведомляю Вас, что курс реальных кредитов по отношению к человеческим земным долларам США, составляет сто два доллара за один кредит. Оплата может быть произведена в любой валюте по Вашему выбору.

Барабас обалдел. Два с половиной миллиона долларов! За дурацкую дудочку и палочку. Ну допустим, зубочистка красивая, но не настолько же! Да еще, если верить оператору у него на счету куча этого кредитного бабла. Да не уперлась мне эта дудочка с палочкой…

- Не продавай, ни в коем случае!!!

Поскольку вредных советов от внутреннего голоса пока не было, он решил послушаться.

- Я оставлю артефакты себе.

В трубке заиграла мелодия, похожая на ту, что он исполнял на дудке. Раздался щелчок, и Вася снова услышал мелодичный голос.

- Милорд, руководство ассоциации предлагает Вам эксклюзивные цены на Ваши артефакты!

- Готов услышать.

- Четыреста пятьдесят тысяч.

Продам. Голос, подай звук! Такие бабки мне и не снились!

Впервые голос ответил:

- Оставь палку, дудку отдавай!

- Я готов уступить вам флейту за триста тысяч кредитов.

Все-таки Барабас был коммерсантом, причем талантливым.

- Предложение принято к рассмотрению, ожидайте ответа.

Связь прервалась…

Барабас открыл глаза, блаженно потянулся, и вдохнул. Пахло чистотой и свежим бельем. Он сел в кровати и огляделся. От вчерашнего бардака не осталось ничего. Зеркало на месте. Ковер был девственно чистым. Его шмотки аккуратно сложены на стуле. На прикроватной тумбочке справа рядком лежало четыре пачки долларов, стянутых розовыми резинками. По соседству с ними покоилась резная палочка и два выбитых зуба. Он нащупал языком резцы, и понял, что они есть! Рукой потрогал ляжку, и нащупал болячку. Значит все правда! Зазвонил телефон. Он протянул руку, и нащупал трубку.

- Да.

- Доброго пробуждения, господин Барабас. Как самочувствие? Есть ли претензии к услугам?

- Нету, уборщикам чаевые три кредита.

- Вы очень щедры, милорд, служба уборки приносит Вам свою глубочайшую благодарность. О дате и месте следующего поединка вам сообщат позже. Запомните или запишите контактный номер для вопросов.

Она продиктовала четырнадцать цифр.

- Имейте в виду, что звонки платные. Приятного отдыха, милорд.

Послышались короткие гудки.

В дверь настойчиво постучали. Он подошел и открыл. В коридоре стоял старый, добрый длинный Макс.

- Ну, ты и соня! Собирайся, скоро экскурсия. Крысиные подвалы под пирамидами посмотрим!

P.S. Продолжение буду писать, если этот текст понравиться читателям. Искренне благодарен всем за отзывы.

05/04/09. Саратов.

Новые гладиаторы - продолжение 6

Thu, 23 Apr 2009 18:50:56 GMT

Он дожевывал очередное печенье, когда раздался щелчок замка. Занавеска отодвинулась, и в комнату шагнул принц. Вася демонстративно не обращал на него внимания. Развалившись на подушках, он запивал еду водой из горлышка бутыли. Крыс молча сел на стул и стал наблюдать за довольным соперником. Выглядел он очень плохо. Лицо осунулось, нос заострился, под глазами появились темные мешки, тонкие сероватые губы подергивались в нервном тике. Барабас чуть повернул голову, и картинно всплеснул руками.

- Свят, свят, свят! Что-то ты, высочество, неважно выглядишь. Тебе бы спа-салон не помешал. Массажики разные, лифтинги. И еще, обязательно используй увлажняющий крем! Знаешь ли, без всего этого, твоя кожа не имеет ничего общего с персиком, а так хотелось бы видеть принца, который…

- Заткнись.

Это было сказано тихо, почти шепотом. И очень веско. Фраза осталась без окончания. Принц бесстрастно продолжил:

- Ты мне очень нравишься как соперник. С тобой действительно интересно. Ты ведешь себя мужественно и порой нестандартно. И я морально уже был почти готов подарить тебе легкую смерть, укусом в шею. Но твои оскорбления превысили критический уровень моего терпения. Ты сейчас в эйфории, человек. Это пройдет, и ты сначала поймешь, а потом ощутишь, что значит быть съеденным. Все эти детские игры, убивающие время, мне уже порядком надоели. Все твои потуги что-то придумать, похвальны, но бесполезны, чтобы ты там ни готовил. Я успею перехватить все. Даже если мне отрубить обе передних лапы, я все равно тебя убью также легко. Если сдашься сейчас, обещаю похоронить твое тело полностью в соответствии с вашими традициями. Если нет, то можешь дать волю своему воображению. Самые смелые твои фантазии будут реализованы мною в лучшем виде.

Все это было сказано от чистого сердца. И это было особенно неприятно. То, что крысеныш не умеет хорошо врать, Вася понял раньше. Говнюк совершенно уверен в своей победе. А я не совсем. Скорее совсем не уверен. Ну, уж нет. К черту! Блеф! Блеф до конца! Поборемся еще, посмотрим кто кого…

- Слышь, принц! Откуда только в тебе столько пафоса?! Может быть, я и наивный олень, но на меня твои пугалки уже не действуют. Похмелье у меня, слава богу, прошло, чувствую себя великолепно. Помылся, оправился, поел вот немного. Воды хватает, инвентарь необходимый есть. Сейчас аксессуар специальный готовить будем. Ну, а убьешь, так убьешь; чего кипятиться, а куда уж ты мой скелет с ливером денешь, то мне без разницы. Хошь жри, хошь чучело делай. Дело хозяйское.

Сказав это, Барабас бросил в рот печенье и стал тщательным образом его пережевывать. Взяв пустой фужер, он сплюнул в него жидкую кашицу, и принялся за следующую галету. Надругавшись, таким образом, над десятком печенюшек, он поднес бокал к лицу, поболтал, придирчиво осмотрел, и удовлетворенно хмыкнул:

- Даже с избытком.

- Чего это ты такое делаешь? – с легкой настороженностью осведомился Крис.

- Придет время, узнаешь, - таинственно и немного зловеще, ответил Барайкин, - Лучше скажи, не раздумал еще, мою историю послушать?

Крис сидел на стуле, как на троне, видимо вживался в образ. Он по-королевски, благосклонно махнул рукой. Не хватало только батистового платочка.

- Рассказывай.

Вася повозился с жилеткой, извлек из кармана универсальный швейцарский нож, и приспособил ножницы. Взяв в руки книгу, он принялся ее уродовать.

- Ты будешь смеяться, но у меня тоже было тяжелое детство. Матушка умерла, когда мне было восемь с половиной. Сразу после ее смерти, отец стал сильно пить. И я малолетний пацан частенько оставался без надзора. В тот день было воскресенье, отец напился особенно сильно, и поднял на меня руку. Для меня это было впервые. Ударил он меня не сильно. Было, скорее обидно, чем больно. Но слезы катились в три ручья, мне было очень жалко себя, мамы не было, а бабушка жила в другом городе. Папа уснул в кухне, а я побежал в слезах на улицу. Я бежал и ревел, но никто из взрослых меня не остановил и не спросил, что со мной и где мои родители. Я бежал и бежал, поворачивал то налево, то направо. Пока, наконец, не оказался в совершенно незнакомом месте. Городок наш был не из крупных, и название его, тебе вряд ли о чем скажет. Но чтобы заблудиться восьмилетнему мальчишке, места было предостаточно.

Это был отгороженный редким забором пустырь, сквозь который проглядывали три ветхих покосившихся двухэтажных дома с пустыми черными провалами окон. Эти покинутые дома, определенно, предназначались под снос.

Стоял сентябрь. На улице царило бабье лето, было тепло, даже жарко. Слезы давно высохли, и во мне проснулось любопытство. В заброшенных домах могли храниться сокровища, которые мне предстояло найти. Таинственная чернота пустых окон манила. Не раздумывая, я пролез в одну из щелей, и устремился к ближайшему строению. Если бы я знал, какие «сокровища» мне предстоит обнаружить, то я бы со всех ног бросился бы прочь от этого места.

Входной двери не было, лишь чернел квадратный проем. Я осторожно шагнул в сумрак. Внутри пахло сыростью, мочой и застарелыми экскрементами и еще чем-то неприятным и незнакомым. Под ногами хрустело стекло, и валялся различный мусор, характерный для подобных мест. Я слонялся по комнатам первого этажа, не обнаружив ничего достойного внимания. В одной из комнат, в углу я увидел старую ржавую койку с шариками на спинке. Шарики могли пригодиться. Я смог отвинтить два. Остальные приржавели, и у меня не хватило сил их даже повернуть. Потом я немного попрыгал на кровати, извлекая из пружин свистящий скрежет. В итоге мне надоело это занятие, и я стал подниматься по скрипучей трухлявой лестнице на второй этаж. Некоторые из ступенек прогнили настолько, что ничего не стоило сломать ногу или вообще провалиться вниз. Но мне повезло, и я поднялся без помех.

Незнакомый запах усилился, и стал особенно неприятным, послышались тихие хлюпающие звуки. Стало немного жутковато. Было еще не поздно, унести ноги от этого проклятого дома, но. Детское любопытство - мощнейшая мотивация. Я продолжил движение. Передо мной лежал темный коридор, усыпанный ошметками стекловаты и кусками отвалившейся штукатурки. Звуки раздавались из дальней двери слева. Скорее даже не двери, а дверного проема, поскольку двери в этом доме отсутствовали. Я старался ступать бесшумно. И потихоньку приблизился к последней комнате. Запах стал просто невыносимым. Звуки, которые доносились из комнаты, были похожи на урчание и тихий хруст. Придвинувшись вплотную к пыльной стене, я осторожно выглянул из-за косяка.

То, что я увидел, отпечаталось в моем мозгу навсегда. Из окна напротив комнату заливал оранжевый свет заходящего солнца. На полу, раскинув ноги, лежал мертвец. На то, что это был мужчина, указывали грязные подошвы туфель большого размера. Подошвы были полностью видны с этого места. К одной из подошв прилип сплюснутый окурок сигареты. Одет труп был в новые темно-синие джинсы и желтую футболку. Нижний край футболки задрался, обнажив дряблый серый живот с чернеющей точкой пупка. С двух сторон мертвеца пожирали две крупных псины. Та, что побольше, стояла справа и вцепилась в левый бицепс. Рука под псиной подергивалась как живая. Другая собака уткнулась мордой в область головы. Там виднелось только кровавое месиво. Я остолбенел, и не мог оторвать взгляда от этого потустороннего зрелища. Живот мертвеца потрясывался как желе, пока верхнюю часть рвали острые челюсти псов.

Крупный пес, похожий на овчарку, почувствовал мой взгляд, поднял окровавленную морду, и посмотрел прямо мне в глаза. Взгляд был очень умным. И очень безумным.

Я не помню, как оказался внизу. Меня пулей вынесло из страшного дома, и я рванул вперед. Не знаю, почему я не убежал совсем; видимо подсознательно у себя дома я не видел защиты. В общем, я рванул к соседнему строению. Забежав внутрь похожего здания, я забрался в дальнюю правую комнату на первом этаже. Комната была пуста, если не считать трех деревянных ящиков, на которых стояли пустые зеленые бутылки с остатками пиршества местных бомжей. Я забился в угол, сел на корточки, уткнувшись лицом в колени, и тихо заплакал. Мне было одиноко и очень страшно. Мама умерла. Отец меня не любит. И еще рядом злые собаки, которые едят людей.

Отплакавшись, я вытер слезы, и огляделся по сторонам. Наступили сумерки, и в комнате заброшенного дома воцарился полумрак. Не самое лучшее место для маленького несчастного ребенка. Я долго сидел на корточках и ноги затекли. Пришлось сесть прямо на пол, откинувшись спиной в угол. Не очень удобно, но меня все равно начало клонить в сон, когда я услышал шлепанье лап по коридору. Кулаки сжались сами по себе, а коленки подогнулись к подбородку. Тихий ужас наполнил все мое тщедушное тельце.

Из черного дверного проема вышел крупный пес. Сзади маячил его меньший спутник. Пес сделал несколько шагов и встал рядом с одним из ящиков. Это был кобель. Не знаю, как, но я это чувствовал. Он посмотрел на меня. Над нижней челюстью на шее, темная шерстка местами свалялась темно бордовыми сосульками. Глаза были мутными и желтыми. Высоко задрав верхнюю черную губу, он оскалился, показав жуткие клыки, и издал рокочущее утробное рычание. Я понял, что мне настал конец. Не представляю, зачем шел по моим следам этот страшный пес. Ясно одно, – он меня будет есть, также как и того мертвого дядьку.

И тогда я подумал, что просто так не сдамся. Он начнет, есть меня, а я, буду есть его. Я буду кусать его, пока не умру, и мне все равно. Подходи ближе пес, ешь меня, вонючий падальщик! Я оскалил свои маленькие молочные зубки, и посмотрел ему в глаза.

Сначала он отвернул морду в сторону и посмотрел в пол, затем попятился задом, а потом, поджав хвост, скрылся в тени коридора.

Меня трясло и колотило минуты две. Потом дрожь прошла, а вместе с нею и все страхи. Я встал, отряхнул задницу, и пошел на выход.

Уже стемнело, но мне не было страшно. Я самостоятельно нашел дорогу домой, легко вспомнив все повороты.

Дверь в квартиру была открыта. Я снял сандалии в прихожей и зашел в гостиную. Отец сидел на диване, а на коленях у него был телефон. Он оглянулся, и увидел меня. Я шагнул в комнату, и взял со стола вазу, типа той, что стоит на этой полке, - Вася указал пальцем на стену, - ну и…

Крис повернулся направо, чтобы посмотреть на вазу.

В этот момент Барабас выстрелил из спрятанного под обертками арбалета.

И он увидел все в замедленном темпе. Бумажные обрывки бабочками медленно взлетели вверх, а болт, не торопясь, полетел в сторону живота, сидящего на стуле принца.

Тот среагировал, и это было поразительно. Крыс прыгнул вверх и вправо, плавно поджав ноги, и это было его ошибкой. Болт зацепил край его левой икры. Он еще был в воздухе, когда стрела, проткнув кожу и мышцу, частично прошла сквозь рану, под ступором лески дернулась назад, и упала на ковер.

Вася тянул за леску, и стрела поползла по ковру, оставляя прерывистый кровавый след. Он сместился к краю и осторожно, как рыбак, поднял свою необычную снасть на вытянутой руке. Одна из валявшихся на полу купюр, прилипла к наконечнику, и упала на постель. Он взял стрелу и поднес к лицу. Кровь на наконечнике была алой, но ему показалось, что она переливается радугой. Очень захотелось лизнуть. И он лизнул.

Вкус не имел ничего общего с обычной кровью. Это была не кровь. Во рту будто выжгло огнем, но не больно, а скорее тепло и терпко. Полыхающее пламя оккупировало ротовую полость, и покалывало тысячами мелких иголочек. Он сглотнул слюну с кровью, и обалдел. Эффект был поразительным. Все тело исполнилось веселым куражом, краски мира стали ярче, на фоне которых крыс показался сереньким и слабым. Он поднял руку со стрелой, чтобы еще лизнуть этого нектара, но…

- Стой!!! Хватит! Замешивай. Его крови здесь мало.

Вася вздрогнул, и опустил окровавленный наконечник в бокал с кашицей из слюней с печеньем, и хорошенько помешал. Клейкая масса изменила цвет со светло-бежевого на грязно-фиолетовый. Откуда-то изнутри пришла уверенность, что клей готов. Он взял один из книжных листов, помазал клеем, и стал скручивать в трубочку…

Во время отражения атаки, крысиный принц походил на человека-паука из одноименного фильма. Он грациозно приземлился на стул ногами, оттолкнулся, и сделал обратный кульбит. После полуторного сальто, встал на руках и сделал пару шажков. Широкие шорты сползли, и стали видны края тонких красных плавок. Струйка крови стекала с икры на бедро, чтобы соединиться с одинаковыми по цвету плавками, но в этот момент крыс оттолкнулся руками от пола, сгруппировался и встал на ноги. На ноге не было ни царапины, ни следов вытекшей крови. Он напряженно застыл, наблюдая за манипуляциями Василия.

- Зубная паста, это туфта. Но я тебя недооценил, человек. В тебе есть что-то от нас, крыс. Ты использовал мой любимый прием, а я как последний дурак расслабился. Будет мне наука на будущее. Что же такое ты там все-таки делаешь? Или ты под кайфом от моей крови, и разум твой помутился? У меня был однажды случай на поединке. Дрался я с одним из ваших колдунов. Он уверял, что является адептом Вуду. Не знаю, какой уж он там адепт, но черный старикашка был не без чувства юмора. Так вот, он как и ты сидел в круге, и сделал из бумаги фигурку крысы. Талантливо так смастерил, очень даже, похоже. Прямо мастер оригами. Когда гарь выдохлась, он весь такой гордый из себя, подносит иголку к фигурке, а сам на меня глазищами черными таращиться. Р-раз, и проткнул. Ну, я ему подыграть решил, схватился за грудь, и хлопнулся на землю бездыханным. Этот индюк, будто того и ждал, достал ножик кривой, и наклонился, чтобы сердце мое вырезать. Тут-то я ему шею и свернул. В коллекции его правая рука значится под номером девять. Голова человеческая есть, нога есть, рука есть. Яиц нету! Точно. У тебя я вырежу яйца вместе с хреном заодно. Кстати, а какой у тебя размер в спокойном состоянии? Если маленький, то даже и не знаю, - он покачал головой, - Придется ограничиться одними яйцами, а то стыдно даже представить, что…

Вася, казалось никак не реагировал на разглагольствования противника. Он продолжал деловито возиться с бумагой и клеем. На постели царил сущий кавардак. Подняв на секунду взгляд, он кивнул в сторону телевизора.

- Ты лучше на рейтинги посмотри.

И в самом деле, на экране творились чудеса. Коэффициенты по ставкам практически сравнялись, и менялись лишь на сотые доли. Цифры сделанных ставок были уже шестизначными.

- Не обращай внимания, - махнул рукой Крис.- Это букмекеры чудят. У них там свои схемы. Честно говоря, не понимаю, на что ты рассчитываешь. Времени у тебя осталось немного. Сдайся, и дело с концом. Обещаю, что мучить не буду, а так придется медленно убивать.

- Слушай, мне надоел твой треп, давай помолчим. Времени, в самом деле, осталось немного.

- Как скажешь, человек.

В номере установилась звенящая тишина. Периодически слышался шорох бумаги. Василий уже вовсю орудовал ножом. Было слышно как в ванной капает вода. Там-там-там… Видимо, впопыхах, Вася не закрыл до конца кран. Иногда раздавались тихие журчащие звуки. Это желудок крыса требовал пищи.

Вася с тоской подумал, что скоро именно он может стать пищей для этого всеядного желудка. Действительно, неприятная поганая смерть. Он решил для себя, что если его детская игрушка не сработает, то он постарается полоснуть себя ножом по венам. Вряд ли враг станет оказывать ему первую помощь, чтобы потом продлить его мучения. Очень хотелось верить в чудо, однако здравый смысл готовил тело к печальному исходу. Страха не было. Была опустошенность и даже некоторая легкость. Где-то глубоко, среди этой внутренней легкости тлел слабый уголек надежды. Ведь ставки, не спроста, так выросли? Чем черт не шутит?! Авось прорвемся. Защитная линия почти испарилась, и стала не толще паутинки. До кровавой развязки оставались считанные минуты.

Линия исчезла. Оборотень расслаблено развалился на стуле, и с легкой улыбкой наблюдал за Василием. Теперь он никуда не спешил.

- Не надоело на постелях прохлаждаться боец? Или ты предпочитаешь, чтобы я тебя как бабу подушкой удушил? Давай, вставай. Потанцуем как нормальные мужики!

Вася раскрыл нож, выбрав самое большое лезвие. Вырвал из книги очередной листок бумаги, обернул лезвие, и сунул нож в карман. Не торопясь, он слез с кровати и встал напротив крыса. В левой руке он сжимал многослойную бумажную трубочку с рядком дырок.

Крис тоже встал. Он обратил внимание на предмет, который Барабас держал в руке. Василию показалось, что в глазах оборотня промелькнула тень тревоги.

- Ах вот оно что.

Оборотень задумчиво поправил несуществующие очки.

- Что ж понятно, решил закосить под крысолова из Гамельна. Ну-ну, дудочник, даю тебе шанс.

Он величаво взмахнул рукой, но Василий отметил некое напряжение в движениях крысиного принца.

- Играй дудочник, мьюзик подходящий будет, глядишь, и спляшу.

Вася внутренне перекрестился. Глубоко вдохнул, поднес бумажную дудочку ко рту, обхватил губами, и осторожно дунул. Фф-ф-ф-фш… Шипение. Ничего другого не прозвучало.

Напряжение противника уступило место торжеству. Крыс раскрыл ладонь, приставил к уху, и вытянул шею.

- Ась? Штой-то хлуховат я стал. Хде плясовая бард? Не слышу-у-у…

В голову ударила кровь, а ноги наоборот ослабли. Пришло окончательное осознание. Неужели конец?! Он снова вдохнул и с остервенением выдохнул в дудку весь воздух из легких. От натуги даже немного заболели щеки. Эффект был таким же. Все. Мандец. Он опустил бесполезную дудку, и виновато посмотрел на Криса.

- Прости, крысючелло, что не доставил тебе удовольствия. Видимо отыграл свою партию Вася Барайкин.

Василий положил правую руку в карман, и нащупал рукоятку ножа. Выхватить и полоснуть по руке! Но ему пока что-то мешало.

Оборотень ухмыльнулся, и демонстративно зевнул.

- Знаешь, что? Ты мне нравишься. Я не буду перекидываться в свое естественное боевое состояние.

Он сжал кулак, и несколько раз со звонким шлепком ударил по левой ладони. Получилось картинно, как у братков перед разборкой.

- Я тебя убью в человечьей личине. По простому.

На этот удар не смог бы среагировать даже Мухаммед Али. Молниеносный прямой левый в нижнюю часть лица.

В глазах почернело, а рот моментально наполнился железистой солоноватостью. Было больно. Голова кружилась. Наверное, это нокдаун. Мысли унеслись в прошлое, и вспомнился момент из детства, когда он ел крупный красный арбуз, и сплевывал черные семечки в большую белую тарелку. Вот и сейчас ему захотелось сплюнуть семечки. Он уже нащупал их языком. Две штуки. Только это были не совсем семечки. Два верхних зуба стали инородными телами. Он наклонился, разлепил опухшие губы, и выпустил изо рта тягучую красную пузырящуюся смесь крови со слюной. Тьпфуу… Бело-розовые костяные кусочки отлепились от губ, и упали сверху небольшой густой лужицы.

Он отплевывался, пока во рту не стало почти сухо. Верхние десны превратились в лохмотья мяса, и перед губой образовалась непривычная пустота. Должно быть, плеваться станет удобно! Он втянул щеки, собрал остатки слюней, и задрав губу, смачно харкнул в лицо врагу. Плевок выдался на славу! Юшка угодила крысу под правый глаз.

- Прэлестно, прэлестно!

Оборотень утерся, и с наслаждением облизал руку.

- Не желаете ли еще сыграть на вашей флейте, маэстро?! Или вы предпочитаете исполнять сюиты на кожаной? – Гаденько хохотнул крыс.

Василий уже решивший выбросить бесполезную дудку, озлился, и снова поднес бумажную свирель ко рту. Распухшие губы, выбитые зубы и раздувшийся язык изменили траекторию потоков выдуваемого воздуха. В результате родился звук. Его было нельзя назвать приятным. По тембру он напоминал скоморошескую сопелку. Сопливо-гнусавый гудок, не иначе. Но это не главное. Главное, что реакция крыса на звук была парадоксальной.

Он резко выпрямился и задрожал всем телом. В глазах плясала паника. Прилагая титанические усилия, он жалобно проскрипел:

- Пр-рекр-рати пожжалуйс-с-ста. Т-так нечч-естт-но…

- Ищи дурака, - быстро ответил Барайкин, вынув дудку, и едва не поплатился за допущенную беспечность.

Крис летел на него со страшной гримасой. Его спасло то, что враг не сразу отошел от шокирующего звука. Рука с желтыми когтями царапнула со свистом воздух в паре сантиметров от носа Василия.

Он успел приложить бумажную флейту ко рту, и снова дунул. На этот раз звук был чище и глубже. Криса парализовало. Он остолбенел, зафиксировавшись в позе играющего котенка с вытянутой лапой.

Было понятно, что останавливаться нельзя даже на секунду, и он продолжал дуть, подстраивая дыхание под почти непрерывный выдув монотонных гудков.

Через пару минут Василий обратил внимание на то, что крыс за счет своей воли стал потихонечку смещаться вправо. Его корежило, но он двигался, и в его глазах появились неприятные злые огоньки. Эта патовая ситуация постепенно могла перерасти в матовую. Причем не в пользу Василия.

На помощь пришел внутренний голос: «Играй мелодию танца, и внушай! Иначе он разорвет путы». Так и будет, - подумал Василий, и сосредоточился на дудке.

Он стал закрывать пальцами дырки. Протяжный гнусавый гудок превратился в какофонию. Тело крысиного принца судорожно извивалось…

Мелодию Барабас нащупал минут через десять. За это время крыса выворачивало так, что Васе даже было его немного жалко. Мотивчик подобрался легкомысленный и простой, из нескольких нот, наподобие «Чижика-Пыжика». Важно было то, что для извлечения мелодии требовалось всего три дырочки. Можно было играть одной рукой.

Когда послышался волшебный мотив, с телом оборотня произошла трансформация. Человеческая оболочка лопнула и на ковре на задних лапках стояла громадная серая крыса. В маленьких глазках крысы поблескивало безумие. Розовый хвост подрагивал в такт музыке.

Так они и стояли напротив друг друга. Человек и крыса. Василий играл не прерываясь ни на секунду понимая, что любая пауза, больше чем время на вздох, может оказаться для него роковой. Непрерывное цикличное повторение превратило веселенькую мелодию в заунывно-гипнотизирующую. Вася сам начал потихоньку впадать в состояние транса. Перед глазами расплылось…

- Очнись, придурок!!!

- Он чуть не выронил дудку, но в голове прояснилось. Пальцы двигались автоматически, поток воздуха равномерно выдувался. Он послал крысе мысленный приказ прыгать на месте. Крыса запрыгала. Замереть. Крыса замерла.

Барабас медленно попятился в гостиную, стараясь не задеть босой ногой осколков зеркала. Зато по рассыпанным долларам ступать было весьма приятно. Он передвигался боком, не спуская глаз с крысы. Она без всякой команды следовала за ним на расстоянии порядка полутора метров. Они зашли в гостиную, обогнули стол, и направились в ванную комнату.

Василий забрался на широкий плоский край большой белой ванной. Свободной правой рукой повернул блестящий металлический кругляшок, закрыв, таким образом, сливное отверстие. Потом присел на корточки, и дотянулся до крана. Давление в трубах было хорошим, и мощная струя воды с грохотом забарабанила по дну. Акустика ванной комнаты увеличивала громкость звуков. От громкой музыки и шума воды стало закладывать уши. Крыса ритмично приплясывала внизу на зеленом кафеле.

Перейти к следующей части

Новые гладиаторы - продолжение 5

Thu, 23 Apr 2009 18:47:54 GMT

- Мероприятие решили назвать казнь-финалом королевского турнира. На главной площади был сооружен помост. На подиум водрузили огромный стеклянный цилиндр с толстыми стенами, чтобы все происходящее внутри, было видно зрителям. Шоу транслировали по платным каналам. Рейтинги, говорят, были сумасшедшими.

- Вниз нас сбросили одновременно. Рамира разорвали за полминуты. Толпа ликовала. Мы быстро насытились и отдышались. В нас еще оставалась некоторая симпатия друг к другу, но каждый понимал, что смертельной драки не избежать. Поэтому мы договорились, что начнем, как стемнеет. Ха! – хмыкнул он.

- Как только солнце скрылось за башней, стало немного темнее, и мне показалось это удачным поводом для атаки. Я рванулся и вцепился Раку в глотку. Началась битва. Я решил не тянуть. Через час было все кончено. Я выиграл. Решением суда толпы мне было дано право претендовать на титул кронпринца, в случае победы в пятидесяти гладиаторских поединках.

Он перестал ходить, повернул голову и посмотрел на Василия. На лице была широкая улыбка победителя.

- Осталось всего две победы! И одна из них, практически у меня в кармане, человек.

Вася скривился, и через губу процедил:

- Больно ты скор, крысеныш. Не говори гоп. А сказка-страшилка твоя душещипательная, как раз для детей среднего школьного возраста.

- Все, что я рассказал – правда, - серьезно ответил соперник. - Я мог бы еще многое порассказать, но теперь твоя очередь, человек.

Несмотря на показной скепсис, Василий поверил в рассказ крыса. Просто у него, наконец, начали формироваться слабенькие проблески будущего плана. Ему было понятно, что противника желательно держать в возбужденном, слегка взвинченном состоянии. Это достигается мелкими словесными оскорблениями, нетипичными реакциями и нестандартными поступками. Та идея, вокруг которой Барабас решил выстроить стратегию победы, еще несколько часов назад для него самого, лежала за пределами здравого смысла. Если бы тот же Макс узнал, чем Барайкин планирует извести взрослого мужчину, который на самом деле является бумажной крысой, то пожизненный диагноз не заставил бы себя ждать. Причем Василий не стал бы его оспаривать, а добровольно бы сел в скорую и позволил увезти себя в дурдом. Но то раньше, а сейчас он полагал, что против такого потустороннего персонажа можно эффективно использовать только иррациональное оружие. Ничего подходящего в наличии не имелось, а возможности достать не представлялось. Оставался единственный вариант. Но для этого ему требовалось добраться до своих вещей. Как? Он перебирал в уме варианты, пока не остановился на самом банальном по сути, но очень рискованным в исполнении. Кажется, я знаю, на что ты поведешься, крысеныш!

- Слушай, пасюк! – воодушевленно воскликнул Барабас, сделав вид, что ему в голову пришла гениальная идея.

- С рассказом за мной не заржавеет, не переживай. А вот как ты, смотришь на то, чтобы взять у меня реванш?!

Вася с озорной улыбкой выжидательно посмотрел в лицо противнику.

У Криса на миг загорелись глаза, и на лице промелькнула заинтересованность, которая тут же сменилось маской надменной безразличности. Он сел, достал из кармана-книжки цилиндрическую гладкую палочку размером с карандаш и стал ковыряться ей в зубах, слегка погрызывая с разных сторон. Через минуту он выплюнул опилки и встал. Подошел вплотную к разделительной черте и продемонстрировал гигантскую зубочистку идеальной формы. Зубочистка была покрыта сложнейшим неземным орнаментом.

Василий внутри аж задохнулся от восхищения, настолько филигранно была выполнена резьба. Это произвело едва ли не большее впечатление, чем деньги из воздуха. На его глазах, на свет был рожден настоящий шедевр. Это точно. Безо всякой магии. Вот это чудо. Видимо, он не сумел изобразить равнодушие, и на лице что-то отразилось.

- Нравится? – с искренней улыбкой спросил Крис, - Это каменное дерево, самое твердое из всех, известных в мирах пород. Мои братья крысы не ценят моего искусства, предпочитая просто поедать, ну или иногда затачивать, чтобы потом убивать, - с легкой грустью произнес он, - Хотя мы редко пользуемся холодным оружием. У нас неплохие когти и зубы, неподверженные кариесу.

Он присел на корточки и аккуратно положил палочку в сантиметре от защитной линии.

- Дарю.

Крис сделал несколько шагов спиной к самой двери и встал, заложив руки за спину.

Вася только начал делать движение, чтобы потянуться, наклониться и достать изделие, как в мозгах завопило: «Не тронь, пока он жив!!! Разрушишь защиту!». Вася замер и прислушался к себе.

Надо же, очнулся! Где же ты раньше был, внутренний голос? На что не последовало никакого ответа. По всей видимости, эти подсказки включались по своему собственному алгоритму. А крыс не так прост. Интересно, много ли у него еще подобных тузов в рукаве?

- «Бойтесь данайцев, дары приносящих», - процитировал он вслух кого-то из древних.

- Ты чуть было меня не купил, пасюк, а вещица прикольная, хвалю.

Голос его обрел покровительственные оттенки. Последовала ожидаемая реакция, правда не такая бурная, как хотелось Василию. Противник всего лишь с мясом оторвал массивный дверной наличник, с треском сломал его об колено, и швырнул в стену. Стеклянная ваза, стоявшая на полочке, заплясала от вибрации, подвинулась к самому краю, но не упала.

Выпустив пар, человек-крыса сел на стул и заговорил совершенно спокойно.

- Прошу не называть меня так, это равносильно тому, что я буду звать тебя макакой или гориллой.

- Как Вам будет угодно, Ваше королевское высочество!

Вася не вставая, изобразил что-то вроде дурашливого реверанса. На что собеседник укоризненно покачал головой, и продолжил:

- Ты заикнулся насчет реванша, скорее всего, тебе что-то понадобилось. Тем не менее, я готов выслушать твои предложения.

Вася сел по-турецки и сложил ладони под подбородком.

- Все очень просто, я предлагаю зеркальный вариант. Условия аналогичные, только теперь загадки загадываю я. По-моему это справедливо.

Крис помолчал, и спросил:

- Каковы ставки?

- Ну, мне-то от тебя вообще ничего не нужно, просто интересно время убить.

Он сделал вид, что раздумывает, и неуверенно произнес:

- Разве что, ты покинешь номер на несколько минут, пока я приму душ, и приведу себя в порядок.

Соперник грустно вздохнул, и разочарованно развел руки.

- Понимаешь, дружище, я бы рад оказать тебе эту пустяковую услугу, но, к сожалению, по условиям поединка, мы не сможем покинуть пределы этого номера, до завершения битвы, даже если очень захотим.

- Да уж, действительно незадача, - согласился Вася.

Он поцокал языком и покачал головой. Потом замер, поднял палец вверх, и спросил:

- Кстати, а балкон относится к территории номера?

Крыс задумчиво почесал в затылке.

- Вообще-то, да. Точно относится.

- Вот и ладушки! От тебя потребуется всего лишь выйти на балкон, закрыть за собой дверь, и постоять там минут пять.

- Понятно. А что ты готов поставить против этого?

Барайкин пожал плечами.

- Не знаю, а чего бы ты хотел?

Крыс посопел носом, и по-беличьи, двумя руками потер под глазками. Грызун да и только. Потом он обслюнявил большим языком тыльную сторону правой ладони и стал прилизывать реденькую челку.

Вася гаденько захихикал.

- Ты настоящий прекрасный принц, крошка Крисси! Где твоя золотая корона? Крисси, а ты можешь произвести меня в рыцари? Представляешь, я буду сэр Барабас. Прикинь, как круто.

Соперник, казалось, не обращал внимания на подколки.

- В качестве ответной ставки я приму все купленные тобой причиндалы.

- Согласен на все, кроме арбалета.

- Принимается. Начинаем прямо сейчас?

- Конечно, чего тянуть кота за яйца.

Наступал ключевой этап. Барабас понимал, что если он не победит в этой мини-игре, то все, можно сливать воду. Других возможностей получить необходимые материалы не представится. А без них даже попытаться выиграть не получится. Таким образом, у крыса в этом розыгрыше, говоря по теннисному, - скрытый матчбол. Ну что ж, зато моя подача.

- Готов?

Противник не ответил, лишь сосредоточенно смотрел в глаза.

- Начнем с простенького:

Чем больше вынешь из него,

Тем больше вырастет оно.

На мониторе появились уже знакомые цифры обратного отсчета. Крыс неподвижно сидел, уставившись в пол. Через минуту он вскочил, и стал мерить комнату быстрыми шагами. Вася замер в напряженном ожидании, непроизвольно сжав кулаки.

Оставалось чуть меньше минуты, и у Васи появилась робкая надежда, когда крыс остановился.

Он повернулся, и глядя на экран, и громко произнес:

- Яма.

Выигрышная заставка. И вздох облегчения, похожий на свист. Барабас сжал губы, и промолчал.

Ничего, - успокаивал себя Вася. У нас еще две попытки, к тому же и загадка-то была не из самых. Чего бы еще, тебе гаду, такого вбарнаулить? Ага, кажется, вспомнил.

- Слушай вторую загадку:

Да, для этого приходят,

Или новых баб заводят,

Этим выбор помечают,

А еще в лесу встречают.

Хронометраж заработал. К удовольствию коммерсанта, на лице оппонента застыло напряженное и слегка растерянное выражение. Скорее всего сольет! 2:12, 2:11… Стояла ватная тишина. Время тянулось мучительно медленно, минута шла за пять. Он далек от разгадки! Неужели зациклился. Господи, ну пожалуйста! Вася сверлил взглядом лицо соперника, а тот, в свою очередь буравил глазами точку на ковре. 0:18, 0:17… Ну же, родненький крысюнчик, молчи, молчи, и думай о белой обезьяне! Пытался внушить врагу Василий. 0:03, 0:02… Он уже набрал в грудь воздух, чтобы победно закричать и…

- Галка. Все для галки, или для галочки.

Правильный ответ был сказан очень тихим голосом, но для Васи он был оглушительным. Противник, казалось, не верил своей удаче, и с некоторым удивлением смотрел на экран, где резвились салютики на зеленом фоне.

Очень сильно хотелось последовать примеру соперника и хорошенько психануть. Под руками было чем запустить в стену. Взгляд упал на нераспакованную «палку-крюк». Рука потянулась, и пальцы дотронулись до картонки, чтобы с силой сжать. Но он вспомнил про блеф... И сумел сдержать себя. Ни в коем случае, нельзя показывать, насколько ценна победа в этой мини игре. Поэтому вместо того, чтобы рвать и метать, он допил остатки воды, и улыбнулся.

- Браво, принц, с вами приятно играть. Красиво, на последней секунде! Восхищен.

Он немного похлопал в ладоши, надеясь, что это не выглядит как кривляние.

Крис немного опешивший от неожиданного акта подхалимства, растерялся и позабыл про ликование. Лишь пробурчал:

- Ничего особенного, просто туговато сегодня соображаю, только в конце догадался. Неплохая задачка.

Вася с уважением посмотрел на соперника, прокашлялся, и торжественным голосом возвестил:

- Ну что ж, Ваше высочество, пришло время для последнего розыгрыша. Итак, слушайте:

( Объявляется конкурс на придумывание загадки)

Услышав загадку, Крис выразительно посмотрел в глаза, губы его дрогнули, и рот приоткрылся. Барайкину показалось, что он хочет что-то, сказать или даже дать досрочный ответ. В солнечном сплетении появилась неприятная легкость. Но оппонент сомкнул губы, и перевел взгляд под ноги. Вася устроился поудобнее на подушках и закрыл глаза. Он расслабил мышцы лица, и попытался вспомнить курс аутотренинга. Так пальцы рук, легкое покалывание, они теплеют. Чувствуем как теплые токи ходят по телу, дыхание спокойное, ровное, я на берегу моря, мне хорошо… Тьфу! Не получается. Но лицо, вроде бы в порядке, застыло с легкой улыбкой. Хорошо. Время идет, идет. Тик-так, тик-так. Интересно сколько уже прошло? Открыть глаза? Нет. Я отдыхаю, мне нет особого дела до результата. Я спокоен и расслаблен. На моем лице умиротворение и покой…

Кто-то кашлянул, или показалось? Барабас разлепил веки. Оборотень смотрел так, что хотелось закрыться подушкой. Спрятаться от этих маленьких злобных безумных глазок. На лице противника играли желваки, и послышался хрустящий скрежет. Неужто зубами так делает? Брр. Один из уголков рта подергивался вниз, на его краешке выступила капелька пены. Кисти рук сжимались, и разжимались, они деформировались и больше походили на розовые крысиные лапы с толстыми пальцами и длинными желтыми когтями.

На экране горели слова «Вы проиграли». Это относилось не к нему. Заставка сменилась графиками, и Василий с изумлением увидел, что его коэффициент составляет уже 3,98. Вот это да! Столбцы цифр с количеством ставок выросли на два порядка, и продолжали быстро увеличиваться. Скорость мелькания стала такой, что последние цифры в рядах размазались в мутные пятна. Вот уже 3,97. Ничего себе. Сам свои шансы он оценивал намного пессимистичнее. Настроение резко поднялось, и он не стал сдерживать радость.

- Ну, что принц! Опять ты проебал. Два раза уже ты в пролете. А бог не шельма, и как известно, троицу любит. Ты лузер, принц. Предлагаю тебе почетную капитуляцию. Выплатишь мне контрибуцию, получишь пинка под яйца и дело с концом. Что скажешь, милорд?

- Правильный ответ, - с неприкрытой ненавистью, громко прошипел враг, - Скажи правильный ответ.

- Ах, вот ты о чем, - весело рассмеялся Василий, - Конечно скажу, не хранить же секрет.

- Правильный ответ - (Конкурс, ответа тоже пока нет)

Крыс скривился, с досады плюнул, и топнул ногой.

- Надо же, как просто оказывается! Как же я не догадался? Fucking russian bastard!

- Неправда! Мой отец был женат на моей матушке, попрошу без грубостей.

Вася шутливо погрозил пальцем.

- Ты давай ка, болезный, лучше плату вноси. Проиграл, изволь рассчитаться. Вон балкон. Открывай дверь, и засекай пять минут, пока я себя в порядок приводить буду, и не вздумай выйти раньше времени. Надеюсь на вашу порядочность, принц.

Соперник, не говоря ни слова, встал, подошел к шкафу, взял в баул с Васиными вещами, вышел на балкон и закрыл за собой дверь. Вот гад, там было мачете! Ну, ничего, это не страшно, все, что ему нужно, находится в другом месте. Когда крыс поворачивал дверную ручку, раздался громкий щелчок. Это хорошо.

Выход на балкон был по правую руку от него в метре от края кровати. Стеклопакет, в виде французского окна до самого пола, имел границы ровно по боковым ограждениям балкона. Это было, как нельзя кстати. На порядочность принца рассчитывать не приходилось, поэтому Вася достал из кармана крохотный остаток мелка, прополз на край тахты, и свесился вниз. Он оперся одной рукой об пол, и подвинул занавеску. Весь балкон был как на ладони. Крысиный принц стоял спиной к нему. Самое удивительное было в том, что привычный вид отсутствовал. Ни пальм, ни океана. Лишь желтоватое марево окружало балкон со всех сторон. Чего он там разглядывал, было непонятно.

Пора за работу. Он дотянулся мелком до нижнего края окна, и стал медленно проводить черту вплотную к напольному плинтусу. Нижняя половина тела оставалась на кровати, а верхняя была в очень неудобном положении. Это был самый опасный момент из всей затеи. Если крыс сейчас решится рвануть с балкона, он может не успеть вернуться на кровать. Он напряженно вслушивался, не прозвучит ли щелчок дверной ручки. В висках пульсировало, кровь прилила к голове и на лбу выступили капельки пота. Главное чтобы мела хватило на всю длину. Невзирая на острое желание побыстрее закончить, он не спешил. Кусочек мог раскрошиться, и тогда трындец не за горами. Он надавливал слегка, проводя тончайшую ниточку сантиметр за сантиметром. Крупная капля пота со лба шлепнулась на ковролин, и быстро впиталась. Он чувствовал, что противно воняет кислой смесью пота, перегара и мочи. Запах свеженькой бомжатины. Хотелось в туалет и в душ. Еще немного, еще чуть-чуть. Финиш. Ровно по границам. Несмотря на субъективную растянутость времени, в подобных ситуациях, вряд ли прошло больше одной минуты.

Он шумно выдохнул, сполз с кровати и рухнул на ковер. Быстро поднявшись, он посмотрел сквозь стекло, и увидел, что крыс обернулся. Его лицо удивленно вытянулось, не ожидая от человека такой наглости. Одним прыжком тот оказался перед дверью, схватился за ручку, и остолбенел, почувствовав выворачивающую гарь. Вася не стал смотреть продолжение шоу, времени итак было в обрез. Он задернул штору, и поспешил в гостиную. Защита мелка испарится минут через пять-шесть. Заработал внутренний таймер.

Первым позывом было броситься в ванную, но он поборол это желание. Сначала главное. Он действовал быстро, почти бегом, но без суеты. В прихожей он схватил с вешалки туристический жилет с множеством разных карманов, вернулся в гостиную, открыл бар, вытащил упаковку с солеными печеньями, и поднял с пола валявшийся пакет из супермаркета. Запихнул внутрь жилет и печенье. Осталось найти книгу, без нее ничего не получится. Где же она?

Пару дней назад он купил большую красивую книгу про индейцев Мексики. Особенно ему понравились красочные иллюстрации с необычными рисунками индейцев уичолей. Книга была дорогой и отпечатана на качественной бумаге. Жалко будет ее портить, но деваться некуда, борьба требует жертв.

Он быстро обыскал гостиную, но книги не было. Осталось три минуты. Ага, вспомнил! Он метнулся в спальню, и заглянул под кровать. Вот она. С трудом, достав тяжелый том, он бросил его на тахту и вернулся в гостиную. Так с главным закончили. Что еще? Вода. Взяв пустой пластик из-под Перье, он в ванной набрал бутылку доверху. Вода отправилась в пакет к остальным вещам. Две минуты. Самое приятное. Он заскочил в джакузи, и не позаботившись задернуть занавеску, включил душ на полную. Вылив на себя половину флакона с гелем, он с фырканьем обливался прохладной водой, умудряясь одновременно с этим чистить зубы. Кайф-то, какой господи! Единственный минус - намокла повязка на бедре, но это пустяки. Так паста, что там двойник говорил про пасту? Пригодится.

Кое-как протеревшись, он схватил пакет, и голый стремглав понесся в спальню. Оставалось меньше минуты. Подбежав к шкафу, он схватил в охапку футболку с шортами и прыгнул на кровать.

Зря так спешил. Выворачивающей гари хватит еще на две-три минуты. Прекрасно. Вася достал из пакета жилет, вынул из кармашка катушку с тонкой металлизированной, плетеной леской и крепко привязал к одной из арбалетных стрел. Острие стрелы открутилось без труда. Вскрыв маленькую коробочку, он достал один из титановых наконечников. Навинчивая его на стрелу, он рисковал порезать пальцы, настолько острыми были выступающие стыки вогнутых граней. Зазубрин не было, значить вытащить болт будет несложно. Наконечник болта он смазал зубной пастой. Так, на всякий пожарный, авось сработает. Зарядив арбалет этой стрелой, он направил его в сторону стоящего напротив стула. Сверху он прикрыл оружие несколькими мятыми бумажными обертками. Покончив с этим, он потянулся к коробке с печеньями, и понял, что жутко голоден. В принципе печений много, хватит и на еду. Можно перевести дух и перекусить. До окончания защитного действия черты вокруг кровати оставалось около часа. Финал был не за горами.

Перейти к следующей части

Новые гладиаторы - продолжение 4

Thu, 23 Apr 2009 18:42:51 GMT

На этот раз он кривляться не стал, и не меняя позы, заговорил, монотонно, без выражения:

И черное и белое,

Трусливое и смелое,

Горячее, холодное,

Оно всегда голодное.

Вася призадумался. Да уж задачка не из легких. У него в мыслях с космической скоростью проносилось множество вариантов, но ни один из них подходящим не был. Когда те же версии пошли по второму кругу, Василий занервничал. Оставалось две минуты, а он не приблизился к ответу ни на йоту. Внутренний голос, где ты?! Помогай родной! - в сердцах возопил он. В ответ тишина. Озарение пришло за двадцать секунд до конца отведенной пятиминутки.

- Это зависть. Человеческое чувство зависти. Не знаю как там у вас крыс, но у нас людей зависть бывает именно такая, и черная и белая, тайная и явная, горячая и расчетливо-холодная.

Повисла пауза. Цифры на мониторе замерли. У Васи внутри похолодело. А спустя мгновение заиграла победная мелодия, и появились салютики.

Коммерсант облегченно выдохнул, а Крис схватил с пола несколько купюр, в бешенстве изорвал в клочья, и бросил в сторону. Клочки зелененькими бабочками закружились в воздухе, и плавно опустились на ковер.

- Не порть бабки! – возмутился Василий, привыкший к почтительному отношению к деньгам, - Они здесь не причем.

Мои баксы, как хочу так и распоряжаюсь, - отбрил нахала Крис, - А у тебя, сынок, похоже, головокружение от успехов. Ну да ничего, это лечится очень просто. Следующей загадкой мы попытаемся снять все симптомы зарождающейся у тебя мании величия. Слушай:

«Светлее дня, темнее ночи»

Вася думал ровно полторы минуты, потом заговорил:

- Неужели я выгляжу таким необразованным валенком, что не смогу разгадать несложную философскую задачку? Так вот, на сей счет, ты глубоко заблуждаешься. У меня просто бизнес такой, где лобастым и очкастым интеллигентам доверия нету. По деревням да селам езжу, зерно скупаю, и перепродаю. Общаться приходится, в основном, с колхозниками по-простому. Поэтому и привык уже под «своего» косить. Ну, и нахватался от них словечек как гусь говна. Где-то даже деградировал, не скрою, но это самую малость. Самая сложная загадка была вторая. Ну да бог с ним, я отвлекся.

Василий достал бутылку с виски, открыл пробку, понюхал, сморщился, и закрыл обратно. Потом засунул руку под влажные шорты, почесался, и продолжил:

Это как инь и янь, мужское и женское начало, добро и зло, черное и белое. Короче, это душа.

Треск разбиваемого об стену стакана с водой, заставил коммерсанта непроизвольно вздрогнуть.

Азартный Парамоша! - не без удовольствия отметил про себя коммерсант, - надо будет попробовать сыграть на этом.

У соперника был очередной приступ бешенства. Он носился по комнате, топал ногами, и изрыгал проклятия. А на мониторе коэффициент на победу был уже 11,4. Его столбец подрос, а уровень соперника немного опустился.

- Ты зачем разбил стакан с моей выигранной водой? – спросил Вася.

Крис, не отвечая, вышел из комнаты, достал чистый бокал наполнил его до краев из бутылки, принес, и поставил на пол около стула.

- Подавать тебе не буду, я королевской крови, а ты голодранец безродный. Подойдешь и сам возьмешь. Не бойся не трону. Слово даю.

- Сомневаюсь, - ответил Барайкин, - Отойди к двери в ванную, так, чтобы я тебя видел и встань там.

Гость пожал плечами, и выполнил распоряжение. Он встал спиной к двери в санузел и засунул руки в карманы шорт.

- Может, еще руки за голову убрать, - ехидно осведомился человек-крыса.

- Не обязательно.

Василий, не сводя глаз с врага, слез с кровати, и медленно-медленно, шаг за шагом, пригнувшись, стал придвигаться к стулу, наклонился и сжал в ладони вожделенный бокал. Он все делал правильно. До того как взял в руку емкость с живительной влагой. Видимо, возможность утолить жажду, негативно повлияла на мыслительные процессы. Он допустил дурацкую, непростительную, грубейшую ошибку. Повернулся спиной к врагу.

Васе показалось, что крыс не бросится, расстояние до черты не более двух метров. Это два больших шага или три обычных. Скорее всего, не бросится, а если и бросится, то не успеет!

Он начал делать первый шаг, когда телом почувствовал легкое дуновение. Обернулся, и потерял еще мгновение, но зато увидел размазанную серую тень, летящую к нему. Барабас накрыл ладонью верх бокала, и прыгнул к спасительной постели. Монстр его все-таки зацепил. Заднюю поверхность правого бедра будто ожгло огнем.

Барайкин истошно завизжал, и плюхнулся на постель. Сердце колотилось так, что казалось, голову может разорвать от частых и мощных толчков крови.

Благо дело, он крепко накрепко держал заветный стакан. Не пролилось ни капли. Так, сначала жажда, а потом разберемся с ногой.

Он сел, дрожащей рукой поднес бокал к губам, и сделал первый глоток. Переборов острейшее желание проглотить всю воду залпом, он принялся цедить маленькими глоточками, полоща рот. Употребив, таким образом, две трети высокого бокала, Вася почувствовал облегчение. Он, с сожалением отставив оставшуюся воду в сторону, как НЗ и потрогал рукой рану. Пальцами по длине бедра прощупывались две кровоточащих, липких, рваных борозды. Глубина больше пяти миллиметров. Слава богу, крупные вены не задеты. Теплая кровь просачивалась сквозь пальцы. Барайкин потянулся, достал бутылку с остатками чиваса, и вылил немного виски на ладонь. Затем лег на спину, согнул ноги в коленях, и приложил мокрую ладонь к ране. Жгло страшно, но Барабас стойко терпел. Когда боль немного утихла, он повернулся на бок, и схватил руками розовый пододеяльник. Без колебаний оторвал широченный лоскут, сложил его в несколько раз, сдобрил виски, и сноровисто принялся обматывать бедро. Пригодились платные курсы выживания.

Тем временем, за защитным кругом бесился монстр. Строением тела он напоминал бультерьера, но был немного крупнее. Гигантская, серая, взлохмаченная крыса издавала противные писклявые звуки, и металась вокруг кровати, бешено крутя непропорционально длинным розовым хвостом. Передняя правая лапа оставляла на ковре кровавые следы. Через некоторое время крыса запрыгнула на стул, и села почти по человечьи, свесила нижние когтистые лапки, сложила верхние в жесте паломника перед грудной клеткой, и замерла.

Началась обратная трансформация. Туловище стало увеличиваться, а конечности вытягиваться. Особенно неприятно стали выглядеть редковолосые нижние лапы, – нечто среднее между звериными конечностями, и человеческими ногами.

Шерсть на теле оборотня островками задымилась, расплылась, почернела, вспыхнула огненным вихрем, и исчезла. Розовая кожа запузырилась. Пшш-хлоп. Запахло паленой курицей. Быстрое таяние ошметков в воздухе. И на стуле уже сидит старина Крис в человеческом обличье.

Первым делом он стал с наслаждением слизывать с пальцев руки остатки крови.

- Мы, как и вампики, балдеем с человеческой крови! – довольно промурлыкал Крис. - Это наилучший в мирах стимулятор. Особенно ценится кровь, насильно взятая у живого человека во время битвы! Фантастика! Ваши кокаины-героины отдыхают.

Он громко причмокивал, и в наслаждении закатывал глаза вверх.

Рана сильно саднила, и мешала думать. Барайкин пытался сосредоточиться, и проанализировать известные факты, чтобы выработать хоть какую-нибудь стратегию и тактику дальнейшей борьбы с оборотнем. Для начала он решил вспомнить все, что ему известно о крысах. Мозг коммерсанта, по привычке, разложил все по полочкам.

Итак, обычные крысы:

Относятся к классу млекопитающих, отряду или подвиду… неважно, - грызунов. Это он помнил из школьной программы. Проживают везде, где ни попадя, даже на кораблях. Обладают отличным обонянием. Питаются почти всем. Известны факты, когда крысы съедали изоляцию, металлы, полимеры. Стайные животные, причем со строгой иерархией. Подают друг другу различные сигналы с помощью мочи, которая, вроде бы, может менять химический состав, по команде мозга животного. Спорно. Крысы являются одними из самых умных тварей. Многочисленные опыты над ними подтверждают сей факт. Имеют хорошие способности к обучению и принятию решений. Размножаются очень быстро. Самка крысы за год может произвести до десятка пометов по пять-шесть детенышей. Селятся крысы, видимо, в укромных местах вблизи источников пищи, коими служат, в основном, органические отходы человеческой жизнедеятельности. Обладают потрясающей живучестью и способностью к быстрой регенерации тканей. Средняя продолжительность жизни два-три года.

С человечеством у крыс исторически сложились непростые отношения. Восточные цивилизации крыс уважали, и почитали. Ну, а западные народы издревле причисляли крыс к недружественным животным-паразитам, и безуспешно пытались истребить их. Во многих людях ненависть к крысам, также как к насекомым и змеям заложена на генетическом уровне. К этой большей части западного человечества относил себя и Василий. Он не понимал «извращенцев», которые держали дома крысок или мохнатых пауков.

Человек убивал крыс разными способами. Изготавливались крысоловки, выводились специальные породы кошек. Но самым популярным в народе средством всегда была травля с помощью различных ядов. Самый распространенный крысомор, делался, вроде бы, на основе мышьяка. Или нет? Несмотря на популярность в народе, этот метод нельзя считать эффективным. Так как из всей стаи, животные выбирали особь-камикадзе, которая дегустировала отраву, и если чувствовала дурноту, немедленно сообщала об этом своим сородичам с помощью той же мочи, или особого писка. После этого никто из стаи к отравленной еде не притрагивался.

Таким образом, можно заключить, что специального оружия массового поражения против крыс человечество пока не изобрело.

Оказывается, Вася знал про обычных крыс достаточно много. Все эти отрывочные сведения были почерпнуты из школьного курса зоологии и научно популярных журналов, которые Барабас любил читать еще в студенчестве. Только практической выгоды от этих знаний практически никакой, к сожалению нет. Во-первых, не из чего замесить отраву для крыса. Во-вторых, слабо представлялось, как заставить монстра жрать яд.

К тому же, Крис не был обычной крысой. Скорее всего, он был волшебной крысой-оборотнем. Бред, но придется принять за основу. Теперь требуется поднять информацию по волшебным крысам.

Итак, волшебные крысы:

Здесь все запущено. Первое что пришло в голову, был «Щелкунчик» толи балет, толи опера. Вспомнился придурок из недавней рекламы. С музыкальным образованием у Васи было туго. Классику он не любил, и либретто к одноименному балету не читал, впрочем, как и сказку Гофмана. Все представление об этой истории сводилось к советскому мультфильму.

Там, был крысиный король с тремя головами, и имел армию. По нему чем-то стрельнули из игрушечной пушки. Потом, не пойми откуда, в воздухе появилось облако, от которого крысы стали чихать, и лопаться. Последний крысиный солдат до-последнего зажимал нос лапой, убежал в нору, и там взорвался. М-да. Информации негусто. Состав волшебного газа неизвестен. Да и Крис не шибко похож на крысиного короля.

Была еще крыса-ниндзя из мультика про черепашек… Нет, не то, - голливудский продукт.

Крыса-кучер из золушки… Вообще-то второстепенный персонаж, скорее положительный, во враги не годится.

Крыса Шушера из Буратино. Да, она хотела затащить Буратино в очаг, но добрый папа Карло, кажется, успокоил ее деревянным башмаком. Так! Теплее, теплее. Быть может башмак является аналогом тапка? Тапки у нас есть. Отлично, что имеем еще??

… Пусто. Какие-то отрывочные ассоциации про подлых и злых зубастых грызунов, которые убивали младенцев, и выедали глаза бездомным, не более того. Ничего конкретного на ум не приходило. Васе казалось, что нечто важное он упускает, но не мог вспомнить ничего толкового.

Разве что были еще байки про афганских крыс, которых выдавали за такс. А доверчивые любители породистых собак узнавали о зоо-подлоге, только посетив ветеринара, либо кинолога. Также диггерские истории-ужастики про гигантских крыс-мутантов в подземке, которых боятся даже собаки. Одним словом, - всякая чушь. Пользы – ноль.

Решений не было. Несмотря на то, что Барабас сумел полностью взять себя в руки и принять искаженную, ненормальную, больную, но все-таки реальность. Глубоко внутри поселилась малюсенькая тоска, порожденная безысходностью положения. Он понимал, что эта тоска в состоянии потихоньку высосать его внутреннюю энергию. Нет, он не собирается сдаваться ни при каком раскладе. Но идти в бой без идей, без плана, без шансов, напролом, будет равносильно самоубийству.

А можно ли сбежать?! Вот вопрос, с очень высокой вероятностью отрицательного ответа, но удостовериться все-таки желательно. С другой стороны, строить план только на основе гипотетической возможности бежать, - полнейшее пораженчество, а это даже невыносимей потенциальной смерти. От поединка лучше уйти, но если нет возможности, придется драться. С чем?! … О чем там говорил мой двойник? Паста помогает, но слабо. Что еще? Что обманывает, и верить ему нельзя, - это и так ясно. Ладно, как-нибудь по…

Дзз-зынь!!!

Он вздрогнул.

Крыс, прыгая с ноги на ногу, с довольнейшим видом, чокался об оконное стекло фужером с желтой жидкостью. Он был босым, его убогие сланцы валялись на полу среди денег и мусора. Банкноты прилипли к ступням, разнообразные осколки похрустывали под ногами, не причиняя ни малейшего вреда. Горячий латинский танец да и только, правда икры и лодыжки танцора были не кофейными, а розовато белыми.

- Горячее послекровие! Аа-а!!! Лам-бадаа! Лам-бадая!– пел он.

- У тебя нет слуха, пасюк! Заткнись. Слушать противно! – дико выкрикнул Барабас.

Крис оглянулся, и продолжил танец.

– Или ты решил меня пением в гроб загнать? Не выйдет, я тоже спеть могу. Тогда у тебя точно уши в трубочки свернуться!

Крис, поплясав еще немного, остановился, опрокинул фужер в рот, и посмотрел на Васю, как на убогого.

- Это у тебя нет слуха, человече. Диапазон воспринимаемых мною частот в два раза шире, чем у тебя. Вот, к примеру, послушай:

Он вытянул губы и стал строить гримасы, втягивая и надувая щеки.

- Ну что, услышал?

Вася отрицательно помотал головой. На самом деле, он слышал тончайшее миллиметровое завывание.

- А я просвистел семейный гимн!

- Я имел в виду, музыкальный слух, крысеныш, он у тебя отсутствует полностью. Плюс к этому ты еще пьешь свое ссаньё! Не, в натуре, ты еще и на уринотерапии повернутый.! Во прикол!

Крис ни капли не смутился, коротко глянул на Василия, и продолжил наслаждаться ароматом из бокала.

- Какие же вы все-таки брезгливые, людишки. Это вас и погубит! Каннибалы у вас изгои, бомжи и мусорщики тоже. Странные вы, неправильные. Где надо брать - воздерживаетесь, а где наоборот воздержаться, - прете напропалую и пытаетесь хапнуть то, что вам не по зубам. Эта моча, - он торжественно поднял фужер вверх, - эссенция блаженства. Те, ферменты, что вырабатывается у нас после пробы первой крови врага, сразу же выводится из организма через почки, и я, нюхая и пробуя «би-адреналиновую мочу», испытываю почти такой же кайф как после схватки! Вам не понять этого.

- Да уж. Не понять, - задумчиво ответил Барайкин, - Куда уж нам, сиволапым. Ты, вот лучше скажи, почему слово не сдержал, и на меня кинулся? Ляжку мне оцарапал своими грязными когтями? Наверняка инфекцию занес, придется антибиотики пить.

Соперник залпом заглотнул мочу, зажмурился от удовольствия и бросил пустой фужер на ковер. Тот не разбился, а лишь откатился к банановой кожуре.

- Понимаешь, Василий! – растягивая слова, произнес он.

Вася вздрогнул. Больно непривычно было слышать свое имя из уст врага.

- Дело в том, что ты имел глупость повернуться ко мне спиной. Тут уж никаких секретов нету. Я не могу пересилить древний инстинкт, заложенный матерью-природой. Извини уж, не серчай, - тон был притворно искренним. - Я и сам не понял, как это получилось. Ты лучше скажи, подумал над моим предложением?

- Пока думаю, не определился еще.

Барайкин нащупал бокал с водой, и сделал два больших глотка. Ему вдруг вспомнилось кое-что необычное. Важное? Может быть. Требуется обдумать, как использовать эту эфемерную возможность, которая пока кажется просто сказочной ерундой. А, собственно, сейчас происходит, разве не сказка наяву? Немного страшноватая, но сказка. Кстати, что там говорил мой двойник про зубную пасту? Тоже пригодиться. Только вопрос как вообще ее достать? Надо думать быстрее. Время работает на врага. Но пока решение вызревает, можно провести немного времени с пользой.

- Слушай, пасюк! – воодушевленно выдохнул Василий, - У меня идея. А почему бы нам не рассказать друг другу о себе. Скажем о детстве, или еще о чем. Время-то пока есть, ты как?

Сначала Крис выглядел немного сбитым с толку, а потом широко улыбнулся, продемонстрировав крупные белые зубы.

- Ты мне нравишься, человек! Интересно себя ведешь, я бы сказал, - нестандартно. Я надолго запомню этот бой, если ты не сдашься, то твоя голова займет почетное место на верхней полке как один из самых уважаемых трофеев. Неплохая идея, почему бы и нет. Только ты рассказывай первый.

Вася помотал головой.

- Предлагаю решить по-честному. Пусть будет жребий. Я подкину монетку, а ты угадываешь. Если угадаешь, я первый и начну. Пойдет?

- Годится, – махнул рукой крыс.

Вася достал из заднего кармана монету номиналом в десять песо. Монета была серебристой с золотистым ободком как наша десятирублевка. На аверсе была надпись “Diez pesos”, какой-то национальный орнамент, и сверху почему-то значок доллара. А на реверсе, как и полагается, была птичка со змеей в когтях. Он ловко покрутил монетку между пальцев и щелчком большого пальца отправил в воздух.

Когда вращающаяся монета достигла верхней части параболы, Крис отчетливо произнес:

- Решка.

Монета упала на белую черту, выделявшуюся на бежевом ковре, скакнула влево и легла точно посредине линии.

Они одновременно с двух сторон склонились к монете.

Птичка со змеей.

- Орел! – победно возвестил Вася.

В это время на экране рейтинг Барабаса стремительно пополз вверх. Коэффициент на его победу был уже 10,9. Все равно безнадежно мало.

На этот раз вспышки гнева не последовало.

- Тебе везет, человек, - серьезно, глядя в глаза, сказал Крис, - Пока везет. Не стоит обольщаться на сей счет, реальных шансов у тебя от этого не прибавилось.

Вася не стал возражать, а лишь поправил подушки, подпер голову ладонью, и улегся в позе слушателя.

Противник сел на стул, скрестил руки, посмотрел в пол, и как-то деревянно промолвил:

- Детство.

Он слегка приподнял голову, взгляд уплыл вверх, и уставился в одну точку. Его глаза налились красным. А голос звучал тихо, зло и отчетливо:

- У меня было тяжелое детство, человек. Я как принц крови, прошел турнир. И стал наследником.

- Что за турнир? – задал вопрос Вася, но Крис никак не отреагировал и продолжил также тихо:

- Вы, люди запада и севера невзлюбили наш народ на земле. Мы просто жили рядом, но алчные и жадные людишки посчитали нас врагами. Как будто бы мы отбирали у вас пищу. На самом деле, мы довольствовались объедками и мусором. И никто не виноват в том, что некоторые ваши нищие мамаши оставляли новорожденных младенцев прямо на улицах. Можно сказать, выбрасывали. Да мы их съедали. Ну и что с того? Это же ваш человеческий мусор! Кто-то же должен убирать отходы. Но вместо благодарности, мы получили повсеместную травлю! И мой народ принял вызов. Да, не буду спорить, вы такие же живучие гады, как и мы, но время рассудит кто сильнее. Вы совершенствуете компьютеры и выдумываете новые виды вооружений. А мы постоянно приспосабливаемся через естественный отбор, намного быстрее, чем люди модернизируют свой геном. У нас на порядок больше поколений для закрепления естественных позитивных мутаций. Вы пошли по синтетическому, искусственному пути, надеясь обмануть свою природу, и отошли от нее. Даже обычной магией владеют лишь единицы из вас, да и тех становится все меньше. Процесс вырождения вашей расы уже вовсю идет! Просто вы этого не замечаете, пока…

Крис перевел взор на Василия, и осекся.

- Кажется, я отклонился от темы.

Он встал, нагнулся, и поднял с пола фужер, задрал голову, и опрокинул остатки мочи себе в рот.

Крис почмокал, втягивая щеки, и закатил глаза. Постоял. И снова сел обратно на стул.

- Так вот. Что касается моего детства и турнира. Как ни крути, придется опять начать с людей.

Он снова уставился невидящим взглядом в точку над головой Василия.

- Из вашего мира мои родители почерпнули гнуснейший, и в то же время, эффективнейший способ отсева. Споры насчет его пользы и вреда для нашей расы не стихают до сих пор. Недавно этот метод был признан передовым и его приняли для себя большинство наших аристократических семейств.

- На юге России, в том числе, в ставропольском крае, в станицах крестьяне практиковали оригинальный вид травли крыс. С помощью крысоловок, используя разнообразные вкусные приманки, в амбарах отлавливалось несколько крыс. От трех до шести, но, как правило, - пять. Бралась гладкая металлическая бочка и обмазывалась изнутри дегтем либо другим несъедобным токсичным маслом. В эту бочку и помещались пойманные крысы. Сверху емкость накрывалась тяжелой чугунной крышкой. Ни прогрызть стенки, ни выбраться через верх, бедняги возможности не имели. В кромешной тьме, без пищи и воды мои сородичи сидели и терпели. Терпели только первые сутки. Голод и жажда делали свое дело. В конечном итоге, на восьмые или девятые сутки, в бочке оставалась одна крыса. Эту крысу выпускали в том же амбаре. В течение двух дней бешеный победитель полностью очищал крестьянское хозяйство от своей бывшей стаи уходил. Этого обычно хватало на пару месяцев, пока не приходила новая семья. Семья размножалась, превращалась в стаю, и все начиналось по новой.

Крис встал со стула, скрестил руки, и стал ходить по комнате, задумчиво разглядывая потолок. Голос его стал звучать равнодушно и глухо.

- Моя дражайшая матушка была безумно плодовитой даже для бумажной крысы. Она просто обожала трахаться. У меня было пятьсот восемьдесят восемь родных братьев и целая прорва сестер. Не считая ублюдков. Чтобы выявить наследника, папенька организовал турнир. Нас братьев по пятеро-шестеро запускали в здоровые бочки, закрывали крышками, и мы в темноте грызли друг другу глотки. Примерно через месяц нас осталось всего пятеро. Пятеро лучших: Рамир, Глот, Рак, Хрук и я. Рамир был самым старшим и опытным. Он предложил нам организовать заговор и представил план. Мы решили свергнуть отца и определить судьбу трона посредством жребия. У нас ничего не вышло, заговор раскрыли. Как выяснилось, всех сдал Рамир, он подстроил так, что за главного идеолога сошел Хрук. Но это не помогло предателю стать кронпринцем. Обвинили нас всех скопом.

Перейти к следующей части

Новые гладиаторы - начало 1

Thu, 23 Apr 2009 18:19:09 GMT

Новые гладиаторы

Советский союз, Никитинск 1984 г.

На пыльной пустынной улице группа из четырех подростков окружала пятого. Щуплый рыжий пацан медленно пятился назад, зажав руки за спиной. Преследователи уже не спешили, и подходили не торопясь. Рыжий продолжал отступать, пока не уперся спиной в стену. Он вздрогнул. Слева от него была большая куча строительного мусора, а справа серый автомат с газировкой. Все, тупик. Бежать некуда.

Четверо встали полукругом в нескольких метрах от жертвы. Среди четверки особенно выделялся длинный белобрысый парень. Он был выше остальных на голову, и потому, наверное, казался главным. Немного выступив вперед, белобрысый заговорил:

- Ну, и че ты, бивень, убегал? Думаешь, от нас уйдешь?!

Голос его ломался, спрыгивая с фальцета на басок.

- Че, это ты там прячешь за спиной, а ну покажь!

Рыжий молчал, сжав губы. На веснушчатом лице не было страха, только легкая настороженность. Его взгляд перепрыгивал с одного врага на другого, в ожидании нападения.

- Гляди, Жердь. Он тя ваще не уважает! – подал писклявый голос черноволосый толстяк слева. – Ты, с какого района, чувак? Может ты с шишки? Так, крякни. Или ты с вишневки, тогда точно не тронем. Разве что до дома проводим, а то здесь опасно, говорят хулиганы разные ходют.

Он захохотал, а вслед за ним заржали и остальные. Они потихоньку приближались к рыжему, опустив руки. Кастеты, либо свинчатки были у всех, но использовать оружие против одного хилого терпилы, считалось западло. Вся четверка состояла на учете в детской комнате милиции.

Рыжий достал руки из-за спины. В правой ладони была сжата тусклая артиллерийская гильза размером с чекушку.

- Гляньте, - подал голос толстяк, - у него сорокапятка! Четкая гильзуха! Чур, моя будет.

Приятели не возражали. Толстый заводила продолжал:

- Короче, так. Отдаешь гильзу, и снимаешь адики, - он показал пальцем на новые синие замшевые кроссовки с белыми полосами. - Ну, и все бабки гони, тогда не тронем.

Рыжий молчал.

Толстяк занервничал, и повысил голос:

- Ну, ты че, в натуре, тормоз, что ли?! Гильзу положил, и карманы к осмотру!

Рыжий медленно поднял руку с гильзой.

- Конечно, бери, не жалко.

После этого, он с силой метнул болванку в лицо толстяку. Тот не успел среагировать. Настолько неожиданным был выпад хиляка.

Закрутившись в полете, гильза плашмя ударила чернявого в зубы, выбив сразу несколько штук. Тот охнул, схватился руками за лицо, и стал оседать на асфальт.

Остальные трое бросились на рыжего одновременно. Они были «сыгранной командой», если так можно выразиться. У каждого была своя роль в драке. Через пять секунд, рыжий уже валялся на асфальте. Нападавшие работали ногами. Оставляя на тротуаре густой кровавый след, избиваемый отползал в сторону нагромождений строительного мусора.

Хлесткие пинки по корпусу раздавались в полной тишине. Зрители из окон напротив не спешили вмешиваться. От этой четверки могли быть только неприятности. Кому они нужны? Но милицию все-таки вызвали.

Избиваемый дополз до кучи, и схватил половинку кирпича. Классика. Он сумел припечатать кирпичом ступню длинного, обутую в полукед. Длинный дико взвыл и запрыгал на одной ноге. Послышались звуки милицейской сирены. Хулиганы бросились в рассыпную. На асфальте остались лежать два тела…

За происходящем в далеком Никитинске, наблюдали два человекообразных существа. Они склонились над широким золотым тазом с жидкостью. Вместо отражений лиц, в тазу отображалась драка подростков. Один из наблюдателей был карликом с длинной седой бородой и вытянутыми мочками ушей, а второй был похож на лысого кощея из сказки, кожа его была бледно-зеленой. Кощей опустил палец в таз. По поверхности пошли круги, изображение пропало, и зеленый увидел свое отражение. Он улыбнулся, и сказал:

- Этот рыжий мне понравился. Из него может выйти толк. Берем под наблюдение.

Мексика, Канкун 2009 г.

Предприниматель Вася Барайкин, по кличке Барабас, валялся в джакузи люксового номера отеля «Канкун Палас». Ему было плохо. Восемь дней подряд с утра до ночи текила, пиво, водка и, до кучи, марихуана. На мексиканскую еду он не мог даже смотреть. Вчера он допился до того, что упал пьяный в бассейн в одежде во время ночного концерта каких-то местных танцовщиц. Хотел поплясать, идиот. Господи боже мой! Ну почему он не умеет отдыхать как другие нормальные люди? Было даже как-то неудобно выйти из номера, ему казалось, что все сразу начнут тыкать в его сторону пальцами и говорить: «Смотрите, это тот русский придурок, который вчера возомнил себя танцором! И как только таких уродов пускают в нормальные отели!». Кошмар.

А еще эти две москвички Света с Катей. Катя очень даже ничего. Когда он был еще вменяем, вроде даже оригинально шутил. Но потом беда. Этот анекдот про глистов в заднице, ни в какие ворота не лезет. Что они теперь подумают. Кстати, а где Макс? Вроде он вчера тормознул по выпивке. Наверняка, гад, с обеими всю ночь прокувыркался.

Вася лежал в ванной уже более двух часов. Но особого облегчения это не принесло. Стало даже хуже. Внутренности сотрясала мелкая дрожь, и возобновилась тошнота. Желудок был пустой, но рвотные позывы вновь давали о себе знать. Все. Сегодня никакого алкоголя. Поставил для себя точку Василий. Может быть, затемно получиться дойти до моря и освежиться, но это потом. Он достал пластиковую бутылку с водой и сделал несколько глотков.

Надев белый халат с монограммой отеля, он вышел из ванной в гостиную. Сначала дохнуло бризом, а потом запахами из ресторана, и главное, звуками. Васю замутило. Он закрыл все окна. Звукоизоляция была превосходная. В номере установилась тишина. Желтоватые стены вкупе с сумеречным светом из окна, придавали обстановке тревожную тоску. Неуютно как-то.

Телевизор ударил по ушам ревом мексиканской корриды, комментатор тараторил, заглушая ор трибун. Листинг каналов не успокаивал, а раздражал. Вася выключил плазменную панель, и бросил пульт под кресло.

За окном почти стемнело. Тошнота пропала, и жажда тоже почти не мучила. В номер заползли сумерки.

Вроде начало отпускать, - подумал Вася и перешел на кровать в спальню. Подушек было много, и он устроился с комфортом, полулежа на одеяле, прикрывшись покрывалом. Он считал, что в отелях на одного человека слишком много постельного белья. Ну и хорошо. Пошарив рукой, он включил бра. На тумбочке лежала книга. Стивен Кинг «Кладбище домашних животных». «Старье конечно,- говорил Макс, - Но тебе может понравиться, ужасняк качественный».

Вещь была захватывающей, и он не заметил, как прошло несколько часов. Он как раз дочитал до момента, где безутешный папаша пошел выкапывать своего мертвого сына с кладбища. И решил на этом остановиться. Закладкой послужила загнутая страница. Книга отправилась на тумбочку.

Вася уже собрался выключить лампу, когда понял, что он в комнате не один. В неосвещенном углу за шкафом что-то стояло. Он потянулся к выключателю, и зажег общий свет. Освещение было непривычно тусклым. Словно вместо хорошей лампы, ввинтили дешевку на двадцать ватт.

В углу стояла мертвая женщина. То, что она мертва, сомнений не вызывало. Цвет лица был белый, с землистым оттенком. Стояла она абсолютно неподвижно. Глаза закрыты. Одета в бесформенный черный балахон.

Внутри у Васи, чуть пониже груди, стал разливаться ледяной холодок. В голове запульсировало, а дыхание стало прерывистым.

Допился. Беляк, глюки. Господи, что же дальше-то будет! Говорили же нельзя резко спрыгивать! В голове закрутились панические мысли.

Галлюцинация была неотличима от реальности. А может она настоящая? - подумал Барайкин, - и бодрости это предположение ему не прибавило. Тело не могло пошевелиться, зато началась икота. Вася зажмурился, и замер. Может быть пока, вообще никуда не смотреть, тогда она исчезнет?

Так он и сидел с закрытыми глазами и даже начал потихоньку успокаиваться. Барабас уже поверил, что откроет глаза, и не увидит в комнате ничего необычного, пока не раздался ритмичный шорох приближающихся шагов. Мышцы непроизвольно напряглись. Он сжал кулаки, и открыл глаза. Труп стоял перед кроватью. Веки на мертвом лице были опущены. От женщины веяло едва уловимым духом плесени. Василий зашарил рукой по постели в поисках защиты, и рефлекторно сжал в кулаке декоративную подушечку. Не ахти, какое оружие против ходячего трупа. В бога Вася особо не верил, но массивный золотой крест носил. Он нащупал его под футболкой, и выставил крест перед собой как защиту. Неплохо бы еще молитву прочитать, но он, как назло, не вспомнил ни одной. Только фразу: «Иже еси на небеси…» Впрочем, крест не произвел никакого эффекта.

Женщина подняла веки. Глаза были полностью черными. Контраст с бледной кожей был ошеломляющим. «Боярыня Морозова!» - возникла в голове иррациональная ассоциация.

- Пусть будет по-твоему, - прошептала она, - Я Боярыня Морозова.

Сказать, что Вася был ошеломлен, - ничего не сказать. Она смотрела сквозь него выпуклыми черными глазами, и улыбалась. Но улыбка предназначалась не ему, а кому-то другому. Улыбка была блуждающей, нижняя сероватая губа слегка подергивалась.

- Тебе предстоит ис-с-спытание, Василий.

Если шепотом можно говорить громко, то это был именно тот случай. Шипящие и свистящие согласные резали ухо.

- Сегодня у тебя очень важная ночь. На том столе, - она протянула руку в сторону журнального столика, - Стоит бумажная крыса. Скоро она превратится в настоящую. Эта крыса тебя очень не любит. Тебе нужно найти оружие. Ни тебе, ни ей не выйти из этой комнаты, пока живы оба. Таково испытание, Василий.

Произнося «Василий», она долго тянула слог «си». Это было похоже на шипение змеи.

- Интерес-с-сно, ш-што ты будешь делать-с-с.

Вася непроизвольно оглянулся в сторону журнального столика, и ничего на нем не увидел. Когда он вернул голову в прежнее положение, в комнате уже никого не было.

Он встал с кровати, и пошатываясь, побрел в гостиную. Автоматически включил свет, открыл бар, достал початую литровку «Chivas Regal» и сделал несколько больших глотков из горлышка. Последним глотком он поперхнулся, и стал надсадно кашлять. Его круглое лицо побагровело, и стало похоже на помидор сорта «Микадо». Приступ кашля помогла остановить попавшаяся под руку бутылка Перье, которую он специально купил, чтобы пускать пыль в глаза прекрасным дамам.

Отдышавшись, он почувствовал, как виски ударил в голову. Вася плюхнулся в кресло. Ему заметно полегчало. На лбу выступила испарина. Давно пора было выпить. Но, как говориться, - «хорошая мысля, приходит опосля».

Алкоголь оказал самое благотворное воздействие на психику. После выпитого Барабас обрел способность трезво мыслить, как бы абсурдно это ни звучало. Стало ясным, что Глюк был очень качественным на почве алкогольной абстиненции. Не вызывало сомнений, что это был действительно Глюк, а не реальность. Вася обнаружил, что в номере стоит удушливая духота, и распахнул окно в гостиной. Затем вернулся в спальню, и открыл дверь на балкон. Подул свежий сквознячок. Аромат тропических растений приятно гармонировал с йодистым запахом океана. Барайкин решил выйти на балкон, но внутренний голос шепнул, что этого делать не стоит. Он попытался двинуться наперекор голосу, но ноги не шли. Через пару секунд он начисто забыл о своем желании, и появилась уверенность, что лучше всего остаться в номере и никуда не выходить, по меньшей мере, до завтра.

Вася сел на постель и посмотрел на журнальный столик. На стеклянной столешнице стояла серая бумажная крыса. Он мог поклясться чем угодно, что раньше там ее не было. Только после грандиозной галлюцинации с мертвой женщиной не очень-то верилось в эти клятвы. Нужно убедиться в материальности, либо эфемерности этого объекта. Василий крадучись подошел к столику, наклонился, и с опаской дотронулся пальцем до крысы. Крыса была. В смысле, она была материальной и, вроде бы, не живой.

Он осторожно взял ее в руки. Тело крысы было сделано из слоев плотной бумаги, и напоминало воротник жабо. Ножки из скрученных листков были приклеены к туловищу снизу. Хвостом служила бумажная веревочка-шпагат розового цвета. Интересно была сделана голова. Мордочка представляла собой картонный конус с усами из ниточек и нарисованным ртом, а также двумя торчащими острыми зубами. Зубы были очень похожи на настоящие. Конусовидная морда крепилась к шару из папье-маше. Ушами были два маленьких картонных треугольника, а глазами две черных бисеринки. В целом крыса напоминала елочную игрушку. Не будь у нее злобного оскала, ее можно было бы подарить какому-нибудь милому малышу.

Вася шестым чувством ощутил опасность, исходящую от игрушки. Он сжал ладонь, легко смяв бумажное тельце. Внезапная ярость захлестнула его, он оторвал голову, и бросил на пол. С балкона по ногам дохнуло сквозняком, а крысиная голова закатилась под кровать. Вася стал бешено, двумя руками, раздирать остатки крысы. Вскорости на полу образовалась кучка серых бумажных клочков. Он собрал их, отнес в унитаз, и нажал на смыв. Ненавистные клочки унеслись в канализацию. Осталось разобраться с крысячей головой.

Вернувшись в спальню, он полез под кровать, и ничего там не обнаружил. Внимательно осмотрев весь пол в спальне, он не нашел ничего, за исключением игральной карты под тумбочкой. Карта была восьмеркой бубен. Барайкин изорвал карту над унитазом, и она отправилась вслед за крысиным туловищем.

Вася перешел в гостиную и скрупулезно обследовал пол. Безрезультатно. В течение часа он перерывал весь номер, включая ванну. Крысиная голова отсутствовала. «Спряталась зараза!» – подумал он, и ужаснулся.

Господи! Чем я занимаюсь? Это же клиника. Параноидальная шизофрения, реактивный психоз, - вспомнились ему диагнозы, - меня же лечить надо. Стыд-то какой.

Вася обратил внимание на бутылку виски. Не торопясь, он достал из бара бокал с толстым дном и налил на три пальца. Выпив до дна, налил еще столько же, и со стаканом в руке расположился в кресле.

Он проанализировал ситуацию и пришел к выводу, что если не найдет всему этому логического объяснения, есть риск навсегда распрощаться с нормальной головой. Самое паршивое, что в этом случае, он уже никогда не сможет доверять своему мозгу. А это действительно страшно. После второго стакана объяснение нашлось.

Он сейчас где?! Правильно, - в Мексике. Мексика страна эзотерическая и наркоманская. Пейот, мескалин, грибы там всякие галлюциногенные, не говоря уже об обычной конопле. Другими словами, всевозможной дури здесь предостаточно, достать ее, при желании, не проблема. Отлично. Значит так. Макс вчера решил его разыграть. Он незаметно подмешал ему в коктейль кислоту, или любую другую дурь. Наркотик оказался достаточно длительного действия, плюс еще алкоголь. Все это дало соответствующий эффект. Проще пареной репы. И как только он раньше до этого не додумался? Следовательно, не надо ничему удивляться, а просто ждать, когда наркота выйдет из организма. Будем воспринимать это как своеобразный психоделический опыт. Есть даже термин такой “Bed trip”. Будет, что потом друзьям поведать. А Максу скажу, что было круто, - подумал Вася, и впервые за вечер улыбнулся. Как же глубоко он заблуждался.

Он решил, что виски ему уже повредить не может, и еще плеснул в бокал. Под руку попался телевизионный пульт. Загорелся экран, и появилось меню каналов. Все названия каналов, что удивительно, были на русском: «Холодное оружие», «Оружие против мертвецов», «Оружие против пауков», «Оружие против гномов», и так далее. Всего было около двадцати названий, и все они начинались со слова «оружие». «Прикольно, а то раньше одна мексиканщина была», - подумал Вася, и выбрал канал «оружие для детей».

Шла какая-то передача про детский садик. Говорилось о современных методиках воспитания и снятия стресса у детей дошкольного возраста. Малыши под руководством пожилой воспитательницы - тетки с клубком на затылке, водили хороводы. Вася глядел на экран, но мысли его витали далеко. Тем временем, на экране дети расселись рядками на стульчики, и воспитательница объявила поэтическую пятиминутку. Перед первым рядом маленьких зрителей стояла пустая табуретка. Воспитательница произнесла: « А сейчас перед нами выступит Катенька со стихом из книжки Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес», давайте поаплодируем Катеньке». Дети дружно похлопали, и к табуретке подошла худенькая девочка, с синим бантиком в волосах. В руках девчушка держала куклу. «Катя, а как зовут твою куколку?» - спросила тетка. «Это Стасик, ему годик и он плохо себя ведет». Девочка забралась на табуретку. По-детски, шепелявя, и переминаясь с ноги на ногу, начала декламировать:

«Едва малютка твой чихнет,

Дай ему перцу - он уснет,

Он все соображает,

Нарочно раздражает!

Уа! Уа! Уа!

И я малюточку мою,

Едва чихнет, нещадно бью,

Он перец обожает,

Так пусть не возражает»

Закончив читать, Катенька достала из кармашка горсть черного порошка и яростно размазала по физиономии пластмассового младенца. Затем схватила куклу двумя руками и, согнув коленку, с силой опустила на нее хрупкую фигурку. Кукла сломалась, толстые ручки безвольно болтались в разные стороны. Девочка схватила куклу за ногу, и раскрутив над головой, бросила в толпу ребят. Дети вскочили со стульев, стали прыгать и неистово аплодировать, с хрустом топча фрагменты младенца. Радостная воспитательница присоединилась к ним...

Бред, какой! На экране началась реклама детского арбалета. Крупным планом, в разных ракурсах показывали красивый матово-черный арбалет, похожий на те, что в фильмах про спецназ. Бодрый мужской голос за кадром вещал: «Представляем современный детский арбалет «Бэби Хантер». Если вы хотите подарить незабываемые впечатления вашему малышу, и вырастить его настоящим охотником, то «Бэби Хантер» - то, что вам нужно. Он изготовлен из комбинации стали и современных композитных материалов, и не требует специального ухода. Тетива представляет собой высокопрочную упругую нить "фаст флайт". «Бэби Хантер» исключительно прост в использовании, достаточно просто вставить стрелу, взвести спусковой механизм, и арбалет готов к стрельбе. В кадре крупным планом детские руки вставляют небольшую стрелу, и взводят замок. Следующий фрагмент - замедленная съемка: папа с пятилетним малышом в живописной степи бегут, держась за руки. У сына в руке арбалет. Они останавливаются, и мальчик вскидывает игрушку на локоть, и начинает водить в стороны, выискивая цель. Показывают парящую в небе белую птицу. Кадр – спуск тетивы. Следующая картинка – стрела вонзается в птицу. Птица крутится в штопоре и, разбрызгивая веером кровь, падает на землю. Папа с мальчиком хлопают в ладоши и бегут к поверженной жертве. Новая картинка – сынок смеется, а отец пальцами нежно наносит теплой кровью боевой узор на лицо мальчишки. Одобрительный голос за кадром: «Настоящий охотник». Снова показывают арбалет крупно. Появляется мелкая информация о цене и номер телефона. Голос воодушевленно: «Новый детский арбалет «Бэби Хантер» – это идеальное качество и современный дизайн! Порадуйте вашего малыша! Все что вам нужно, - это позвонить по телефону ваших операторов и сделать заказ. Если вы позвоните прямо сейчас, то бесплатно получите комплект трехгранных сменных наконечников из титана с лазерной заточкой». Вася взял трубку, и зачем-то набрал номер оператора.

После второго гудка приятный женский голос ответил: «Доброй ночи, ваш заказ исполнен».

Он переключился на канал «Оружие против гномов». Тщедушный, лысый ведущий, в строгом костюме объявил:

- Начинаем аналитическую программу про палку-крюк ПК 91. У нас в студии гость, - известный охотник на гномов Глеб Лазаревич Шмунц.

В кадре появился здоровенный веснушчатый детина в черной футболке с надписью “Nirvana”. Детина важно кивнул.

Прежде чем мы начнем слушать нашего уважаемого гостя, я хочу представить несколько кадров оперативной съемки из Лапландии.

Показывают песчаный речной берег. Солнечно. На фоне песка низкие кусты и зеленый лес. Съемка производится со стороны реки. По берегу, приплясывая, скачет маленький человечек в черном фраке и высокой остроконечной шляпе. Наезд крупным планом: гном старенький с длинными седыми бакенбардами. Ростом гномик по пояс взрослому человеку. Он напевает веселую песенку:

- Куда идет веселый гном? А гном идет купаться!

Вдруг из кустов выбрасывается черная палка, цепляет шляпу, и стаскивает ее в кусты. Гном хватается за волосы, и начинает испуганно озираться. А тем временем из кустов выходит амбал Шмунц и с размаху бьет гнома толстой палкой по голове. Тот как куль падает замертво. Ноги подергиваются в судорогах. Шипение, зерно, конец съемки.

- Ювелирная работа, - восхищенно комментирует телеведущий. - А сейчас я попрошу прокомментировать эти кадры нашего уважаемого гостя.

Шмунц сидит надутый от важности.

- Ну, в общем, я хочу сказать, что эта последняя разработка оказалась очень удачной. Как вы знаете, у гномов вся волшебная сила находится в шляпе и если лишить гнома головного убора, то он становится весьма уязвимым. Предыдущие модели палок не позволяли эффективно снимать шляпы с коротышек, так как они не были оснащены крюками. Нужна была изрядная сила и ловкость, чтобы сбить с гнома шляпу. А на ПК 91, как вы видите, - он достал из под стола палку, и камера показала ее крупным планом, - Прекрасный крюк из нержавеющей стали.

- Глеб Лазаревич, нам поступил вопрос по эсэмэс от начинающего охотника за гномами, Юрия из Китежграда. Он просит, рассказать об основных технических приемах при использовании ПК 91, этой новейшей разработки наших ученых.

- Охотно, - с улыбкой кивнул Шмунц. - Как можно понять из названия, длина палки составляет один английский ярд, или около девяноста одного сантиметра. Это на тридцать четыре миллиметра длиннее предыдущей модели. Палка идеально сбалансирована, и невероятно крепка, что позволяет проламывать череп гному с одного удара. Но, пожалуй, основным достоинством данной модели, является идеальный по форме крюк. Поэтому главным техническим приемом, который следует освоить новичку, является зацеп. Как известно, у всех гномов на остром конце шляпы есть маленькая петелька, за которую…

На экране крупными цифрами замигал телефонный номер. И появилась бегущая строка, предлагающая сделать заказ. Он набрал номер и услышал тот же голос: «Ваш заказ исполнен».

Вася нажал на кнопку, и появилось меню каналов. Он остановил курсор на «Оружие против крыс».

«Уникальные скидки!» Крупные розовые буквы беззвучно висели в центре экрана. Следом заиграла ритмичная музыка и в кадре крупным планом, на подносе появилась пара розовых махровых тапочек. Поднос покрутился, показывая товар с разных ракурсов. Ничего особенного в тапочках не было ни с какого боку. Бодрый мужской голос затараторил:

- Итак, вы видите перед собой пару прекрасных супер тапок Антикрыс 4. Эти облегченные тапки четвертого поколения позволяют убивать крысят и отпугивать взрослых крыс. При определенной сноровке вы сможете убить и взрослую крысу. Гвардии ефрейтор Щелкунчик расскажет о своем бесценном опыте. На экране появилось лицо капризного прыщавого барчука в треугольной шапке как у Наполеона, первыми словами которого были:

- Чайковский пидарас. Не включил в партитуру партию синтезатора.

Щелкунчик глумливо улыбнулся, все зубы у него были золотые.

- На самом деле я прекрасный принц. Но это не главное. Главное, что я замочил большого Крыса.

Он немного растеряно оглянулся, словно забыв текст. Экран мелькнул. В следующем кадре он уже держал в руке розовый тапочек. Потрясая тапком перед камерой, юнец продолжил:

- Благодаря этому супертапку я сумел добить большого Крыса, я показал ему «кузькину мать», после того как он наглотался самого…

Изображение пропало на секунду, и вновь восстановилось. Теперь это была статичная картинка, – босоногая взъерошенная блондинка с тапком в руке. На заднем плане виднелась крысиная задница, спешно улепетывающая в черную нору. «Крысы бояться наших тапок! Две пары по цене одной!» - пробежала снизу строка. Появился телефон.

- Не вздумай покупать эту ерунду! - прошептал внутренний голос. Васе показалось, что тон был умоляющим..

- Да отдыхай ты, - ответил голосу Василий, и набрал номер.

Ваш заказ исполнен. Пошли короткие гудки.

И в этот момент по телевизору началось самое интересное.

На экране появился средневековый рыцарь в латах и шлеме с опущенным забралом. Шлем был похож на перевернутое ведро. Сверху ведро было украшено страусиными перьями, выкрашенными в алый цвет. Рыцарь молча стоял, опираясь на длиннющий двуручный меч.

- Здорово, - голос из шлема звучал звеняще-замогильно.

Рыцарь убрал правую руку с меча, и поднял забрало. На него смотрело лицо Васи Барайкина.

- Узнаешь? – спросил Вася из телевизора.

- Можешь не отвечать. Я все равно тебя не слышу. Мне стоило больших трудов проникнуть в телепередачу. Я здесь специально чтобы помочь тебе советом. Все что с тобой происходит это не глюки. Все по настоящему. Уясни себе это, иначе сгинешь. Скоро тебе предстоит схватка с Крысом Помойником. Крыс очень серьезный враг. Он силен, хитер, коварен и изворотлив, но победить его возможно. Не вздумай заключать с ним никаких сделок, он тебя обязательно обманет. После того как я исчезну с экрана, будут предлагать действительно серьезные вещи, которые смогут тебе помочь в драке. Выбери два средства защиты и одно оружие себе по вкусу. Лучше бы конечно дудку... – Двойник из телевизора почесал шлем и продолжил, - но на нее денег все равно не хватит… Надеюсь, ты не растратил все кредиты на всякое фуфло? Я на это очень надеюсь, в противном случае тебе, скорее всего, конец. Да, еще, - если будешь его бояться, то никакая защита тебя не спасет. Победи страх, и убей его. Кстати, зубная паста помогает, но слабо. Все, конец связи.

Смысл последней фразы Вася совершенно не понял.

Рыцарь исчез, и появилась голубая студия. За столом перед допотопным микрофоном с проводом сидел усталый седой человек в роговых очках, одетый в мятый белый халат. Внешним видом он напоминал профессора медицины или ученого из лаборатории. Он говорил монотонно, тихо, безо всякого выражения.

- Итак, начинаем наш рекламно-информационный блок, посвященный борьбе с грызунами. Все вещи, которые будут предложены вашему вниманию, абсолютно надежны, просты в использовании, и эффективны. Мы не кидаемся громкими фразами, так как уверены в превосходном качестве наших товаров, которое прошло проверку практикой.

Он с усталым видом вздохнул, и словно нехотя, продолжил:

- Начнем, пожалуй, со средств защиты. Перед вами набор из десяти защитных мелков.

Крупным планом показали неказистую картонную коробочку.

- Пользоваться мелками очень просто. Чертите вокруг себя круг, и ни одна крыса не сможет через него переступить. Гарантированный срок действия белых мелков два условных часа тридцать восемь условных минут. Один белый мелок заряжен на три защитных круга, в комплекте их девять. Также в комплект входит один розовый мелок однократного действия, который действует восемь с половиной условных часов. Розовый мелок может защитить вас во время сна. Просто проведите линию на полу по периметру вашего ложа, и ни одна крысячая тварь не потревожит ваш драгоценный сон. Все мелки действенны и против особо опасных бумажных крыс. Чтобы сделать заказ, позвоните по этому телефону прямо сейчас.

Мужчина поднял картонную табличку, на ней фломастером от руки был написан номер.

Вася взял трубку и набрал его. Ответил тот же мелодичный женский голос:

- Уважаемый господин Барайкин у вас недостаточно кредитов для покупки полного набора мелков, высылаю вам два белых мелка, также смею Вам сообщить, что на этом Ваш кредитный баланс исчерпан. Наши трансляции будут отключены через минуту, они вам больше не понадобятся. Веселой вам ночи, господин Барайкин, и удачной битвы.

Послышались короткие гудки.

Ведущий убрал табличку в стол и достал предмет похожий на толстый ошейник. Он молча держал ошейник. Включилась фонограмма. Заговорил энергичный баритон:

- Представляем вашему вниманию следующий лот. Это кевларовый защитный доспех для шеи. Как вы знаете, мерзкие крысячие твари так и норовят вцепиться вам в глотку и напиться из артерии вашей теплой вкусной крови.

При этих словах, телеведущий плотоядно облизнулся.

- Этот шейный доспех прекрасно защитит ваше нежное горло. Множество крысячих тварей обломало свои острые зубки о наше изделие. Еще от себя хочу добавить, что если вам этой ночью предстоит битва с бумажной крысой, то было бы уместно…

Договорить он не успел. На экране появился сладкоголосый Энрике Иглесиас.

Примечание: так, как в ЖЖ есть ограничение на размер поста, то пришлось разбить этот пост на несколько частей. Чтобы остальные части не мешались, я сделал их задним числом. Так что продолжение ищите ниже на главной странице или пользуйтесь ссылками внизу.

перейти к следующей части

Рассказ - культурная полиция

Sun, 19 Apr 2009 11:05:26 GMT

Культурная полиция.

Я махнул жезлом, и лазурный Лексус «Винтаж» остановился. Клаус направил автомат в сторону водительской двери. Зеркальное стекло плавно опустилось. Из салона повеяло утренним кофе в сочетании с легким дымком кубинской сигары.

Дорогой запах. Судя по умопомрачительному аромату, синтезатор у владельца машины стоил как моя годовая зарплата.

Загорелый сухощавый мужчина с волосами «соль с перцем» протянул темно-синий квадратик удостоверения.

Синий плюс! Выше только фиолетовый и фиолетовый плюс. Наверное, важная шишка. У меня у самого - зеленый минус.

Я с невозмутимым видом изучил голограммы, и протянул пластик обратно.

- Белеет парус одинокий…

- В тумане моря голубом, - мягким баритоном ответил мужчина.

- Что ищет он в стране далекой? – продолжил я.

- Что кинул он в краю родном? – печально произнес водитель.

- Автор?

- Лермонтов Михаил Юрьевич.

- Основоположник стиля регтайм?

- Бен Харней из Луисвилла. Но настоящим классиком стал гениальный Скотт Джоплин.

- Чьи тенденции одержали верх по итогам последних показов в Милане?

- Луиджи Инзаги. Двубортные удлиненные пиджаки. Сухой асфальт, фиолет, пурпур, бордо.

Только после этого я козырнул, и представился:

- Старший сержант Кашира, культурная полиция. Простите, сударь, но согласно закону о подтверждении статуса, я был обязан убедиться в том, что вы действительно…

- Не продолжайте сержант, – перебил меня владелец лексуса. Вы отлично несете службу. Благодаря таким как вы, в наше просвещенное общество не проникают всяческие узколобые мещане. Будьте любезны, ваши документы.

Я извлек из нагрудного кармана салатового цвета пластик, и протянул в окно.

Наманикюренные пальцы взяли удостоверение за самый уголок. Мужчина достал миниатюрный сканер, выполненный в форме курительной трубки, и провел над пластиком. Раздался слабый писк, и удостоверение замерцало.

- Я внес полтора балла на ваш аккаунт. Половину балла снял за ботинки. Ваши гриндерсы уже три месяца как не в моде. Следите за собой, сержант. Удачной службы.

Лексус бесшумно отъехал. Выхлоп был с вишневой отдушкой.

Вот гадство. Я осмотрел свои розово-красные ботинки на протекторе, и нашел их вполне стильными. С тех пор, как отменили униформу, для меня стало большой проблемой подбирать себе гардероб для службы. Я всячески старался развивать вкус, но результаты пока не радовали. Два раза я получал взыскания на строевых смотрах по внешнему виду. Один раз за ординарность, а второй за безвкусицу. Меня даже чуть не разжаловали на лычку. И не дай, бог усмотрят подражание кому-нибудь. Тогда вообще труба.

Клаус ржал.

- Я же тебе говорил, что твои говнодавы отстой! Ты не слушал. Вот и получи!

- Ты как разговариваешь со старшими по званию?!- рявкнул я.

Клаус пропустил окрик мимо ушей, и стал поправлять новый бронник фисташкового цвета от Труссарди. В кредит взял, идиот.

- Ты чем злорадствовать лучше расскажи, что там с твоим зятем?

Напарник помрачнел.

- Восемь лет дали. Пятьсот вторая – мещанство с отягчающими. Красный уровень - лох. Апелляцию будем подавать, но все равно бестолку.

Я чуть не осел на асфальт.

- Так ведь речь об условном шла, и оранжевый минус ему светил, это максимум!

- Так и было, поначалу. Пока у этого придурка в квартире при обыске, не нашли флэшки с «Ласковым маем» и «Миражом». За попсу, ты знаешь, сейчас могут и десятку впаять!

- Да уж, дела…

Мы замолчали. Клаус достал папиросу с марихуаной и мы закурили.

Я тормознул розовую Тойоту фиоре. Стекло опустилось. За рулем сидела блондинка. Я чуть не выпал в осадок. Блондинки – огромная редкость. Когда вводили запрет на пергидроль, пересажали полстраны. Да и расстреляли не меньше. В некоторых случаях допускалось мелирование, но для этого нужно специальное разрешение с визой генерального стилиста.

Я всматривался в желтый пластик, а сам думал о ней. Меньше, чем пол процента, плюс еще и красивая. Уникальное сочетание!

- Лидер культовой рок группы девяностых, прошлого века, умер в девяносто четвертом. Назовите имя и группу.

- Курт Кобейн, Нирвана. Вышиб себе мозги из ружья. А, может быть, ему помогла женушка Кортни это не доказано.

Голос был низкий с приятной хрипотцой. У меня в груди застучало.

- Назовите двух родоначальников импрессионизма.

- Клод Моне и Огюст Ренуар.

- Столица Австралии?

- Канберра.

Я козырнул.

- Сержант Кашира, культурная полиция. Извините, мадмуазель, но я обязан проверить ваши волосы. Это формальность. Попрошу выйти из машины. Я открыл дверь, и галантно протянул руку даме. Пальцы были тонкими и теплыми. Пульс участился.

Клаус держал блондинку на мушке, пока я ходил в будку за анализатором. Вообще-то я не пользовался анализатором уже года два. Никто в здравом уме не рискнет обесцвечивать волосы. Просто мне хотелось подольше побыть рядом с этой женщиной.

Я подошел, попросил блондинку повернуться, и направил глазок анализатора на волосы. Мои глаза невольно опустились вниз, и я засмотрелся на полноватые округлости под серыми джинсами. Когда я поднял взгляд на монитор, то начисто забыл о своих сексуальных фантазиях. Экран мигал красным. «Внимание пергидроль! Немедленно задержать! При сопротивлении огонь на поражение!»

Я показал Клаусу условный знак из трех пальцев. Он незаметно кивнул, и неслышно опустил предохранитель.

- Извините, мадмуазель. Небольшая неувязка. Попрошу вас пройти в служебное помещение. Я старался говорить ровно, чтобы она не заподозрила подвоха.

Все-таки, она что-то почувствовала, пнула меня каблуком под колено, и рванулась в сторону.

Гавкнула короткая очередь. Клаус действовал по уставу. Она не успела даже добежать до мостовой. Крашеные волосы разметались на асфальте. На белой футболке появилось три больших алых цветка. Стильное сочетание. Из проезжающих машин оглядывались зеваки. Последнее время, отстрел на блокпостах становился редкостью.

Мы с Клаусом получим повышение. Зеленый статус не за горами. Я достал рацию, и вызвал труповозку. Рапорт можно не писать. Камеры все зафиксировали. Сегодня выдался удачный день.

Одного не пойму, на хрена? Такой риск. Странные они все-таки, эти женщины.